НОВОСТИ
Начали «хамить пациентам». Визит антиваксеров в больницу превратился в балаган (ВИДЕО)
sovsekretnoru

Франкенштейны ХХI века

Автор: Елена СВЕТЛОВА
01.06.2002

 
Владимир АБАРИНОВ
Вашингтон

Антинори великий и ужасный

Мефистофель: А чем же занимаетесь вы тут?
Вагнер (шепотом): Созданьем человека.
Мефистофель: А скажите, Какую же влюбленную чету Запрятали вы в колбы тесноту?
Гете. «Фауст». Перевод Бориса Пастернака

О возвращении к жизни усопших и о создании в колбе гомункула человечество мечтает на протяжении всей своей интеллектуальной истории. Но лишь в наше время наука вплотную приблизилась к овладению величайшей тайной бытия. В 1997 году на свет появилась овца-клон Долли. Идея бессмертия замаячила на горизонте. Наука отменила Второе Пришествие и Страшный Суд.

Даже те, для кого слова «священный дар жизни» – всего лишь фигура речи, ощущают смутную тревогу в связи с перспективой клонирования человека. Трезвомыслящие ученые считают это пустой и опасной затеей. Но признают: работы со стволовыми клетками эмбрионов – уникальная возможность в борьбе с неизлечимыми болезнями, от которой наука не вправе отказываться. Проблема эта в прямом смысле слова общечеловеческая. В тиши научных лабораторий США и России исследования идут полным ходом. Американская и российская дискуссии о клонировании столь же различны, сколь различны сами наши страны. И столь же поучительны.

Тем временем шарлатаны от эмбриологии, не терзаясь моральной ответственностью, обещают в ближайшее время осчастливить мир созданием клона человека. Если верить последнему такому сообщению, ждать осталось полгода...

История вопроса
Надо признать, что наиболее бескомпромиссный противник манипуляций с эмбрионами, Римско-католическая церковь, не всегда придерживалась своей нынешней доктрины. В средние века человечество имело смутное представление о процессе оплодотворения. В науке господствовала точка зрения Аристотеля, полагавшего, что плод оживает тогда, когда начинает двигаться. Не имея ни малейшего представления о физиологии беременности, Аристотель вел отсчет с 40-го дня после зачатия, если плод был мужского пола, и с 80-го – если женского.
В 1588 году католическая церковь пришла к убеждению, что появление на свет нового человеческого существа происходит в момент зачатия, и Папа Сикст V объявил контрацепцию и искусственное прерывание беременности смертными грехами. Однако спустя всего лишь три года Григорий XIV вернулся к Аристотелевой доктрине сорока дней. И только в 1869 году Пий IX запретил католикам аборты на любой стадии беременности, объяснив пастве, что зародыш обладает душой с момента зачатия.

Этому выводу немало способствовало «открытие» Антона ван Левенгука. Он рассмотрел в только что изобретенный им микроскоп семя и увидел в сперматозоиде прообраз полноценной особи. Наконец, в 1827 году российский академик Карл Эрнст фон Баэр открыл яйцо, тем самым положив начало эмбриологии. Первый младенец, зачатый in vitro, девочка Луиза Браун, появился на свет в 1978 году.



«Джинн вырвался из бутылки»

Панайотис Завос сначала сотрудничал с Антинори и даже подыскал для экспериментов, по его словам, семьсот бесплодных пар, а затем поссорился с коллегой и обвинил его в элементарном надувательстве

Живи гетевский доктор Вагнер в современной Америке, он ни за что не добился бы государственного финансирования проекта создания гомункула. В США с 1996 года действует законодательный запрет на выделение из федерального бюджета средств медицинским учреждениям, практикующим искусственное оплодотворение, а также использующим в своих исследованиях эмбрионы человека и их стволовые клетки, не говоря уже об искусственном прерывании беременности. Правда, в последний год своего президентства Билл Клинтон разрешил финансирование экспериментов с использованием стволовых клеток эмбрионов, учитывая огромное значение таких исследований для лечения диабета, рака, болезней Паркинсона и Альцгеймера и целого ряда не менее тяжелых недугов. Президенту Бушу предстояло подтвердить, отменить или видоизменить решение предшественника. Многие в Америке считают этот вопрос важнейшей проблемой президентства Буша. Президент обещал принять решение в июне прошлого года. Но потом взял дополнительное время на размышление.

Между тем страсти накалились. События прошлой весной и летом развивались бурно. Сначала частный институт в Норфолке, Вирджиния, объявил, что в его лаборатории созданы in vitro человеческие эмбрионы специально для исследовательских целей. Такого в истории медицины еще не было: до сих пор экспериментаторы пользовались «отходами производства» – зародышами, зачатыми в пробирке и признанными не пригодными для имплантации в матку суррогатной матери. Затем о своем решении покинуть страну и переехать в Англию заявил ведущий американский исследователь стволовых клеток Роджер Педерсен. Наконец, в пользу ослабления запрета высказался неофициальный советник Буша по медицинским вопросам сенатор Роберт Фрист – профессиональный хирург-кардиолог и единственный врач в Сенате.

Тем временем активизировались энтузиасты клонирования уже не эмбрионов для исследовательских целей, а человека в полном смысле слова. Стало известно, что некая американская пара, год назад потерявшая свою десятимесячную дочь, заплатила полмиллиона долларов за ее воскрешение. Младенец скончался на операционном столе в результате трагической случайности. Клонировать ребенка взялась Брижжит Буасселье – французский биохимик, объявившая, что в проекте добровольно примут участие пятьдесят суррогатных матерей, в том числе 23-летняя дочь самой Буасселье.

Но все не так просто. Буасселье – член атеистической секты «Раэлианское движение», насчитывающей, по ее собственным словам, 55 тысяч членов в 84 странах. Ее основатель, в прошлом французский спортивный журналист Клод Ворильон, утверждает, что все живое на Земле создано представителями инопланетной цивилизации посредством клонирования и генетических модификаций. Откровение снизошло на него 13 декабря 1973 года, когда он встретился с пришельцем, сообщившим ему сию благую весть. Раэль, как стал называть себя новоявленный пророк, живущий ныне в Монреале, находит следы своего учения в Книге Бытия, искаженной неточным переводом, и утверждает, что Будда, Моисей, Иисус и Магомет были чем-то вроде медиумов, посредством которых инопланетные демиурги поддерживали контакт с человечеством и наставляли его на путь истинный. Теперь, когда человек научился манипуляциям с генами, его создатели могут наконец общаться с ним без эвфемизмов, рациональным языком науки. Поэтому посланец внеземного разума обратился к Раэлю с просьбой учредить на Земле посольство своей планеты, посредством которого инопланетяне вскоре вступят в официальный контакт с потомками созданных ими гомункулов.

Исполняя завет пришельца, раэлианцы хотят подарить счастье деторождения не только бесплодным парам, но и приверженцам однополой любви. В очереди уже стоят пять британских бездетных семей и две пары гомосексуалистов. За сходную цену – всего 50 тысяч долларов – зарегистрированный на Багамах консорциум законсервирует генетический материал вашего четвероногого друга, который вы сможете использовать после его кончины для второго рождения любимца.

У доктора Буасселье, однако, мгновенно появились конкуренты. Бывший профессор Университета Кентукки, специалист по искусственному оплодотворению Панайотис Завос объявил о намерении в сотрудничестве с итальянским коллегой Северино Антинори создать клоны человека. Доктор Завос утверждал, что в его экспериментах изъявили желание участвовать более семисот бесплодных пар.

Видя, каким ажиотажем окружены планы экспериментаторов, американские законодатели забеспокоились. Законодательный запрет на клонирование человека действовал лишь в четырех штатах Америки – Калифорнии, Мичигане, Луизиане и Род-Айленде. Подкомитет нижней палаты по расследованиям немедленно назначил слушания. Открывая их, республиканец Джеймс Гринвуд начал свою речь с цитаты из футурологического романа Олдоса Хаксли «О, дивный новый мир», в котором описано общество, где искусственное оплодотворение поставлено на поток и превращено в единственный легальный способ размножения его членов. «Возможное клонирование человеческих существ приближает нас к этому фантастическому миру», – предупредил он сурово.

Бывший спортивный журналист Клод Ворильон, ныне «пророк Раэль», утверждает, что человечество появилось на свет «из пробирки» и нет более естественного пути размножения, чем клонирование

Прочие выступления были выдержаны в том же мрачном духе. Свидетели из числа экспертов оказались тоже, как на подбор, противниками клонирования человека. Их аргументы сводились главным образом к технической сложности операции, в результате которой добровольцы могут получить мертвого, дефективного или деформированного младенца. Ораторы в один голос твердили о моральных и этических проблемах, которые повлечет за собой клонирование человеческого существа, но, видимо, проблемы эти казались им столь очевидными, что толком их никто не сформулировал. Во всяком случае, довод о «кризисе идентичности», присвоении учеными роли Создателя и им подобные были в значительной мере сведены на нет свидетелями-специалистами: пытаясь отговорить убитых горем родителей от сомнительной затеи, они утверждали, что точной копии умершего ребенка не получится, потому что его индивидуальность будет другой.

Предстали перед членами подкомитета и виновники их озабоченности. Законодатели и публика сподобились лицезреть даже самого Раэля, облаченного в белоснежные ризы, с бородой, лысиной и каким-то медальоном на шее. Панайотис Завос заявил, что науку не остановишь, поскольку «джинн уже вырвался из бутылки». Он подтвердил, что его планы остаются в силе, но отказался сообщить конгрессменам подробности. То же самое сделала и Брижжит Буасселье. При этом она отвергла опасения, что эксперимент может закончиться рождением урода: по ее словам, эмбрионы, подлежащие имплантации в тело суррогатной матери, пройдут самую тщательную проверку; состояние плода будет контролироваться на всех стадиях беременности, и в случае неудачи она будет прервана. Буасселье сообщила также, что ее опыты будут проходить на территории США, но не сказала, где именно. Оба ссылались на практику оплодотворения in vitro с последующей имплантацией плода. По данным Завоса, таким образом в мире ежегодно появляются на свет 200 тысяч младенцев. «Не знаю, – говорила Буасселье, – почему мы должны продолжать эксперименты с коровами при такой высокой степени успеха c зачатиями in vitro». Еще один ее довод состоял в том, что физиология беременности человека изучена гораздо лучше, чем беременность животных.

Право на жизнь

«А не надо никаких точек зрения», – безапелляционно заявило как-то жарким летним днем на Патриарших московскому литератору, рвавшемуся в идеологический бой, лицо, несомненно авторитетное в вопросах жизни и смерти. Однако же простые смертные не внимают совету и то и дело норовят осчастливить мир своими суждениями о сокровеннейших тайнах бытия.

Стараясь обосновать свой взгляд на проблему эмбрионов, сторонники разрешения медицинских экспериментов обращаются к первоисточнику, то есть к Библии. Ключевой вопрос дискуссии – в какой момент неодушевленная материя превращается в уникальную человеческую особь, когда у плода появляется душа? В поисках ответа сенатор Гордон Смит в ходе недавних слушаний в комитете верхней палаты по ассигнованиям апеллировал к главе 2 Книги Бытия, где описывается создание Господом Адама. Адам, напомнил почтенному собранию сенатор, стал человеком лишь после того, как Господь вдохнул в него душу. Таким образом, заявил Смит, рождение человеческого существа представляет собой «двухступенчатый процесс»: оплодотворенная клетка – это только форма; душу она обретает, будучи помещена в матку. Эмбрион, созданный в лаборатории и никогда не бывший в женском чреве, нельзя рассматривать как в полной мере живое существо, резюмировал Смит.

Представитель Конференции американских католических епископов Ричард Дорфлингер тотчас дезавуировал мнение Смита, назвав его теорию «любительской теологией», а выводы, к которым он пришел, «абсурдными». Развитие эмбриона, возразил богослов-профессионал, процесс всецело внутренний, предопределенный его собственной структурой; материнское же чрево – не что иное, как питательная среда. «Представим себе, что ученые создали искусственную матку, – сказал Дорфлингер. – Разве младенец, родившийся таким способом, не будет человеком? Позволительно ли будет его убить для каких бы то ни было целей?»

Глава массачусетской компании Advanced Cell Technology, Inc. Майкл Вест представил законодателям свой взгляд на вещи. По его словам, этическая проблема возникает по достижении эмбрионом возраста двух недель. Именно на пятнадцатый день у него начинается формирование позвоночника. До того, как это произошло, плод можно разделить на две части и получить в итоге однояйцевых близнецов или, наоборот, слить два зародыша в один. Именно этот момент превращения зародыша в индивидуальность, сказал Вест, определил британский парламент, легализовавший в этом году исследования эмбриональных стволовых клеток. Бизнесмен тоже цитировал Библию, в данном случае притчу о трех рабах, рассказанную в главе 25 Евангелия от Матфея: хозяин дал каждому по таланту, двое удвоили капитал, а третий зарыл свой талант в землю. Федеральное правительство, заявил Вест, не должно уподобляться третьему рабу.

Как раз на этих слушаниях свою позицию изложил Билл Фрист, до избрания в Конгресс практиковавший трансплантацию сердца и легких. Трансплантация донорских органов, объяснил он, стала возможна лишь после того, как ученые и законодатели (это произошло в 1968 году) пришли к выводу о том, что смерть наступает не тогда, когда перестают биться сердце и дышать легкие, а когда прекращает жизнедеятельность мозг. При этом органы и ткани организма продолжают жить и оставаться пригодными для пересадки. В противном случае донорские органы пришлось бы выбрасывать на помойку, как и придется поступить с искусственно зачатыми, но забракованными эмбрионами, если будет запрещено их дальнейшее использование в медицинских исследованиях. Такая точка зрения, естественно, не мешает Фристу оставаться противником абортов, а также клонирования эмбрионов.

Биохимик Брижжит Буасселье была готова вовлечь в свой проект в качестве «суррогатной матери» даже собственную дочь

Наконец, влиятельнейший в консервативных религиозных кругах сенатор Оррин Хэтч (он, как и Гордон Смит, мормон и противник абортов) направил министру здравоохранения Томми Томпсону письмо, в котором привел такой аргумент в пользу снятия запрета на исследования: оставаясь в лабораторной пробирке, эмбрион не имеет возможности развиться в человека – этот шанс у него появляется лишь после имплантации в матку. Только в этом случае правительство должно защищать право зародыша на жизнь.
Делатель младенцев

Тем временем выяснились подробности проекта Буасселье. Западновирджинская Charlestone Gazette опубликовала интервью местного адвоката Марка Ханта, заявившего, что он и есть тот самый спонсор-инкогнито, который жаждал вернуть к жизни своего безвременно почившего младенца, мальчика по имени Эндрю, и с этой целью финансировал исследования компании Clonaid.

По словам Ханта, он и его жена Трейси решили «впервые с тех пор, как Иисус воскресил Лазаря, преодолеть великую пропасть смерти» и с этой целью сохранили клетки десятимесячного сына. Они понимали, что клон Эндрю будет другим ребенком, но верили, что получат «некоторое утешение». Пара побывала в нескольких штатах, уговаривая ученых решиться на рискованный опыт. Доктор Брижжит Буасселье оказалась единственным специалистом, ответившим согласием. Хант вложил в проект полмиллиона долларов, закупив оборудование и сняв помещение под лабораторию в пригороде Чарльстона под названием Нитро. Однако соблюсти тайну не удалось. В Чарльстон приехал репортер лондонской Times. Коварный британец сеял панику, убеждая окрестных жителей, что в загадочной лаборатории «делают бомбу». Хант – а это лицо в Западной Вирджинии известное, бывший законодатель штата и кандидат в сенаторы – понял, что пора выходить из подполья. В этот момент в его доме появились инспекторы Федерального агентства по контролю за продуктами питания и лекарствами (FDA), привлеченные мгновенно распространившимися слухами о том, что в Нитро делают не то бомбу, не то гомункула, не то еще какую-то холеру.

Федеральное агентство по контролю за продуктами питания и лекарствами имеет полномочия при отсутствии закона вводить временный запрет на медицинские эксперименты, если считает их опасными. Именно так оно и поступило после того, как раэлианцы объявили о своих планах, а Буасселье выступила на слушаниях в Конгрессе. Сотрудники агентства побывали в лаборатории Clonaid в Сиракузах, штат Нью-Йорк, осмотрели оборудование и утвердились в своих опасениях. По их требованию Буасселье подписала обязательство не заниматься опытами по клонированию человека. В июле Буасселье совершила турне по стране, убеждая журналистов поддержать ее. По словам Буасселье, она регулярно получает угрозы расправы, но запугать ее не удастся. «Я собираюсь делать младенцев, а не бомбы», – говорила она, тем самым невольно перефразируя кошмарные чарльстонские слухи. Выяснив географическое положение второй лаборатории Clonaid, сотрудники агентства быстро добрались и до Ханта и объяснили ему, что, покуда федеральное большое жюри в Сиракузах решает вопрос о правомочности временного запрета на клонирование, опыты следует прекратить. Законопослушный Хант так и поступил, врезав новые замки в двери лаборатории. Ко всему прочему, Хант был недоволен чересчур бурной медиа-кампанией, развернутой Буасселье. Вместе с тем адвокат заявляет, что он и его жена не видят никакой этической проблемы в клонировании и продолжат поддержку исследований в этой области.

В свою очередь, живущая в Лас-Вегасе Буасселье сообщила прессе, что намерена вчинить иск FDA, а кроме того – что Clonaid располагает лабораторией за пределами США. Она отказалась назвать страну. На вэб-сайте компании есть, впрочем, информация о том, что два года назад Clonaid открыл офис в Южной Корее.

Большинство палаты представителей аргументам здравого смысла не вняло. Противники клонирования в нижней палате одержали тогда легкую и убедительную победу. Законопроект, запрещающий клонирование человека, был принят 1 августа прошлого года большинством в 265 голосов против 162. Поправку, допускающую клонирование эмбрионов для медицинских исследований, отклонили 249 голосами.

Председатель юридического комитета палаты Джеймс Сенсенбреннер с удовлетворением отметил, что тем самым США подтверждают свою миссию мирового морального лидера.

Неофициальный советник президента Буша по медицинским вопросам, сенатор Фрист, из сторонника клонирования человеческих эмбрионов превратился в жесткого противника

Правда, печальники о невинно убиенных младенцах даже не озаботились вопросом о том, что же делать с эмбрионами, клонированными нелегально: поместить в детский приют или выбросить на помойку?
Задачка для Буша

Десять лет тюрьмы и миллион долларов штрафа. По мнению американских законодателей, угроза такого наказания должна была охладить пыл иноземцев, замышляющих надругательство над священным даром жизни. Однако вышло ровно наоборот: не успели капитолийские схоласты вкусить радость победы, как на город Вашингтон обрушилась новая напасть: франкенштейны перешли в наступление и явились в столицу, продолжая упорствовать в своей ереси. 7 августа специальная конференция Национальной академии наук заслушала сообщения Северино Антинори, Панайотиса Завоса и Брижжит Буасселье. (Американская академия не похожа на российскую – она учреждена в середине позапрошлого века Конгрессом в качестве экспертного совета по вопросам, интересующим законодательную власть.) На конференцию собрались светила эмбриологии, в том числе создатель овцы-клона Долли шотландский ученый Ян Уилмут, Рудольф Джениш из Массачусетского технологического института и профессор Гавайского университета Рюзо Янагимати.

Завос, работающий в сотрудничестве с итальянским эмбриологом, подтвердил, что он и его коллега намерены клонировать человеческое существо в будущем году; в проекте примут добровольное участие двести супружеских пар из разных стран мира. Проект, по его словам, будет осуществлен в одной из средиземноморских стран. Ученое собрание не апеллировало к богословским аргументам. Дискуссия носила сугубо профессиональный характер. Светила в один голос заявляли, что степень риска слишком велика и что дефекты клонированных эмбрионов невозможно распознать на стадии имплантации, поэтому велика вероятность, что клонированные дети будут страдать аномалиями. Брижжит Буасселье отвечала оппонентам с мягкой улыбкой и поразительным простодушием, стараясь не вступать в детальный спор. «Я полагаю, – объяснила она свою позицию, – каждый из нас волен использовать свои гены по собственному усмотрению. Если вы хотите иметь ребенка, соединяя свои гены с генами того, кого вы выбрали, – это ваше право. Но вы также должны пользоваться правом репродуцировать самих себя, используя только свои гены». Обе стороны нервничали и перебивали друг друга.

В такой острый момент и произошла встреча Буша с Папой. Глава Святого Престола принял президента в своей летней резиденции Кастель Гандольфо на берегу озера Альбано. Это место неземной красоты, будто специально созданное для размышлений о непреходящей ценности жизни. Буш и Папа беседовали около получаса наедине, без советников и переводчиков. Но и того, что было сказано понтификом публично, репортерам хватило, чтобы возвестить на весь крещеный мир: Папа против опытов с эмбрионами.

Вот что сказал Иоанн Павел II: «Свободное и добродетельное общество, каким стремится быть Америка, должно отвергнуть практику, которая обесценивает и подвергает насилию человеческую жизнь на любой стадии, от зачатия до естественной смерти». В США эта фраза стала главной новостью дня. Казалось бы, призыв к запрету очевиден. Тем не менее сторонники отмены запрета находят, что Его Святейшество выразился иначе: в предыдущем предложении он говорит о «невинной человеческой жизни в материнском чреве». Таким образом, доказывают эти толкователи, Папа не возражает против экспериментов с эмбрионами, зачатыми in vitro. Эта интерпретация, впрочем, прожила недолго: пресс-секретарь понтифика Хоакин Наварро-Валльс разъяснил журналистам, что Папа против любых экспериментов с эмбрионами или их стволовыми клетками.

Так и не огласив свое решение, Джордж Буш отправился в отпуск. Толпа журналистов ринулась за ним, терпеливо взяв в осаду техасское ранчо президента. Люди из свиты Буша говорили, что он тщательно обдумывает проблему, всесторонне обсуждая ее с десятками экспертов, как эмбриологами, так и богословами, а также просто с друзьями. Тем не менее окончательное решение принималось в чрезвычайно узком кругу, насчитывающем менее десяти самых доверенных лиц и уже получившем название «семьи». За считанные минуты до обращения Буша к нации плотину прорвало: все ведущие телеканалы и крупнейшие информационные агентства сообщили, что президент разрешит федеральное финансирование исследований с эмбрионами при строгих ограничениях. Эти сведения полностью подтвердились.

Повязав ради такого случая галстук и надев пиджак, Джордж Буш подробно рассказал соотечественникам, в чем состоит суть проблемы. Он напомнил, что большое количество эмбрионов, полученных при искусственном оплодотворении, но не имплантированных в матку, обречены на гибель – их приходится либо выбрасывать, либо использовать в медицинских экспериментах. Их можно заморозить, однако срок хранения эмбрионов ограничен. Перед ним, сказал Буш, стояли два вопроса: «Первый – являются ли эти замороженные эмбрионы живыми существами, а потому должны ли они быть защищены от уничтожения? И второй – если они будут все равно уничтожены, не лучше ли их использовать во благо, для исследований, которые способны спасти другие жизни?» По мнению авторитетного ученого, на которого сослался Буш, не назвав его по имени, эмбрион может считаться живым существом лишь на шестой день существования – до этого срока это всего лишь «скопление клеток». Это заключение и оказалось решающим.

Сенатор Сэм Браунбэк, инициатор законодательного запрета экспериментов в области клонирования человека, на пресс-конференции продемонстрировал горы петиций с требованиями поставить барьер на пути лжеученых

«Я сделал вывод, что мы должны разрешить федеральное финансирование исследований с этими уже существующими стволовыми клетками, поскольку в этом случае вопрос жизни и смерти уже решен», – сказал Буш.

... Казалось, война с терроризмом отложила в долгий ящик дискуссию о клонировании. Ничуть не бывало. В начале апреля этого года стало известно, что в верхнюю палату внесены два взаимоисключающих законопроекта. Бог весть каким образом произошла метаморфоза с сенатором Фристом, но 9 апреля он выступил в поддержку полного запрета клонирования человеческих эмбрионов. А 10 апреля издающаяся в Дубае англоязычная газета Gulf News сообщила, что доктор Северино Антинори уже трансплантировал клонированный эмбрион в чрево женщины, которая пребывает на восьмой неделе беременности. Сам итальянский профессор от комментариев уклонился.

В тот же день президент Буш выступил в Белом доме с призывом к законодателям ввести полный запрет на клонирование эмбрионов человека для каких бы то ни было целей.

«Проблема клонирования человека, – сказал он, – глубоко тревожит меня, как и большинство американцев. Жизнь – это творение, а не товар. Наши дети – подарок, который мы должны любить и защищать, а не продукт, который можно конструировать и производить. Допуская клонирование, мы делаем значительный шаг по пути к обществу, в котором человеческие существа будут выращиваться на запасные части, а дети – проектироваться в соответствии с пожеланиями заказчика. Это неприемлемо».

Эмоциональная речь Буша отнюдь не убедила сторонников «терапевтического клонирования» в Сенате. Водораздел пролегает не по партийному признаку – в пользу либерального законопроекта выступают видные республиканцы, и наоборот. В том случае, если Сенат одобрит ограниченное клонирование, вопрос поступит на рассмотрение согласительной комиссии, которая, как ожидается, не сможет прийти к компромиссу. В таких случаях говорят, что законопроект «умер в Сенате». Однако этой осенью в Америке промежуточные выборы: переизбирается весь состав нижней палаты и треть верхней. По мнению наблюдателей, клонирование станет одной из ключевых тем кампании, особенно в штатах так называемого «библейского пояса», отличающихся консервативными взглядами, и в штатах, экономика которых в значительной мере опирается на частные медицинские учреждения. При таких условиях партийные интересы отступают на второй план.


Авторы:  Елена СВЕТЛОВА

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку