ГЛАВНОЕ ПОЛЕ КОНСТАНТИНА СИМОНОВА

ГЛАВНОЕ ПОЛЕ КОНСТАНТИНА СИМОНОВА
Автор: Владимир ВОРОНОВ
30.11.2015
 
28 (15 по ст. ст.) ноября 1915 года в Петрограде родился Константин (настоящее имя Кирилл) Михайлович Симонов – поэт, писатель, драматург, фронтовой журналист. Не буду перечислять регалии или послужной список Константина Симонова – кому надо, тот сам всё найдёт.
 
Не скрою, что для меня в его имени много глубоко личного, потому, когда его упоминают, в памяти сразу всплывает незабвенное «Жди меня, и я вернусь…», «Ты помнишь, Алёша, дороги Смоленщины…», «Майор привёз мальчишку на лафете…», «Живые и мёртвые», фильм по его сценарию «Двадцать дней без войны», да и вообще вся симоновская военная тема.
 
Всякий раз, когда открываю «Живых и мёртвых», перед глазами словно заново встают картины ада первых дней войны – словно вновь слышу это из уст уже моего деда. Те же самые места, где мой дед служил и встретил войну, где воевал, выходил из окружения и выводил оттуда остатки своей дивизии, те же адские дороги отступления, многочисленные просёлки, пролески, речушки, названия которых он легко перечислял по памяти.
 
Кто знает, быть может они даже и пересекались на тех дорогах или были под одним огнём? Во всяком случае, порядком зачитанные «Живые и мёртвые» всегда стояли в книжном шкафу на виду, чтобы их легко можно было взять, лишь протянув руку. Что и делалось, когда деда вновь и вновь настигали пронзительные воспоминания о самых первых днях войны. Значит, задело, попало в точку, описано правдиво, искренне, без фальши и пафоса.
 
Потому, перечитывая «Живых и мёртвых», словно воочию вижу на тех дорогах войны именно своего деда. А уже для старшей сестры отца, помнившей, как бабушка с пятью детьми буквально выползала по болотам из окружения, это ещё и пронзительное «Ты помнишь, Алёша, дороги Смоленщины…»
 
Кто знает, быть может, если бы Константин Симонов даже больше ничего и не сотворил бы в своей жизни, кроме этого, – уже было бы достаточно и зачлось, здесь и там? Но было ещё много чего, в том числе «Жди меня, и я вернусь», ставшее заклинанием для миллионов, кого достала и задела Великая Отечественная. «Жди меня» – это уже мамино, её неизбывная молитва об отце (и моём деде), которого она так и не увидела и с войны не дождалась, канувшем в вечность тем же чёрным летом 1941-го…
 
Когда говорят, что военная тема занимает особое место в творчестве Константина Симонова, это не так – она пронизала всю его жизнь, всё творчество, быть может, была сутью и смыслом существования. Что не удивляет, ведь он и родился в военной семье: его отец, Михаил Агафангелович Симонов, кадровый офицер, выпускник Орловского Бахтинского кадетского корпуса, 3-го военного Александровского училища, закончивший затем геодезическое отделение Николаевской академии Генерального штаба по 1-му разряду и причисленный к Генеральному штабу.
 
На момент рождения сына – начальник штаба 43-го армейского корпуса Северного фронта, на тот момент полковник Генерального штаба, кавалер Георгиевского оружия и пяти орденов. Вскоре после рождения сына, 19 (6 по ст. ст.) декабря 1915 года Михаилу Агафангеловичу присвоено звание Генерального штаба генерал-майора, дальше его след теряется.
 
Сам Константин Симонов в своих официальных автобиографиях указывал, что его отец «пропал без вести в Первой империалистической войне», что, конечно же, не соответствует действительности: на дворе был уже не август 1914-го, так что генерал-майор и начальник штаба корпуса без вести пропасть не мог. Позже стало известно, что Михаил Агафангелович эмигрировал в Польшу, не исключено, что и в Гражданской войне участвовал – понятно, на чьей стороне. Даже если Константин Симонов и это знал, не мог же он это писать в официальных документах в страшную пору репрессий – тогда могли взять и за меньшее, чем «неправильное» дворянское происхождение. Тем паче его мать, Александра Леонидовна, и вовсе княжна Оболенская.
 
Как рассказывал сын писателя, Алексей Кириллович Симонов, когда он делал документальный фильм об отце, то нашёл в семейном архиве письма бабушки её сёстрам в Париж начала 1920-х годов, где она писала, что муж обнаружился в Польше и зовёт её с сыном к себе туда. Но не сложилось: не так уж легко было и выехать тогда из Советской России, и, видимо, главное, уже был роман с другим мужчиной, тоже кадровым офицером, правда, ставшим уже красным командиром – Александром Иванишевым.
 
Отчим Симонова был участником Японской и Германской войн, так что «дисциплина в семье, – как вспоминал сам Константин Симонов, – была строгая, чисто военная. Данное кому бы то ни было слово требовалось держать, всякая, даже самая маленькая ложь, презиралась». С тех пор и до последних дней жизни военные навсегда остались для Симонова людьми особой складки и выделки, которыми хочется быть или хотя бы им подражать.
 
Потом был Литературный институт имени А. М. Горького, первые публикации и первая война, определившая, быть может, всё дальнейшее, – Халхин-Гол. Потом были курсы военных корреспондентов при Военной академии имени М. В. Фрунзе, курсы при Военно-политической академии и фронтовые дороги Великой Отечественной, по которым он прошёл вместе со своей армией.
 
Если «не считать» литературу и фронтовые очерки, быть может, самое потрясающее, сделанное Симоновым после войны, – это его грандиозная работа по сохранению документальной памяти о ней. Именно Константин Симонов был среди тех, кто первым стал тщательно изучать трофейные документы, извлекая из них бесценную информацию, провёл и записал множество длительных и обстоятельных бесед с военачальниками, офицерами, солдатами, полными кавалерами орденов Славы, создал прекрасный документальный фильм «Шёл солдат» и шесть серий солдатских воспоминаний – «Солдатские мемуары». Дорогого стоят и его дневниковые «Разные дни войны». 
 
Когда 28 августа 1979 года Константин Симонов скончался, его прах, согласно завещанию, был развеян под Могилёвом, над Буйничским полем – тем самым, о котором писал в «Живых и мёртвых» и дневниковых «Разных днях войны»: «Я не был солдатом, был всего только корреспондентом, однако у меня есть кусочек земли, который мне век не забыть, – поле под Могилёвом, где я впервые в июле 1941 года видел, как наши в течение одного дня подбили и сожгли 39 немецких танков…»
 

Авторы:  Владимир ВОРОНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку