НОВОСТИ
Трех надзирателей истринского изолятора, откуда сбежали 5 заключенных, будут судить
sovsekretnoru

Две жизни короля капусты

Автор: Сергей МАКЕЕВ
02.05.2011

 
   
 
 
 Американский авантюрист Уильям Уокер был даже президентом Никарагуа  
 
 
   
 Пароходный магнат Корнелиус Вандербильт спонсировал авантюру Уокера  
   
   
 О.Генри в кругу первой семьи, 1890 год  
 
 
 
Уильям Сидни Портер, будущий О.Генри, успел поработать и кассиром в банке. Потом на него «повесят» чужую растрату  

 

 

Жизнь и приключения Билли Портера, более известного под псевдонимом О.Генри

В моём детстве знакомство с новеллами О.Генри совпало с выходом на экраны кинокомедии Л.Гайдая «Деловые люди». И с тех пор во дворах то и дело звучали цитаты из О.Генри. Если кто-то напрашивался прокатиться на твоём велосипеде, он слышал в ответ:
– Боливар не выдержит двоих!
Если кто-то приставал с докучными просьбами, ему отвечали:
– Мальчик, хочешь пакетик леденцов и прокатиться в шарабане?
Ну, а если надо было срочно удирать, говорили:
– Успеем добежать до канадской границы?..
Интересные истории в жизни – случаются, а хорошие истории в литературе – получаются. Как, «из какого сора» получились новеллы О.Генри?

С Гондурасом в сердце
Году этак в 1896-м, где-то в забытом богом Гондурасе, двое молодых янки сидели под навесом из пальмовых веток и тщетно боролись с жарой, обмахиваясь шляпами. История не сохранила точных сведений о том, чем они зарабатывали на жизнь. Зато известно точно, что в свободное время они рассказывали друг другу поучительные истории. А чем ещё заняться в этой «банановой республике»? Так называл Гондурас один из них, Уильям Сидни Портер, или просто Билл. Второго звали Эл Дженнингс, в Штатах он запомнился как взломщик сейфов и грабитель поездов. Оба выбрали Гондурас временным пристанищем потому, что эта страна не выдавала дяде Сэму его блудных сыновей.
– Ну и скукотища, дружище Билл! Хоть бы революция, что ли, или переворот. Здесь они случаются чаще, чем у нас зима сменяет лето, – Эл Дженнингс затянул дурашливым голосом местную патриотическую песенку, которую можно перевести так:
Гондурас, Гондурас,
В сердце каждого из нас!
Портер подхватил:
Гондурас, Гондурас,
Мы с тобою в трудный час!
– Опереточные народы забавляются игрою в правительства, – заметил Портер, – покуда в один прекрасный день в их водах не появляется молчаливый военный корабль и говорит им: «Не ломайте игрушек!» И вслед за другими приходит весёлый человек, искатель счастья, с пустыми карманами, которые он жаждет наполнить…
– Ага, вроде Уильяма Уокера, – сказал Дженнингс. – Его крепко запомнили в этих краях. Слыхал про него?
Портер приготовился слушать. У себя на родине он уже писал репортажи и юморески, а теперь обдумывал книгу о вымышленной южно-американской стране Анчурии. Не хватало, пожалуй, главного героя и главной темы, которые объединят разрозненные эпизоды.

Уильям Уокер, авантюрист и президент
Уильям Уокер вполне мог бы стать героем авантюрного романа. Он родился в добропорядочной американской семье, его предки были переселенцы из Шотландии. Смолоду Уильям много читал: романы Вальтера Скотта и поэмы Байрона сделали из него романтика и отчасти авантюриста. В то же время Уокер обладал непреклонной волей, умом и талантом. В девятнадцать лет он уже получил диплом врача, затем два года учился в Европе. Революция 1848 года, идеи Маркса, Фейербаха и Бланка, героическая биография Гарибальди – всё это произвело большое впечатление на юношу. Вернувшись на родину, Уильям примкнул к аболиционистам, выступавшим за отмену рабства.
Он самостоятельно изучил юриспруденцию, некоторое время работал адвокатом, но затем увлёкся журналистикой и даже стал одним из издателей газеты либерального толка. Он печатал ранние стихи Уолта Уитмена, а его собственные статьи были так задиристы, что автору пришлось из-за них драться на трех дуэлях, дважды он был ранен. Уокер с головой окунулся в политику, пока только внутреннюю.
Расправить крылья ему помогла большая любовь. Его избранницей стала Элен Мартин, очень необычная девушка. Из-за перенесённой в детстве болезни Элен потеряла слух и дар речи. Несмотря на этот тяжелый недостаток, она была очень обаятельна, умна и дружелюбна. Её благосклонности добивались завидные женихи. Уокер был невзрачен на вид, но проявил в любви свойственное ему упорство, освоил язык жестов, и всякую свободную минуту стремился проводить с Элен. Когда уже была назначена свадьба, Элен неожиданно заболела холерой и умерла.
Этот удар судьбы сильно повлиял на характер Уокера: он сделался мрачным мизантропом. В его взглядах также произошли разительные перемены. Теперь он считал интересы рабовладельческого Юга законными и вполне естественными. Кроме того, Уокер увлёкся теорией «предопределения судьбы» – доктриной о мессианской роли англосаксов на всём американском континенте от Аляски до мыса Горн. Политики-южане обсуждали проекты покупки или аннексии Кубы, создания карибской рабовладельческой империи от Мексики до Колумбии.
В голове Уокера созрел план: покорить какую-нибудь республику, объявить её независимым американским государством и провозгласить себя президентом с диктаторскими полномочиями. А почему бы нет? Ведь стал же полукровка, ирландец О’Хиггинс верховным правителем Чили!
Уильям Уокер организовал экспедицию в Никарагуа. Спонсором выступил магнат Корнелиус Вандербильт, владелец мощной пароходной компании. Вандербильт намеревался построить канал между Атлантическим и Тихим океанами именно в Никарагуа, используя протяжённые озера этой страны. Вторжение в Никарагуа проходило тоже под «освободительным» флагом – с целью поддержки либеральных сил республики. Легионеры Уокера именовались «колонистами», им были обещаны значительные наделы земли. Осенью 1855 года армия Уокера в Никарагуа насчитывала полторы тысячи прекрасно вооружённых бойцов. Пароходы Вандербильта подвозили всё необходимое. Уокер без труда захватил власть, правил страной через марионеточного президента Риваса, а затем и вовсе провозгласил себя полновластным диктатором. Америка поспешила признать режим Уокера. Он восстановил в Никарагуа рабство, отменённое во всей Центральной Америке ещё в 1824 году, объявил английский язык государственным. При Уокере эту, с позволения сказать, республику стали называть «Уокерагуа».
Успехи вскружили голову диктатору настолько, что он рассорился с Вандербильтом, а тот не прощал ни убытков, ни измен. Поставки прекратились. Под давлением магната правительство США тоже отвернулось от авантюриста и двинуло к берегам Никарагуа американский флот.
В это же время соседние республики Гватемала, Коста-Рика, Гондурас и Сальвадор заключили военный союз против узурпатора и начали наступление. После нескольких поражений Уокер с остатками своего войска отступил к побережью и сдался командующему американским флотом. Его репатриировали в Штаты. Уокер вновь не понес никакого наказания, более того, его повсеместно встречали как героя.
Через три года неугомонный Уокер организовал новую экспедицию, в Гондурас, и вновь под благовидным предлогом: якобы для поддержки оппозиционных сил республики. Во главе сотни «колонистов» Уокер захватил город-порт Трухильо. В конфликт вмешалась Англия, в гавань Трухильо вошёл английский бриг. Его пушки могли одним залпом разметать форт, в котором укрылся Уокер со своим отрядом. Капитан обвинил авантюриста в нарушении международных законов, потребовал немедленно сложить оружие, освободить таможню и другие портовые учреждения. К тому же началось наступление гондурасских частей. Поэтому Уокер согласился сдаться англичанам при условии, что его вместе с отрядом отправят на родину. Капитан Салмон пообещал, но слова не сдержал и выдал пленников гондурасским военным. Уокер был приговорён к смертной казни.
Двенадцатого сентября 1860 года Уильяма Уокера поставили у стены форта, который он недавно захватил.
– Назовите своё имя, – потребовал офицер.
– Президент Никарагуа! – ответил авантюрист по-испански.
Он отказался надеть чёрную повязку или повернуться лицом к стене, и сам скомандовал взводу: «Пли!»
– Конечно, гондурасцы искали саквояж Уокера с «капустой», – добавил под конец рассказа Эл Дженнингс, – но нашли лишь одну ценную вещь – медальон, подаренный ему когда-то Элен Мартин. Он всегда носил его на груди…

Без вины виноватый
 «Теперь я знаю, на кого будут похожи мои герои Билли Кьоу, Клэнси и Дикки Малони, – думал Портер, слушая рассказ своего друга. – Я приправлю свою книгу изрядной долей таинственности, авантюр и, конечно, сдобрю её любовью…»
Он извлёк из кармана золотые дамские часики, открыл крышку – на её внутренней стороне была изображена миловидная молодая женщина.
– Сеньор Портер! Вам телеграмма! – босоногий мальчишка-рассыльный бежал по улице, поднимая пыль.
Портер прочитал телеграмму и изменился в лице. Родные писали, что у жены пошла горлом кровь, и дни её сочтены.
– Как ты думаешь, Эл, сколько даст ювелир за эти часики? – спросил Портер. – Хватит на билет?
– Хватит, чтобы упрятать тебя в тюрьму! – воскликнул Дженнингс. – По-моему, парень, ты выбрал неверную дорогу.
– Дело не в дороге, которую мы выбираем, а в том, что внутри нас заставляет выбирать дорогу, – сказал Билл и поспешил в ювелирную лавку.
На другой день «фруктовый» пароход, словно машина времени, повёз Билла к прежней жизни…
…Уильям Сидни Портер родился одиннадцатого сентября 1862 года в маленьком городке Гринсборо, штат Северная Каролина. Его отец был врачом, мать умерла, когда Билли исполнилось всего три года. Своё сиротство он переживал всю жизнь. После смерти жены отец стал спиваться. Мальчика воспитывала сначала бабушка, затем тётка, содержавшая частную школу для девочек. В шестнадцать лет Билл начал работать в аптеке у своего дяди. Американская аптека, особенно в маленьком городке, это что-то среднее между магазином, баром и клубом. Конечно, там всегда обсуждались местные новости и звучали рассказы. Юный Портер впитывал их, как губка. Впрочем, рецепты мазей и порошков тоже помнил наизусть полторы тысячи, без труда получил диплом фармацевта.
Вдруг у Билли открылся кашель, родные всполошились. Врач посоветовал отправить юношу в Техас, где воздух сухой и тёплый. Там у сыновей доктора было большое ранчо, где Билл прожил два года. Он не гонял стада и не клеймил скот, но хорошо изучил жизнь ковбоев, овладел испанским языком. И, конечно, пополнил свой запас удивительных историй.
Он всегда много читал, занимался самообразованием, прекрасно знал мифологию и фольклор, был очарован арабскими сказками. Фольклорные, библейские и восточные мотивы он позднее вплетал в свои новеллы.
Двадцати двух лет от роду Уильям Сидни Портер перебрался в столицу штата Остин. Работал провизором в аптеке, затем служил клерком в агентстве недвижимости. В 1885 году он познакомился с семнадцатилетней Этол Эстес. Она увлекалась литературой и музыкой, сама сочиняла, пела и танцевала. Казалось, молодые люди поистине «родственные души». Но мать и отчим не давали им своего благословения, их смущала не только бедность Билла, но и болезненная наследственность обоих влюбленных – ведь отец девушки тоже умер от чахотки. Молодые люди решили обвенчаться тайно. Родители в конце концов смирились и приняли молодых под свой кров. Портер самостоятельно освоил новую профессию чертежника-землемера и начал работать в Земельном управлении штата.
Счастье молодых было омрачено смертью первенца. Но уже через год родилась девочка, её назвали Маргарет, она была любимицей отца. Став настоящим главой семьи, Портер принялся искать более доходное место. По протекции ему удалось поступить на службу в Остинский национальный банк кассиром. У него не было способностей и достаточных навыков для этой работы, он был доверчив и простодушен, но все-таки надел брюки в полоску – обязательную униформу банковского служащего. Кто мог подумать, что вскоре весь его костюм будет в полоску, а небо в клетку!
Понятно, что никакого интереса к работе за кассой у Портера не было. Он с удовольствием играл в любительских спектаклях, смешил друзей забавными карикатурами и весёлыми рассказами, наконец, начал писать заметки и юморески в газету. Войдя во вкус, он даже основал собственный юмористический еженедельник «Роллинг Стоун». Но предпринимательской хватки у Портера тоже не было, и примерно через год еженедельник прекратил существование.
Однако талантливого автора заметили. Из Хьюстона пришло заманчивое предложение: занять должность редактора юмористического отдела ведущей городской газеты «Хьюстон пост». Портер уволился из банка и вместе с женой и дочкой переехал в Хьюстон.
И тут как гром среди ясного неба: ревизия в Остинском банке выявила крупную недостачу – более чем в пять тысяч долларов. Портер был арестован, правда, сразу выпущен под залог. Много лет спустя, уже в середине XX века, исследователи установили, что в банке кто-то поживился за спиной недотепы-кассира, свалив на него растрату.
Портер и не рассчитывал оправдаться в суде. Он обсудил с женой план побега, и она его одобрила. Билл решил уехать в Гондурас, откуда преступников не выдавали, а через три года истекал срок давности по уголовным делам такого рода. На прощанье Этол отдала Биллу свои золотые часики.
– Может быть, в трудную минуту они тебе пригодятся, – сказала она…
…В конце января 1897 года Остин облетела сенсационная новость: Портер вернулся! Сначала он направился домой, а затем явился в полицию. Стражи порядка учли тяжелые семейные обстоятельства подсудимого и оставили его пока на свободе. Этол была сама не своя от радости. Казалось, даже болезнь отступила. Но потом наступило ухудшение, Этол медленно угасала и умерла на руках у мужа.
Портера судили. Ему советовали воспользоваться личным горем, признаться в хищении, но объяснить это смертельной болезнью жены. Но Билл молчал на суде и даже отказался от последнего слова. Присяжные сочли его бегство от суда косвенным признанием вины и вынесли вердикт «виновен». Правда, он получил минимальный срок – пять лет.

О-о! Генри!
В каторжной тюрьме города Колумбус, штат Огайо, его ждал изнурительный труд, душная камера без окон, карцер за малейшую провинность, а то и побои. Выручил диплом фармацевта – он стал работать в тюремной аптеке. А по ночам писал рассказы. Здесь, в тюрьме, он почерпнул множество новых наблюдений и сюжетов. Здесь родился один из первых рассказов, написанных, можно сказать, с натуры. Знаменитый взломщик рассказал ему, как однажды спас девочку, дочь банкира, случайно оказавшуюся внутри запертого сейфа. Его опознали, что называется, по почерку, и посадили в тюрьму. Но Портер изменил окончание истории. Сыщик, который много лет шёл по следу взломщика, может защелкнуть наручники на его запястьях, но… не делает этого. Сам преступник говорит:
«– Добрался-таки до меня! Ну что ж, пойдём. Теперь, пожалуй, уже всё равно.
И тут Бен Прайс повёл себя довольно странно.
– По-моему, мы с вами незнакомы…»
Когда Портер читал этот рассказ своим товарищам по несчастью, один из них, грабитель Рейдлер, прослезился.
– Чёрт побери, Портер, это впервые за мою жизнь. Разрази меня господь, если я знал, как выглядит слеза!
В этом рассказе Портер впервые применил прием «двойного финала» и впоследствии часто прибегал к нему: судьба, игра случая приводят героев к естественной развязке, но в последний момент человек совершает неожиданный поступок, который смешивает все карты на столе Фортуны. Иными словами, воля человека торжествует над силой судьбы. Так бывало и в жизни автора.
Разумеется, Портер не мог отправлять свои рассказы из тюрьмы, да ещё под собственным именем – редакторы не стали бы печатать сочинения заключенного. Самые первые новеллы он подписывал разными псевдонимами и посылал их через знакомых на воле. Потом остановился на одном имени – О.Генри. Почему? Это имя буквально преследовало его. Еще в Остине в одном знакомом семействе жил ужасно бедовый кот по имени Генри. По его вине в доме постоянно что-то падало, разбивалось, разливалось, и повсюду раздавалось: «О-о! Генри!» Позднее, в Техасе, ему запомнилась ковбойская песенка:
Вернулся любимый в двенадцать часов.
– Скажи мне, о Генри, какой приговор?
Уже в тюремной аптеке писатель то и дело натыкался на рецепты известного французского фармацевта Этьена-Оссиана Анри, сокращенно и в английском произношении – О.Генри. И, наконец, охранником в тюрьме служил некто Оррин Генри.
Кроме всего прочего, этот псевдоним звучал как ирландская фамилия, а писателю всегда нравились энергичные и немного сумасшедшие ирландцы. Они часто становились героями его новелл. (Кстати, в России долгое время псевдоним автора писали именно на ирландский манер: О’Генри.)
Подписывая очередной рассказ новым псевдонимом, писатель сказал:
– Я глубоко похороню Билла Портера. Никто никогда не узнает, что я столовался на каторге в штате Огайо.
За примерное поведение Портера освободили через три года и три месяца. Выходя за тюремные ворота, он произнёс фразу, которую следовало бы написать крупными буквами над зданиями судов во всём мире: «Тюрьмы могли бы оказать известную услугу обществу, если бы общество выбирало, кого туда сажать.»
На свободу вышел другой человек – О.Генри.
Около года он прожил в Питсбурге с дочерью Маргарет и родителями жены. Редакторы газет и журналов настоятельно звали его в Нью-Йорк. В 1902 году О.Генри переехал в город, который называл потом «Вавилон-на-Гудзоне» и «Багдад-над-Подземкой». В первый год он опубликовал семнадцать рассказов. На следующий год владелец газеты «Нью-Йорк Уорлд» Джозеф Пулитцер заключил с О.Генри контракт: писать новеллу в каждый воскресный выпуск, гонорар сто долларов. Он стал известным и обеспеченным писателем, желанным автором для многих изданий. Дело в том, что читатели массовых газет и журналов не любили длинных текстов, философских рассуждений и трагических сюжетов. Новеллы О.Генри отвечали всем этим требованиям, но и не были примитивным чтивом: автор был и философом, наблюдающим жизнь с мудрой улыбкой, и поэтом, воспевающим любовь и природу негромким голосом, и, конечно, художником, мастером слова. Даже торопливость, с которой работал О.Генри, не сильно вредили его новеллам.

На одном дыхании
У писателя завелись деньги, но вот деньги не любили его, словно стремились поскорее улизнуть из его карманов, из его гостиничного номера. Он часто раздавал деньги нуждающимся, пропивал со случайными знакомыми. Брал авансы в редакциях и вновь оказывался в кабале.
Иной раз посыльный из редакции приходил за рукописью.
– Готов ли рассказ?
– Готов, готов, – отвечал О.Генри. И показывал чистый лист с цифрой «1» в верхнем углу. Затем нумеровал ещё четыре. После этого говорил: – Ну, теперь я, с вашего позволения, передохну.
Передохнув и подкрепившись стаканчиком виски, О.Генри садился к столу и писал рассказ на одном дыхании, без исправлений. Счастливый посыльный хватал рукопись с непросохшими чернилами и нёсся в редакцию.
В 1904 году была опубликована первая книга О.Генри «Короли и капуста» – не роман и не повесть, а несколько новелл, объединённых настроением, местом действия, несколькими персонажами, появляющимися в разных эпизодах,– сам автор называл книгу «комедией, сшитой из пестрых лоскутьев». Отсюда и диковинное название: оно взято из стихотворения Льюиса Кэрролла, помещённого в книге «Алиса в Зазеркалье»:
…О башмаках и сургуче,
Капусте, королях,
И почему, как суп в котле,
Кипит вода в морях…
В Англии и Америке книжки о приключениях Алисы знают наизусть, поэтому сказать «короли и капуста» – это всё равно, что в Италии сказать «тутти фрутти», а в России – «всякая всячина».
Затем начали выходить и сборники новелл О.Генри. Казалось, запас сюжетов автора неистощим. Новыми героями и героинями рассказов стали простые обитатели большого города: служащие, продавщицы магазинов, официантки в закусочных, бедные художники и просто опустившиеся люди, бродяги. Но под пером О.Генри они превращались в рыцарей и злодеев, золушек и дон-кихотов. Да и сам он иногда представлял себя Гаруном-аль-Рашидом, обходящим свои владения и собирающим дань в виде человеческих характеров и судеб.
«Одна из величайших книг в мире – это повседневная жизнь, – считал писатель. – Тот, кто смотрит на жизнь проницательным взглядом, сможет увидеть под тонким покровом повседневности романтические, трагические и комические представления, которые разыгрывают актеры – великие и малые, попирающие подмостки Вселенной».
Однако годы шли, писатель работал всё медленнее. Тем больше ценились его новеллы, гонорары доходили до пятисот долларов за рассказ.
В 1905 году Пулитцер заказал О.Генри рождественский рассказ – лучше его никто не напишет. Писатель как всегда затягивал, посыльные возвращались ни с чем. Наконец, к нему пришёл художник, которому заказали иллюстрацию к ещё не существующему рассказу.
– Хотя бы скажите, о ком и о чём будет идти речь? – взмолился художник.
– Я скажу вам, что рисовать, дружище, – сказал О.Генри. – На кровати бок о бок сидят мужчина и женщина. Они говорят о приближающемся Рождестве. Мужчина вертит в руках футлярчик от карманных часов. У женщины… А впрочем, вы прилягте тут на кушетку, рассказ скоро будет готов.
О.Генри налил себе шотландского виски и погрузился в работу. Так рождался лучший рождественский рассказ «Дары волхвов»: о двух любящих супругах, о том, как жена остригла и продала свои роскошные волосы на парик, чтобы купить мужу золотую цепочку для часов, а муж продал свои золотые часы, чтобы купить жене набор черепаховых гребней… Эти дары ценнее золота, драгоценностей, ладана и смирны. Любовь и преданность вообще бесценны.
Вероятно, задумывая эту новеллу, О.Генри вспомнил золотые часики, подаренные ему женой в час расставанья… А вообще он не любил писать о той, прошлой своей жизни. Но она сама порой вторгалась в настоящее.

Двойной финал
Как-то раз О.Генри встретил своего давнего друга Элла Дженнингса.
– Что поделываешь, старина? – спросил Эл.
– Скрываюсь, – ответил О.Генри.
– Как, опять?! Ты же своё отсидел.
– Не от закона. Хуже. От женщины!
История такова: жила-была в Гринсборо девушка Салли. Очень ей нравился ученик аптекаря Билл. Особенно ей нравилось слушать его рассказы, смотреть, как он потешно изображает знакомых горожан. Однажды за каретным сараем Билли поцеловал Салли… А потом он уехал. Далеко, в Техас. Рассказывали, что Билл вляпался в дурную историю, и его посадили в тюрьму… Салли так и не вышла замуж, переехала в Эшвилл, думала, забудется… И вот однажды, читая рассказ какого-то О.Генри, она словно увидела знакомых людей из родного городка, будто услышала интонацию Билла Портера.
Салли Коулмен написала письмо в редакцию, его передали О.Генри. Он не хотел будить призраков прошлого, да к тому же опасался, что всплывут темные пятна его биографии. Но Салли была настойчива. Так настойчива, что О.Генри вступил в переписку. А затем и встретился с любовью юных лет.
 Эл Дженнингс увидел О.Генри год спустя. Сказал другу, что зачитывается его рассказами. И спросил:
– Ну, ты разобрался с той женщиной, от которой скрывался?
– Да, с ней покончено, – хладнокровно ответил О.Генри.
– Ты её убил?!
– Нет, женился.
Действительно, в 1907 году О.Генри женился на Салли Коулмен. Он уехал с ней в Эшвилл, взял с собой дочь. Салли полюбила Маргарет как родного ребёнка.
Но писатель не ужился в семье и вскоре вернулся в Нью-Йорк. Он по-прежнему писал рассказы для газет и журналов, они выходили сборниками. Но работа шла всё тяжелее, О.Генри много пил, иногда по две бутылки виски в день. У него был цирроз печени и диабет. Однажды он подхватил воспаление лёгких, его забрали в больницу, но ослабленный организм не справился с болезнью. О.Генри умер на сорок восьмом году жизни, пятого июля 1910 года.
Говорят, во время панихиды в церковь ввалилась весёлая свадебная компания.
– Тише! Тише! – замахали на них руками.
– Кого провожают? – спросил жених.
– О.Генри.
Молодые тихо встали у гроба и перекрестились.
Казалось бы, смерть не терпит двойного финала. О.Генри нарушил и этот закон жанра.

* * *
Что бы мы делали без старого доброго О.Генри! Для читателей-подростков его новеллы служат мостиком между приключенческой и серьёзной литературой. Да и в становлении американской литературы он был необходимым звеном, как бы завершающим эпоху Марка Твена и открывающим дверь в двадцатый век. А вот, поди ж ты, госпожа Высокая Литература не признает заслуг О.Генри. В многотомном издании «Всемирной литературы» ему не нашлось места.
Зато на родине О.Генри в городе Гринсборо есть музей писателя, там установлены скульптура автора и огромная каменная книга, раскрытая на рассказе «Дары волхвов». Еще в 1918 году в США учредили литературную премию О.Генри за лучший рассказ, ее лауреатами становились Уильям Фолкнер, Джон Апдайк, Вуди Аллен, Стивен Кинг.
В будущем году исполнится 150 лет со дня рождения О.Генри. Выйдут новые издания его сочинений, будут опубликованы новые материалы о жизни и творчестве короля новеллы. Возможно, они приоткроют завесу тайны над некоторыми поворотами его судьбы. Но он навсегда останется для нас писателем, которого никто не смог заменить.
Дух, характеры и сюжеты О.Генри питают новые поколения веселых рассказчиков. Читая в «Королях и капусте» про Анчурию и анчурцев, невольно вспоминаешь про эндурию и эндурцев из романа в рассказах «Сандро из Чегема» Фазиля Искандера. 

Сергей Макеев: www.sergey-makeev.ru, post@sergey-makeev.ru


Авторы:  Сергей МАКЕЕВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку