НОВОСТИ
Раковой и Зуеву продлены сроки ареста на полгода
sovsekretnoru

Голеадоры

Автор: Владимир АБАРИНОВ
01.10.2002

 
Сергей ГОНЧАРОВ,
обозреватель Совершенно секретно»

Эдуард Стрельцов

Коллизия вокруг спартаковского форварда Дмитрия Сычева, если рассматривать ее в ретроспективе истории отечественного футбола, невероятно абсурдна. 19-летнего юношу, который, кроме хороших задатков, еще ничего не показал, пытаются представить чуть ли не спасителем российского футбола. Это, конечно, неверно, но, отвергая в целом такой подход, здравомыслящие болельщики и специалисты не могут не признать, что предпосылки для столь яростной защиты молодого нападающего есть. С середины 90-х годов российский футбол не выдал «на горЗ» ни одного стабильно забивающего лидера атак клуба и сборной. Это в стране, где футбол всегда был самым популярным видом спорта. Возможно, аналитики найдут этому логичное объяснение, но такая ситуация представляется аномальной. И подобная аномалия (но с другим знаком) в нашей стране уже имела место.

Начнем с чисто статистических выкладок. В 1991 году в связи с развалом Советского Союза была подведена черта под множеством таблиц и списков, касавшихся отечественного футбола. В частности, под списком «100 лучших бомбардиров чемпионатов СССР». Самым молодым нападающим этого теперь уже «вечного» списка остался Олег Протасов, родившийся в 1964 году. Самое старшее, легендарное поколение бомбардиров – Борис Пайчадзе, Сергей Соловьев, Николай Дементьев, Гайоз Джеджелава – появилось на свет в 1915-м. Легко подсчитать, что за прошедшие полвека ежегодно в среднем рождалось по два бомбардира. Естественно, плюс-минус.

Плюс-минус сколько? В последнем урожайном на штатных «забивал» году – 1960-м – родились Георгий Кондратьев, Евстафий Пехлеваниди, Игорь Пономарев, Игорь Беланов и Юрий Тарасов. Пятеро. А 44-й и 45-й годы не дали ни одного «списочного» голеадора. Это не означает, что в указанные годы вообще не рождалось классных игроков. В 44-м, например, родился герой ЧМ-66 в Англии Валерий Поркуян, замечательные армейские полузащитники Истомин и Капличный и т. д. Футбольные герои появлялись на свет независимо от войн, революций, репрессий, застоев и, хочется верить, перестроек. Однако бомбардир – явление особенное. В памяти болельщиков с титулом «звезды» можно остаться, отыграв несколько ярких сезонов (причем не обязательно подряд), забив несколько решающих или запоминающихся мячей. Бомбардир же – это тот, кто как минимум в

5-6 сезонах стабильно забивает более 10 мячей. На протяжении всей истории отечественного футбола они рождались в среднем от 0 до 5 в год. На таком временном отрезке разброс укладывается в рамки теории вероятности. За одним исключением.

Из ста «списочных» бомбардиров каждый десятый родился в 1937 году. Эти десять футболистов в сумме наколотили в чемпионатах СССР 857 мячей! Начиная с 26 июня 1955 года, когда 18-летний Эдуард Стрельцов впервые появился на зеленом газоне в майке сборной, и по 10 сентября 1969-го, когда в последний раз за сборную сыграл Галимзян Хусаинов, футболисты, рожденные в 1937-м, защищали цвета первой и олимпийской сборной страны. На протяжении шести лет – с 19 мая 1960 года по 4 сентября 1965-го – не было ни одного матча, в котором бы они не участвовали (причем только в двух – по одному игроку). Всего за это время шестнадцать футболистов сыграли за сборную 201 матч и забили в общей сложности 60 мячей. Казалось бы, какое счастливое время для тренеров – только из игроков одного года рождения можно было собрать полноценную сборную страны. Однако само это количество сыграло с футболистами злую шутку. Они буквально наступали друг другу на пятки, и реализовать себя полностью смогли только двое, но и на их счастливых футбольных судьбах лежит какая-то трагическая «печать 37-го».

Галимзян Хусаинов пришел в «Спартак» из куйбышевских «Крыльев Советов» в 1960 году. Пришел состоявшимся игроком с совершенно особой техникой. В то время провинциалы, переходившие в столичные клубы, практически в них не приживались. В Москве и чуть позже в Киеве играли быстрее, мощнее и «команднее». Даже признанным лидерам на владение мячом отводились считанные секунды. Хусаинов стал чуть ли не единственным игроком, сохранившим индивидуальность и вписавшимся в командную спартаковскую игру. Входил тяжело, но зато вошел столь прочно, что стал клубным рекордсменом по числу проведенных матчей – 410.

115 голов в чемпионатах страны, 33 матча за сборную, финал Кубка Европы 1964 года с испанцами (и единственный гол в нем), выступление на ЧМ в Чили, четвертое место на ЧМ в Англии, многочисленные клубные трофеи.

Но на все это тенью легла трагическая смерть маленькой дочери, которая, провожая отца на очередной матч, слишком далеко высунулась из окна, чтобы помахать ему на прощание...

Виктор Понедельник попал в сборную в 1960-м из провинциального ростовского СКА, что для того времени было почти невероятно. В том году он сыграл за первую команду страны 5 матчей и забил 7 мячей, в том числе и решающий гол югославам в первом розыгрыше Кубка Европы, навсегда вписав свое имя в историю отечественного спорта. Из следующих 29 матчей сборной он сыграл 22 и забил 14 мячей. Среди них игры чемпионата мира в Чили (2 мяча) и второго Кубка Европы (3 мяча). Те, кто видел Понедельника в игре, говорят, что он выделялся «невероятным голевым чутьем, великолепными физическими данными, высочайшим прыжком». Равных ему на тот момент не было.

Однако одаренный ростовский центрфорвард, ставший за год суперзвездой, в своем родном клубе столкнулся с весьма недоброжелательным отношением. Ему постоянно давали понять, что, выкладываясь в сборной, к игре в клубе он относится с ленцой, не отрабатывает положенного, словом, проявляет симптомы «звездной болезни». Возможно, упреки эти были не беспочвенны, ведь регулярно забивая за первую команду страны, в чемпионате он провел всего 54 мяча, не войдя ни в список «100 лучших бомбардиров», ни в Клуб Григория Федотова. Однако не надо забывать и разницы в классе между игроками сборной и СКА. Короче, отношения в клубе не складывались, но уезжать из Ростова, зная о судьбе провинциалов в московских клубах, Виктор долго не хотел.

После поражения от испанцев в финале Кубка Европы 1964 года состав сборной начали кардинально менять. Понедельнику не нашлось в ней места. Его пригласили в сборную еще раз – в 1966-м, для пробы, а затем устроили прощальный товарищеский матч с ГДР. В этих играх он забил еще гол, доведя счет до 20 мячей в 29 матчах. Такой скорострельности в сборной не было ни у кого ни в СССР, ни в России.

Эдуарда Стрельцова к футбольным счастливчикам отнести никак нельзя, но по своим чисто спортивным результатам он все равно стоит в первом ряду отечественных звезд. А по судьбе вообще относится к очень редкой категории футбольных легенд. Самое обидное даже не то, что, будучи «золотым мальчиком», играя очень неровно, рывками, он попал в криминальную историю и на шесть лет был отлучен от большого футбола. Обидно, что его, уже зрелого мастера, чемпиона страны 1965 года, не взяли в 1966 году в Англию. Он так и остался без своего чемпионата мира.

Галимзян Хусаинов

И тем не менее при семи пропущенных сезонах свои 100 мячей в чемпионатах страны Стрельцов все же забил (плюс 24 мяча за сборную). А таких игроков за всю историю отечественного футбола было всего двадцать четыре, включая и первого «сотника» чемпионатов России Олега Веретенникова.

К началу 1958 года олимпийские чемпионы спартаковцы Сальников и Симонян уже готовились «вешать бутсы на гвоздь». В сборной им на смену пришли торпедовцы – Иванов и Стрельцов. В клубе их очень грамотно поддерживал молодой и моторный, настоящая «динамо-машина», Юрий Фалин. Вся тройка явно подходила для сборной, и в последнем тренировочном матче перед отъездом на чемпионат мира в Швецию весь центр нападения был уже торпедовским. Однако Стрельцов «загремел», и тренеру Гавриилу Качалину пришлось перекраивать всю линию нападения. Необходимость в торпедовской сыгранности отпала, Юрий Фалин как-то оказался вне состава. Правда, в Швецию все же съездил, сыграл там один матч, но в сборной ко двору не пришелся.

Вскоре он перешел в «Спартак», где, играя полузащитником под такими нападающими, как Севидов, Хусаинов, Рейнгольд, стал очень прилично забивать – 72 гола в 246 матчах (56-е место в общем рейтинге бомбардиров). В 1964-м его еще раз пригласили в сборную на знаменательный матч с Алжиром. Знаменательный тем, что все нападающие – Матвеев, Фалин, Понедельник, Хусаинов – родились в 1937 году.

Тем временем в «Торпедо», лишившемся Стрельцова, буквально в течение одного года взошла новая звезда – «самый интеллигентный и техничный центрфорвард отечественного футбола» Геннадий Гусаров. Очень многие считают, что если бы к 1960 году в «Торпедо» образовалась конкуренция за место «центра» между сверстниками – Стрельцовым и Гусаровым, – предпочтение отдали бы Гусарову (Стрельцов в молодости был очень нестабилен).

В 1960-м «Торпедо» становится чемпионом страны, а в 1961-м Гусарова приглашают в сборную, и он в первых четырех играх забивает три мяча. Перед началом ЧМ в Чили тренеры решают, что центральную тройку нападения составят Гусаров, Понедельник, Иванов. Но...

В одном из тренировочных матчей в Колумбии Геннадий получает травму. В тех же играх тяжелейший удар по голове после броска в ноги получает Владимир Маслаченко (1937 года рождения). В подготовительный период он сыграл семь официальных матчей за сборную и стал надежным дублером Льва Яшина (которого так не хватало в Чили нашему лучшему вратарю). Гусаров и Маслаченко так и остались без своего чемпионата.

Внутренняя обстановка в «Торпедо» в те годы была не самой благоприятной – ребята вели себя хамовато, много пили. Команду называли «колхозной». Гусаров уходит в «Динамо» – команду совсем другого стиля. И во второй раз становится чемпионом страны, получает новое приглашение в сборную, проводит все игры Кубка Европы 1964 года (кроме финальной), забивает гол в ворота итальянцев в знаменитом матче в Риме, но затем исчезает и из сборной, и из списков «33 лучших». Он закончил выступления, забив 91 мяч в 246 матчах и заняв 30-е место среди бомбардиров советского футбола.

В начале 60-х многие команды начинают переходить на игру в три чистых форварда. В Ростове складывается трио, которое по своему потенциалу не уступает ни столичным командам, ни киевлянам, ни тбилисцам – одногодки Копаев, Понедельник, Матвеев. Правда, звезда Понедельника взошла раньше и заблистала ярче.

Считается, что по своим данным Олег Копаев нисколько не уступал Виктору, а по игре головой превосходил практически всех в то время. И забивал гораздо больше – 119 мячей в 258 матчах (11-е место в общем рейтинге). Он становится лучшим бомбардиром чемпионата в 1963 и 1965 годах и только после этого, в 28 лет, получает первое приглашение в сборную (когда Понедельник из нее уже ушел). Проводит шесть игр, но ничего не забивает и на чемпионат мира в Англию не едет, хотя футбольные эксперты единодушно отдают ему место центрфорварда.

Аналогичная судьба и у Геннадия Матвеева, который для «края» забивал очень много – 70 мячей в 226 матчах. Однако в родном клубе звездное ростовское трио в полную силу так и не заиграло – сказались внутренние разногласия и отсутствие хорошего распасовщика.

В 1964 году чемпионами страны впервые стали динамовцы Тбилиси. В составе той звездной, собранной Михаилом Якушиным команды было пятеро рожденных в 37-м: Михаил Месхи, Владимир Баркая, Шота Яманидзе, Илья Датунашвили (все форварды) и Гиви Чохели (уже в качестве тренера).

Тренерство Чохели необходимо пояснить. Это был очень редкий в то время тип «мягкого» защитника, умевшего предотвратить опасную атаку не за счет жесткой или даже грубой игры, а за счет замечательной техники и умелого выбора позиции. А хорошая стартовая скорость давала ему возможность везде поспевать. Чохели стал обладателем первого Кубка Европы и поехал на чемпионат мира в Чили. Но там они на пару с Львом Яшиным сотворили на редкость курьезный гол в свои ворота от Колумбии прямо с углового. Чохели, которому показалось, что он закрывает вратарю обзор, отошел от передней штанги, Яшин не подсказал, и мяч пролетел в угол между штангой и Чохели. Сегодня посмеялись бы, похлопали по плечу и забыли, но тогда все, что касалось футбола, было всерьез. Психологический фактор не учитывался. Переживая за ошибки чилийского чемпионата, Лев Яшин «выпал» из игры почти на год, но все же сумел справиться (пришло приглашение на матч сборной мира со сборной Англии). А Чохели так и не простил себе той ошибки, к тому же его преследовали травмы, и он перешел на тренерскую работу. Из 22 официальных матчей сборной в 1960–1962 годах этот защитник сыграл 19, из которых 14 побед, 2 ничьи и 3 поражения.

Виктор Понедельник

Самым «звездным» из тбилисских форвардов был Михаил Месхи. Его путь в сборной во многом похож на путь нескольких замечательных мастеров того времени. С 1959 года по 1962-й он играет почти все матчи сборной, становится обладателем Кубка Европы, едет на чемпионат в Чили, после его окончания попадает в опалу, пропускает второй Кубок Европы, затем опять призывается в сборную и играет в ней до конца 1965 года.

Месхи обладал набором уникальных финтов, его сравнивали с Гарринчей, хотя, конечно, это сравнение неправомочно – Гарринча очень много забивал, Михаил же играл строго по бровке, обходил любого и зряче отдавал в центр, но забивал мало, не войдя ни в один из бомбардирских списков. Он шутил: «Чтобы забить гол, мне надо пройти по краю, попасть в голову Калоеву, а уж от нее мяч обязательно попадет в ворота» (Заур Калоев забил в чемпионатах страны более ста мячей). На трибунах Месхи называли «клоуном», в том смысле, что он обязательно выкинет какой-нибудь трюк. Король финта! На него шел зритель. Перед началом чемпионата мира 1966 года Месхи, по общему признанию, снова становится лучшим в своем амплуа, но в Англию не едет, расстраивается и неоправданно рано заканчивает выступления. После прощального матча, где он в полной мере блеснул своими фирменными финтами, тренер бразильской команды-соперницы спросил: кого же здесь провожали? Ему показали. «А остальные остаются?» – удивился тренер.

К сожалению, Михаил Месхи и из жизни ушел тоже неоправданно рано.

Самым ценным игроком того состава, по мнению Михаила Якушина, был Шота Яманидзе. Пластичный, умеющий держать нити игры в своих руках, он много забивал – 66 мячей в чемпионате страны. С сокращением числа нападающих (с пяти до четырех, а потом до трех) Яманидзе один из первых перешел в полузащиту и стал «игроком будущего» – атакующим хавбеком. Перед английским чемпионатом специально под него рассматривалась схема 4-3-3, с тремя полузащитниками (Воронин, Яманидзе, Сичинава), но на столь радикальное изменение тактики тренеры не пошли. Яманидзе так и не сыграл за первую сборную и вскоре погиб в автомобильной катастрофе.

Другого оттянутого форварда (то есть под нападающими, по-нынешнему) в Тбилиси играл Владимир Баркая. Он также много забивал – 67 мячей, – обладал отличной техникой, а кроме того, и своеобразной футбольной наглостью и попал-таки два раза в основной состав сборной, но там не задержался.

Илья Датунашвили, несмотря на то что выходил в основном на замены звездному составу, стал в 1966 году лучшим бомбардиром СССР. Его рекорд до сих пор никому не удалось даже повторить: в течение одного тайма, за 40 минут, он забил подряд пять мячей ереванскому «Арарату».

Перед чемпионатом мира в 1966 году четырнадцать ведущих специалистов и тренеров СССР опубликовали свои списки двадцати двух членов сборной команды СССР, а также одиннадцати игроков стартового состава. Если суммировать их предложения, то нападение сборной России должно было выглядеть так: Месхи, Стрельцов, Копаев, Биба. А поехали Малофеев, Численко, Хусаинов, Банишевский, Поркуян.

Нет смысла прикидывать, смогли бы «рожденные в 37-м» усилить команду, сборная и так сыграла лучше, чем когда бы то ни было на чемпионатах мира. Обидно только за великолепных мастеров, которые даже не получили шанса стать подлинно великими в отечественном футболе, поскольку только участие в крупнейших международных турнирах делает футболистов таковыми.

Андрей Биба был великолепным универсалом, дриблером с сильнейшим ударом с обеих ног. Капитан и лидер киевского «Динамо» конца 60-х, он, как и Яманидзе, одним из первых перешел в полузащиту. Забил 69 мячей. Но при этом не только не поиграл в сборной (один сыгранный матч не в счет), но и не получил вполне заслуженной награды – не стал трехкратным чемпионом страны в составе «Динамо» в 1966-1968 годах. Говорят, не сошелся в чем-то с тренером Виктором Масловым и покинул команду перед сезоном 1968 года.

Минчанин Михаил Мустыгин (1937 года рождения) забил 88 мячей в 247 матчах, но так ни разу и не сыграл за сборную, как бы растворившись в тени своего одноклубника – более удачливого и молодого Эдуарда Малофеева.

Так была все-таки «аномалия 37-го года»? Я говорил об этом с Юрием Севидовым. Он приводил массу разных доводов против, от «тогда все бредили футболом, все хотели быть нападающими» до «нельзя Россию сравнивать с Советским Союзом». Но в конце концов все же согласился: действительно, «ненормально» много великолепных форвардов родилось в 1937-м. И ненормально мало их сейчас. Тоже аномалия... Но все-таки, наверное, лучше, когда на каждое место в атаке претендуют пять-шесть первоклассных футболистов, нежели когда двух форвардов для сборной выбирают из одного Владимира Бесчастных.


Авторы:  Владимир АБАРИНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку