Фиктивное дело «обнальщиков»

Фиктивное дело «обнальщиков»
Автор: Игорь КРАТОВ
02.03.2016

 

Фото: micb.md

«Уголовное преследование недопустимо превращать в инструмент в разборках или корпоративных спорах», – сказал недавно Владимир Путин. Когда наши правоохранительные органы услышат президента?

 

«В конце октября прошлого года правоохранительные органы объявили о раскрытии громкого дела по выводу из страны около 50 миллиардов долларов через так называемую молдавскую схему. В Москве под сопровождение видеокамер был арестован, по версии следствия, предполагаемый организатор «крупнейшей финансовой аферы современности», банкир Александр Григорьев. Правда, всего через месяц выяснилось, что все эти разоблачительные телерепортажи и статьи «о главном обнальщике страны» не соответствуют действительности. В итоге банкира ославили на всю Россию, он уже почти полгода находится в СИЗО. Газета «Совершенно секретно» попыталась выяснить – какие силы заинтересованы в показательной расправе над банкиром Григорьевым.

30 октября 2015 года сотрудники Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД России (ГУЭБиПК. – Ред.) вместе с бойцами спецназа вошли в торговый центр «Сфера», который находится на Новом Арбате в центре Москвы. Пройдя в ресторан, оперативники направились к столику, за которым обедал, как позже расскажут многие СМИ, бизнесмен Александр Григорьев. Задержание прошло жёстко, хотя он не оказывал никакого сопротивления. В этот же день Григорьев был вывезен в сопровождении оперативников в Ростов-на-Дону.

Как сообщили в новостях, представители МВД подозревают бывшего совладельца Русского земельного банка и банка «Западный» Александра Григорьева «в создании международной преступной группы из 500 человек». Сообщалось о том, что в криминальной схеме задействовано не менее 20 отечественных банков, в том числе и с государственным участием, с помощью которых, используя «молдавскую схему», за пределы Российской Федерации преступное сообщество незаконно «вывело» почти 50 миллиардов долларов. Горячую новость тут же доверчиво подхватили и развили многие российские СМИ. Но первые нестыковки в этом громком деле проявились уже в ростовском суде, куда привезли бизнесмена, закованного в наручники и с чёрным мешком на голове, для избрания меры пресечения в виде ареста.

В суде Ленинского района Ростова-на-Дону выяснилось, что уголовное дело № 2015717105, в рамках которого был задержан Александр Григорьев, было возбуждено следственной частью ГСУ МВД России по Ростовской области по факту выдачи банком «Донинвест» невозвратных кредитов на сумму 107 миллионов рублей. Ни о каких миллиардах долларов, выведенных за границу по «молдавской схеме», как удалось выяснить «Совершенно секретно», речи в документах не идёт. Григорьев, категорически отрицая предъявленное ему обвинение, тем не менее предложил внести залог в размере вменяемого ему ущерба – 107 миллионов рублей, чтобы на время следствия находиться под домашним арестом – по сути, в такой же изоляции, но в приемлемых для жизни условиях. Но судья не отреагировал на это предложение.

Мы не ставим себе задачу обелить находящегося в СИЗО Александра Григорьева, но расскажем о серьёзных, на наш взгляд, нестыковках в его деле. У специалистов в финансовой сфере, с которыми нам удалось побеседовать, есть полное ощущение того, что людям, реально организовавшим вывод российских денег за рубеж, срочно оказался нужен человек, на которого можно было бы списать всю финансовую аферу последних двух десятилетий.

Впрочем, обо всём по порядку.

 

Чужая схема

Первое упоминание о криминальной схеме по выводу десятков миллиардов долларов из России произошло несколько лет назад. Наиболее тщательно «молдавскую схему» разобрали в 2014 году журналисты «Новой газеты». И надо отдать должное – справились с этой задачей достойно. Но нам удалось найти серьёзные изъяны в их исследовании.

Итак. Как работала «молдавская схема»? Две офшорные зарубежные компании (часто из Великобритании, Новой Зеландии или Белиза. – Ред.) заключали между собой договоры займа на различные крупные суммы – от 100 до почти 900 миллионов долларов. Как утверждают, молдавские следователи, эти договоры всегда были фиктивными. «Гарантом» по договорам всегда выступал гражданин Молдавии. Обычно это простой сельский житель, который за небольшое вознаграждение предоставлял свой паспорт для осуществления сделки. Зачем он был нужен? Это позволяло использовать молдавскую юрисдикцию при возникновении хозяйственных споров. «Гарант», в свою очередь, обязан был предоставить «поручителей». Ими, как установили журналисты «Новой газеты», были российские «фирмы-однодневки»

Когда приходило время платить по договору займа, должник всякий раз сообщал заёмщику – долг признаю, но исполнить свои обязательства, к сожалению, не имею возможности. После этого заёмщик шёл в молдавский суд, который выносил судебный приказ о принудительном взыскании долга. Судебное решение передавалось судебным приставам Молдавии, которые имели счета в кишинёвском Moldindconbank. В нём же были открыты корреспондентские счета российских банков, в которых обслуживались «фирмы-поручители». Согласно документам Службы по борьбе с отмыванием денег Молдавии, которые оказались в распоряжении журналистов, с 2011 по 2014 год на основании судебных постановлений молдавской Фемиды и официального межгосударственного соглашения между Россией и Молдавией принудительно взыскано почти 700 миллиардов рублей. Деньги списали со счетов примерно ста российских компаний через 21 российский банк. Взысканные средства, конвертировались в валюту и переводились на счета зарубежных фирм в том же Moldindconbank или в латвийском Trasta Кomercbankа.

Лидером по объему сомнительных операций, по утверждению журналистов «Новой газеты», был Русский земельный банк (РЗБ), а затем и банк «Западный». В материалах уголовного дела молдавских правоохранительных органов, которые попали в руки российских журналистов, говорится, что с 2012 по 2014 год объём денежных проводок между РЗБ и Moldindconbank составил 152,5 млрд рублей (около 4,5 млрд долларов). Совладельцем обоих банков (менее 20 % акций. – Ред.) был Александр Григорьев.

Григорьев – человек в банковском бизнесе новый. Его основное занятие – строительство и девелопмент. Якутская строительная компания «СУ-888», где он являлся основным акционером, участвовала и часто побеждала в государственных тендерах. По словам самого бизнесмена в интервью журналистам «Новой газеты», его компании приходилось часто кредитоваться. И когда Елена Батурина в 2012 году стала распродавать свои активы, ему поступило предложение приобрести принадлежащий ей Русский земельный банк.

«Мы посчитали, что банк может удачно сочетаться со строительным бизнесом, и согласились купить миноритарный пакет», – отвечал на вопросы журналистов Александр Григорьев.

Заметим, что речь идёт о 2012 годе. А согласно отчётам молдавских следователей первые «сомнительные» банковские проводки начались в 2011 году. То есть на момент вхождения в банк нового акционера «схема» работала уже год.

Сменив собственников, РЗБ открыл корреспондентские счета в молдавском Moldindconbank. Между РЗБ и молдавской кредитной организацией было подписано генеральное соглашение, в рамках которого совершались межбанковские сделки по продаже валюты. Григорьев этого никогда и не отрицал. Корсчета в иностранных банках – обычная практика, и это не является преступлением. «Мы пытались заработать, и эти совершенно законные операции ни у кого, включая надзорные органы, не вызывали вопросов на тот момент», – рассказывал предприниматель.

И вот здесь важное уточнение: в течение года между Русским земельным банком и банком из Молдавии проходил межбанковский обмен валюты. Как уверяют эксперты, это невозможно осуществить без плотного контроля со стороны Центрального банка России, а если возникают какие-либо подозрения, то и без представителей финансовой разведки – Росфинмониторинга.

В мае 2013 года Григорьев вышел из состава акционеров РЗБ. И только через год, весной 2014 года, ЦБ отобрал у Русского земельного банка лицензию и подал в арбитражный суд заявление о его банкротстве. В нём представители регулятора указали, что объём сомнительных операций РЗБ в 2013 году составил 15 миллиардов рублей. В то время как в документах молдавских правоохранителей речь идёт о суммах, в десятки раз больших.

 

Купить банк с «дырой» в балансе

В конце 2013 года предприниматель Григорьев приобретает миноритарный пакет акций нового банка – «Западный». Он тоже проходит в расследовании «Новой газеты» как финансовая организация, имевшая корреспондентский счёт в молдавском Moldindconbank. Для справки отметим, что согласно финансовой терминологии, миноритарный акционер – это физическое или юридическое лицо, размер пакета акций которого не позволяет ему напрямую участвовать в управлении компании. Такой пакет акций называется «неконтролирующим».

«Западный» принадлежал профессиональному финансисту Дмитрию Леусу. И, как нам стало известно, перед продажей банка в его балансе была «дыра» в несколько миллиардов рублей. Мы уже говорили, что Григорьев – человек, в банковском бизнесе новый, и, как выяснится позже, он в нём практически не разбирался. Известный предприниматель, экс-депутат Государственной думы Владимир Семаго, по приглашению Александра Григорьева и по его рекомендации совету директоров, успел поработать в банке «Западный» всего три недели. Сначала его назначили президентом, а за два дня до отзыва лицензии, весной 2014 года, он стал председателем совета директоров «Западного»

«Григорьева нельзя сравнивать с такими зубрами банковского рынка, как владелец «Глобэкса» и «Российского кредита» Анатолий Мотылёв, который сейчас – неизвестно где, – рассказывает Владимир Семаго «Совершенно секретно». – Ни с Борисом Булочником, хозяином Мастер-банка, местонахождение которого сегодня также неизвестно. Сюда же можно отнести Андрея Бородина с Банком Москвы и Сергея Пугачёва, возглавлявшего Межпромбанк, которых сейчас активно разыскивают правоохранители. Но это именно те люди, которые имеют паспорта, свободно пересекли границу и безболезненно уехали на Запад. Григорьев на их фоне был новичком».

Неопытность Григорьева очень скоро даст свои результаты. Через несколько месяцев, в апреле 2014 года, Центральный банк отберёт лицензию и у банка «Западный».

«У «Западного» не было ни одной задолженности, у них не было неисполненных обязательных платежей, то есть по всем тем пунктам, по которым ЦБ обычно отзывает лицензию, к банку вопросов не было, – делится своими впечатлениями Владимир Семаго. – Более того, у них на корсчета продолжали идти поступления, даже после отзыва лицензии. От 900 миллионов до 1 миллиарда рублей – таков был порядок цифр. Вся временная администрация жила на эти деньги».

Уже после отзыва лицензии у «Западного» Владимир Семаго пытался доказать в Центробанке, что «дыра» в капитале банка образовалась ещё при прежнем владельце Дмитрии Леусе. Знал ли Григорьев о нехватке капитала перед покупкой акций банка? Семаго уверен, что знал, но не подозревал о реальном масштабе катастрофы. Более того, у Григорьева не было своих финансистов. После покупки пакета акций «Западного» всей операционной деятельностью продолжала заниматься старая команда. Мог ли начинающий финансист, не имеющий своей команды, купивший «неконтролирующий» пакет акций проблемного банка, прогнать за несколько месяцев миллиардные суммы в Молдавию?

«Банк «Западный» контролировался Центральным банком в режиме онлайн, – говорит Семаго. – Все движения средств по счетам были видны. Но у ЦБ позиция следующая: «Мы же не правоохранительные органы. С точки зрения банковской деятельности все движения средств и проводки могли быть законны».

«Молдавскую схему» закрыли те люди, которые всё это время её же и контролировали, – рассказывает «Совершенно секретно» источник, работающий в банковском секторе. – Каждый человек, фирма или банк может открыть счёт в любой стране мира. Вас смущает перевод подозрительно крупных сумм с одного счёта на другой, но для этого существуют множество контролирующих органов. Куда они смотрели все эти годы? Вся схема, если её вообще можно так называть, по частям законна на 100 процентов, и прицепится к ней не за что. Но когда поднялся слишком большой шум и было принято решение эту тему закрыть, нужен был человек, на которого можно было бы всё это свалить. И идеальным кандидатом оказался Григорьев».

Отметим ещё одну очевидную странность. За те почти пять месяцев, которое длится следствие, сидящему всё это время в СИЗО Григорьеву так никто официально и не предъявил обвинения в выводе денег за рубеж, тем более в составе организованной группы.

 

«Донинвест» олигарха Парамонова

Вернемся к уголовному делу о хищении многомиллионной суммы из ростовского банка «Донинвест», по которому бизнесмен Григорьев был арестован в Москве и стремительно этапирован в Ростов-на-Дону. История банка «Донинвест» до 2012 года была тесно связана с одноимённой финансово-промышленной группой ростовского предпринимателя Михаила Парамонова, основателя скандально обанкроченного автопроизводителя «ТагАЗ».

Взлёт Парамонова произошёл в теперь уже далеких 1990-х годах и, по странному стечению обстоятельств, совпал со знакомством с тогдашним губернатором Ростовской области Владимиром Чубом. Банк «Донинвест», входящий в финансово-промышленную группу Парамонова, стал уполномоченным банком областной администрации, приобретал и кредитовал сотни предприятий. В общем, жил на широкую ногу.

Кредитные организации не обходили вниманием и Таганрогский автомобильный завод, входивший в группу «Донинвест». Банки буквально выстраивались в очередь, чтобы дать взаймы ТагАЗу. Проблемы начались летом 2010 года, когда новым руководителем Ростовской области неожиданно для всех стал Василий Голубев.

С этого момента дела всей группы «Донинвест» пошли под откос. Сразу 12 банков-кредиторов потребовали вернуть выданные ТагАЗу 24 миллиарда рублей.

Сам Парамонов обосновался в собственном особняке на острове в нижнем течении французской реки Сены.

После банкротства ТагАЗа стал испытывать проблемы и банк «Донинвест», чудом избежавший тогда банкротства. Новая администрация области прекратила с ним сотрудничество. Весной 2014 года, как стало известно газете «Совершенно секретно», председатель правления «Донинвеста» Алла Калитванская приезжала в Москву в надежде найти спасение для банка в размере 120 миллионов рублей. Именно эту сумму банк был обязан срочно выдать своим вкладчикам и дружественным компаниям. Эта информация была известна многим в столичных банковских кругах, так как сам банк так же продавался. Везде в той или иной форме был получен отказ. Единственным, кого удалось зацепить Алле Калитванской, был вице-президент по инвестициям банка «Западный» Григорий Кулеша, которому Григорьев очень доверял. Сам Александр Григорьев, по словам его знакомых, с которыми нам удалось пообщаться, до сих пор не понимает, как правление банка «Западный» могло согласиться выдать межбанковский кредит 120 миллионов рублей «Донинвесту». Ведь проверка специалистами показала, что «Донинвест» – рискованный заёмщик, с плохим балансом. Однако вице-президент «Западного» Григорий Кулеша, давно знающий Калитванскую, сумел переубедить членов правления и акционеров, в том числе и Григорьева

Здесь сделаем небольшое отступление. Григорий Кулеша – ещё один фигурант уголовного дела, которое начали расследовать ростовские следователи. Перед тем как устроиться на работу в «Западный», занимал должность заместителя руководителя дочерней структуры Внешэкономбанка «ВЭБ-инвест». Руководитель «ВЭБ-инвеста» Алексей Шулепов прославился тем, что умудрился, в тайне от головного офиса, вывести из-под контроля госкорпорации Андрюшкинское золоторудное месторождение стоимостью около миллиарда рублей. После возбуждения уголовного дела одним из первых был допрошен Кулеша. Поведав следствию всё, что оно хотело знать о деятельности Алексея Шулепова, Кулеше удалось выскочить из громкого «золотого дела». Алексею Шулепову повезло меньше. Находясь под подпиской о невыезде, он скрылся от следствия за границей и был объявлен в международный розыск.

Но вернёмся к ростовскому банку. Через неделю после выдачи «Донинвесту» кредита 120 миллионов рублей под личное поручительство Григорьева, по словам наших источников, Калитванская снова напросилась к нему на встречу и стала говорить, что все деньги ушли и им не хватает ещё 60–80 миллионов рублей. Это необходимо для спасения банка. Взамен Калитванская предложила оформить на эту сумму часть уставного капитала «Донинвеста» на Григорьева. Но покупка проблемного банка не являлась для Григорьева целью. Он просто хотел вернуть обратно деньги, вложенные в банк «Западный». Калитванская организовала ему встречу с реальным хозяином «Донинвеста» Михаилом Парамоновым, который проживает во Франции и был якобы готов встретиться, чтобы урегулировать все спорные вопросы.

Встреча Григорьева с Парамоновым состоялась той же весной 2014 года в одном из ресторанов Парижа. На ней присутствовала и Алла Калитванская. Как нам стало известно, Парамонов сразу же сказал, что никакие долги и требования кредиторов его не интересуют. Он не собирается предпринимать никаких действий по погашению кредита 120 миллионов за счёт средств своих компаний.

Григорьеву, как утверждают наши собеседники, не оставили выбора, кроме как взять ситуацию в свои руки и попытаться её выправить. Именно личное участие Григория Кулеши в организации операции по спасению судьбы того самого межбанковского кредита, возвращённого с его помощью в апреле 2014 года в банк «Западный», убедило Александра Григорьева, что «Донинвест» сможет удовлетворить требования регулятора и что Кулеша правильно разглядел в нём, как говорят финансисты, недооценённый актив.

Но через несколько месяцев, несмотря на отчаянные попытки предпринимателя «вытянуть» банк из глубокого кризиса, регулятор отозвал у «Донинвеста» лицензию. Причинами, по мнению очевидцев событий, с которыми нам удалось пообщаться, и по позиции самого Центробанка, явились давно назревающие проблемы: финансовая брешь и конфликт с Южным региональным отделение Центробанка по неисполненным предписаниям регулятора.

После возбуждения уголовного дела по факту мошенничества под стражу были взяты Алла Калитванская и её заместитель, а затем, по необъяснимой логике, и потенциальный инвестор банка (сделка по покупке акций банка, согласно опубликованным документам, так и не была завершена. – Ред.) – Григорьев, который только начинал получать документальную информацию о прошлой деятельности «Донинвеста».

 

Слово и дело

В феврале на совещании с председателями российских судов президент Владимир Путин в очередной раз призвал не допускать злоупотребления правом и создать условия для безопасной работы бизнеса. «Уголовное преследование недопустимо превращать в инструмент в разборках или корпоративных спорах, – заявил президент, отметив, что нужно «поставить заслон на пути тех, кто использует уголовное преследование как дубину для отъёма собственности у законных владельцев».

К этому вопросу глава государства возвращается не впервые, и это говорит лишь об одном – на местах чиновники и силовики не торопятся менять свой привычный уклад жизни. Подтверждение этому – так называемая ночь длинных ковшей, когда столичные власти снесли 104 торговых павильона у станций метро, несмотря на то, что у владельцев в большинстве своем имелись на руках все необходимые документы о собственности. Власти Краснодарского края сносят построенные многоквартирные дома, признав их самостроем. И это при том, что у людей, вложивших в жильё свои последние накопления, на руках так же есть все документы о собственности, подписанные теми же самыми краснодарскими чиновниками.

Российские следственные изоляторы переполнены предпринимателями, взятыми, по сути, в заложники, по так широко применяемой и любимой следственными органами 159-й статье Уголовного кодекса – «Мошенничество». Бизнесмены, а их многие тысячи, сидят под следствием годами, а если и выходят, то выходят лишёнными своего бизнеса, а самое главное – здоровья. Реальные же преступники, как показывает практика, всегда имеют возможность свободно укрыться за границей, так как зоркое око правоохранителей смотрит совершенно в другую сторону.

 


Авторы:  Игорь КРАТОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку