НОВОСТИ
Начали «хамить пациентам». Визит антиваксеров в больницу превратился в балаган (ВИДЕО)
sovsekretnoru

«Дурь» легкой не бывает

Автор: Александр ЗИНУХОВ
01.07.2002

 
Сергей КРОН, Андрей ПОСКАКУХИН, Татьяна САФАРОВА
Гаага–Амстердам–Москва

Ловец кайфа в амстердамском кофешопе

Заместитель секретаря Совета безопасности России Николай Соловьев в интервью «Совершенно секретно» назвал причины, по которым легализация «мягких» наркотиков, с точки зрения специалистов, недопустима:
– «мягкие» наркотики, к которым относятся распространенные у нас марихуана и гашиш, порождают наркозависимость и постепенно вырабатывают потребность организма в употреблении все более сильных средств;
– как и алкоголизм, «мягкие» наркотики ведут к деградации личности;
– «мягкие» наркотики образуют своего рода «снежный ком» наркомании, так как, по данным социологических исследований, один наркоман способен вовлечь в употребление наркотиков в среднем десять – пятнадцать человек;
– употребление «мягких» наркотиков оказывает непосредственное влияние на состояние общественной безопасности и правопорядка, так как под их воздействием растет число случаев травматизма, самоубийств, дорожно-транспортных происшествий, пожаров, уголовных и бытовых преступлений;
– легализация наркотиков означала бы, что государство сознательно идет на саморазрушение. Это – капитуляция властей перед наркобизнесом.



На алма-атинском саммите СНГ президенты наперебой высказывались за «срочную подготовку чрезвычайного плана по борьбе с наркоугрозой». Когда журналисты спросили, предполагается ли легализация на территории Содружества марихуаны и гашиша, Владимир Путин ответил жесткой репликой. Хотя можно не сомневаться, что он осведомлен об опыте Голландии, где в интересах борьбы с так называемыми «тяжелыми» наркотиками давно уже разрешены наркотики «легкие»...

В начале 1998 года после многолетних споров Госдума приняла, а президент утвердил закон «О наркотических средствах и психотропных веществах». Там ясно сказано, что потребление наркотиков в стране запрещено. Однако почти сразу выяснилось, что далеко не все отечественные политики и законодатели с этим положением согласны. Активную пропаганду идей легализации наркотиков, апеллируя, разумеется, к почти полувековому голландскому опыту, развернула так называемая Транснациональная радикальная партия. Ее неожиданно поддержали многочисленные правозащитные организации и некоторые российские парламентарии. Не проходило и дня, чтобы под двери кабинетов руководителей думских фракций не подсовывались листовки с требованиями «разрешить производство, продажу и употребление производных от конопли». В доме-музее академика А.Д. Сахарова радикалы даже провели дискуссию на тему: «Проблема наркотиков в России: репрессии или легализация?».

В ходе жарких дебатов представители различных молодежных движений выдвинули четыре конкретных предложения по выходу из наркотупика. Во-первых, легализация конопли и ее производных (марихуаны и гашиша), поскольку «травку курит в России чуть ли не каждый пятый молодой россиянин, а тюремных камер на всех любителей «легких» наркотиков не хватит». Во-вторых – отмена уголовной ответственности за личное употребление какого бы то ни было наркотического вещества, поскольку в правовом государстве не должно быть вмешательства в личную жизнь. В-третьих, по мнению радикалов, необходимо разрешить врачам назначать психотропную терапию зарегистрированным наркоманам. И, наконец, участники дискуссии решили бороться, как это делает часть молодежи на Западе, за денонсацию жестких конвенций ООН по наркотикам 1961, 1971 и 1988 годов.

Транснациональная радикальная партия по всему миру ведет свою «войну» за легализацию наркотиков. Ее члены утверждают, что запретительные меры против наркотиков «на руку лишь наркобаронам». Из-за запретов они постоянно повышают цены на отраву, что, в свою очередь, плодит коррупцию. Надо разрешить все наркотики, тогда «не будет почвы для нелегальной торговли, и наркомафия сдохнет сама».

Подобных взглядов придерживаются многие, в том числе миллионер Джордж Сорос, субсидирующий на Западе движение за легализацию «мягких» наркотиков.

Лукавство этих заявлений очевидно. Легализовав свои капиталы, наркомафия просто превратится в отрасль «уважаемого» бизнеса, поскольку контроль за производством и распространением наркотиков все равно останется в ее руках. Порцию «дури» можно будет купить в аптеке или в кафе. И даже если цены упадут, потери компенсируются за счет расширения рынков сбыта и отсутствия дополнительных расходов на тайные операции и подкуп властей.

В последнее время российские сторонники голландского опыта легализации «мягких» наркотиков собирают по всей стране подписи под обращением к президенту с требованием срочно внести изменения и дополнения в закон «О наркотических средствах и психотропных веществах». Наши любители «дури» рассчитывают на транснациональных радикалов, которые вновь намерены выставить свои кандидатуры на парламентских выборах 2003 года. И они способны обеспечить партии мощную поддержку. По данным МВД, на учете в наркологических центрах сегодня состоят почти 500 тысяч наркоманов. Реальное же их количество может превышать эту цифру в несколько раз. По некоторым данным, наркотики принимают около трех миллионов россиян, то есть около двух процентов населения.

Россия «под кайфом»

– Наркотики угрожают всем компонентам нашей национальной безопасности, – считает начальник Управления ФСБ по борьбе с контрабандой и незаконным оборотом наркотиков Сергей Фоменко. – По масштабам распространения «белого зелья» мы можем говорить о том, что эта опасность эквивалентна угрозе оружия массового поражения. И не суть важно, о «легких» мы говорим наркотиках или о «тяжелых». Массированное их распространение – вызов генофонду нации, поскольку основной потребитель «дури» – молодежь в репродуктивном возрасте. Если не предпринять радикальных мер, о будущем России говорить будет сложно...

А вот что рассказал «Совершенно секретно» полковник Сергей Волгин, один из ведущих экспертов управления:

– На территории Российской Федерации можно выделить несколько основных зон распространения наркотиков. Безусловно, пальму первенства по их потреблению держат Москва и область, Санкт-Петербург. Потом следуют Краснодарский край, Калининградская область, Свердловская область, Республика Дагестан, Хабаровский край и Приморский край.

Тревожный показатель – постоянное расширение «географии» наркобизнеса. Если раньше наркотики были прерогативой крупных городов, то сейчас они все чаще появляются в «глубинке». Так, наркопреступность в Архангельской области за последние 5 лет выросла более чем в 60 раз, в Пензенской области – в 14 раз. В 1996 году героин изымался в 14 областях; сегодня – повсеместно.

По данным МВД, объем конфискуемых на территории России наркотических веществ за последние 10 лет увеличился в тысячу раз и достиг уровня 50–60 тонн в год. С ростом числа потребителей наркотиков прогрессирует наркопреступность. За последние 5 лет количество связанных с наркотиками преступлений подскочило в несколько раз. Только в течение прошлого года на «наркопочве» их совершено свыше 180 тысяч. По экспертным оценкам, примерный объем незаконного наркооборота в России составляет порядка 500–600 тонн в год.

У нас создана собственная сырьевая база для выработки наркотических веществ естественного происхождения и производственные мощности, лаборатории, высококвалифицированные кадры для производства синтетических наркотиков.

Дельцы наркобизнеса принимают участие в торговле людьми, контрабанде антиквариата и оружия. Все более отчетливо просматривается их связь с террористическими группировками, привлекаемыми как для охраны производства и транспортировки наркотиков, так и для «воздействия» на властные структуры...

Специалисты утверждают: придумать что-то принципиально новое для повышения эффективности борьбы с наркоманией и незаконным распространением наркотиков довольно трудно. России придется выбирать из трех имеющихся вариантов: либо ужесточать действующее законодательство (вплоть до иранских стандартов, где в отношении наркоторговцев применяется смертная казнь); либо закрывать границы с «неблагонадежными» странами (на это требуются огромные деньги); либо пойти по пути легализации «легких» наркотиков, как это сделали в Голландии.

Руководитель московского представительства Управления ООН по контролю за наркотиками Уильям Бинчер считает: страны, через которые осуществляется транзит наркотиков, рано или поздно становятся активными их потребителями. Россия не исключение: анализ последних лет показывает, что в нашей стране резко выросло потребление героина – того самого, что идет из Афганистана в страны Восточной и Западной Европы. На протяжении всего маршрута возникают очаги распространения и потребления «дури». Увеличение объемов транзита ведет к удешевлению продукта и, как следствие, к росту числа наркоманов. По мнению Бинчера, единственный способ спасти страну от повальной наркомании – прекратить транзит наркотиков через Россию.

Но как же быть с опытом Голландии?

– Легализация «легких» наркотиков в некоторых европейских странах отражает тот факт, что общество в них продвинулось далеко вперед в понимании проблемы наркомании, – утверждает Нодар Хананашвили, заместитель председателя Российского благотворительного фонда «Нет алкоголизму и наркомании (НАН)». – Человек сам вправе решать, как ему распорядиться своей жизнью. Однако до понимания этого постулата российскому обществу необходимо «дозреть». При нашей половинчатой демократии и ментальности, сформированной особыми социальными условиями, эта мера безусловно будет иметь лишь отрицательные последствия...

Развесистая конопля

В «розовом квартале» Амстердама, который сам по себе является достопримечательностью, есть небольшой магазин, где продают изделия и продукты, произведенные с использованием конопли. Например, пиво из конопли, вино, духи, мыло, шампунь. Здесь же можно приобрести брошюру о том, как выращивать коноплю, и семена самого растения. В торговом зале стоит глиняный горшок с развесистой коноплей. Неподалеку расположен музей конопли, где посетителей знакомят с историей ее разведения и применения, советуют, как вырастить хороший урожай и правильно его переработать.

Однако большинство туристов прежде всего тянет не в музей, а туда, где совершенно легально можно отведать «дури», побалдеть. В Амстердаме таких заведений под вывеской «Кофешоп» особенно много. Всего их в стране, по последним данным, восемьсот сорок, четвертая часть приходится на столицу. Вот она – голубая мечта активистов из российской Транснациональной радикальной партии!

В интервью для «Совершенно секретно» сотрудники Департамента организованной преступности Европола рассказали:

– Существование кофешопов породило феномен, который мы называем наркотуризмом. Толпы иностранцев специально приезжают в Королевство Нидерланды для употребления «мягких» наркотиков в уютной, почти домашней атмосфере. Заведения должны придерживаться определенных правил: запрещена реклама, нельзя продавать сильные наркотики, а также «травку» лицам моложе 18 лет. Они, впрочем, по закону не имеют права даже заходить в кофешопы. Нельзя продавать больше пяти граммов наркотика «в одни руки». Владелец кофешопа может иметь в запасе максимально пятьсот граммов «легких» наркотиков.

Однако быть уверенным в соблюдении этих правил невозможно, поскольку полиция не следит за «черным входом» в кофешоп. В самом центре Амстердама нередка такая картина: окончился учебный день, подростки высыпают из дверей школ и, не снимая ранцев и рюкзаков, направляются к задним дверям кофешопов. Через час, вкусив «дури», многие в полной отключке лежат на газоне...

Проводимая в Нидерландском Королевстве «политика терпимости» основана на тезисе, что наркомания – проблема здравоохранения. Именно министерство здравоохранения несет ответственность за состояние дел в этой области и координирует собственные усилия с министерствами юстиции и внутренних дел.

Юридически политику в области наркотиков в Голландии определяет так называемый Опиумный закон, принятый еще в 1928 году и с изменениями и дополнениями дошедший до наших дней. В 1976 году в нем были закреплены различия между сильными и слабыми («мягкими») наркотиками. Слабыми в Голландии считаются наркотики, производимые из конопли: гашиш и марихуана. Остальные относятся к сильным. Среди них – героин, кокаин, синтетические наркотики.

Голландцы полагают, что если все «свалить в одну кучу», то люди, начинающие с гашиша и марихуаны, позже переходят на сильные наркотики. Если же для «легких» создать особый статус, то употребляющие их, как правило, так и остаются на их рынке.

По мнению многих местных экспертов, такая политика оправдала себя. Согласно данным голландского министерства юстиции, в последние годы число потребителей «легких» наркотиков в Голландии – стране с 16-миллионным населением – стабильно находится на отметке 660 тысяч. Что касается сильных наркотиков, то в процентном отношении в Голландии 0,16 процента населения пристрастившихся к ним людей – значительно меньше, чем во многих других странах. К примеру, в Швейцарии, по разным оценкам, этот показатель равен от 0,39 до 0,67 процента, во Франции – 0,25 процента, в Италии и Испании – 0,3 процента, в Португалии – 0,45 процента, в Люксембурге – 0,5 процента.

Голландская молодежь практически перестала употреблять героин. Средний возраст потребителей этого наркотика в стране – 37 лет – очень высокий по сравнению с другими странами. Средний возраст потребителей кокаина еще выше. Количество смертей от передозировки в Голландии значительно ниже, чем где бы то ни было, – около сорока в год. Среди голландских наркоманов реже встречаются заболевшие СПИДом.

Таджикистан. Пянджский погранотряд уничтожает очередную партию героина, изъятого у наркокурьеров

Однако, по мнению многих западных криминалистов, голландское государство неправильно борется с наркопреступностью.

– В настоящее время, – рассказал нам заместитель начальника Департамента организованной преступности Европола Йорг Меллинг, – голландская полиция применяет стратегию так называемых «коротких ударов», нацеленных не на главарей преступного бизнеса, а на мелких наркодельцов. Их стремятся выявить и отправить в тюрьму, пока возглавляемые ими организации не выросли. Наркодельцы располагают осведомителями в полиции, которые сообщают, против кого будет проведена полицейская операция в ближайшее время. Остальные могут спокойно заниматься своим делом.

Жизнь на «колесах»

В Амстердаме мы встретились с одним из крупнейших европейских специалистов по проблемам международной преступности, профессором Утрехтского университета Фрэнком Бохенкерком. Его оценка наркоситуации в либеральной Голландии позволяет представить, что ожидает в случае легализации «мягкой травки» в менее «продвинутой» и не столь законопослушной России.

– Действительно ли Голландия столь наводнена наркотиками, как это принято считать?

– Объемы нелегального производства и торговли наркотическими средствами в Голландии – одни из самых больших в Европе. Кокаин ввозится в страну из Южной Америки, героин – из азиатского «золотого треугольника» через Турцию, гашиш поступает из Марокко и Пакистана. В самом королевстве быстро растет производство марихуаны и экстази. О масштабах можно судить по объемам конфискованного товара, которые представляют лишь незначительную часть всего нелегального оборота: ежегодно до тысячи килограммов героина, 9–10 тысяч килограммов кокаина, до 70 тысяч килограммов гашиша, до 50 тысяч килограммов марихуаны.

На вокзалах и определенных улицах Амстердама и других городов постоянно циркулируют лица, предлагающие прохожим гашиш или что-нибудь посильнее. Порцию в пять граммов гашиша можно купить за 20–25 евро, марихуаны – за 30 евро, один грамм кокаина – за 45, героина – за 23, а таблетку экстази – за 5–7 евро. Голландская полиция регулярно проводит широкомасштабные акции по очистке городов от наркоторговцев. Но поскольку эти мелкие сошки преступного бизнеса в каждый данный момент имеют при себе лишь очень небольшое количество наркотиков, после ареста их задерживают на несколько часов и отпускают восвояси. Вскоре они вновь появляются на «рабочих местах». В министерстве внутренних дел такое положение объясняют нехваткой тюремных камер и тем, что «невозможно поставить полицейского на каждом углу». Тем более что продажа как слабых, так и сильных наркотиков нередко осуществляется в частных домах, куда стражам порядка вход заказан.

Но хочу подчеркнуть: голландская наркопреступность угрожает и другим странам. В Голландии производится и сюда завозится наркотиков значительно больше, чем потребляется; излишки идут на крупные рынки с большой покупательной способностью – в Германию, Великобританию, Францию, Италию. Так исторически сложилось, что Голландия – транзитная страна, где 40 процентов населения живут за счет торговли. Только раньше голландцы занимались контрабандой алкоголя и кофе, а теперь перешли на наркотики.

В прошлом году многих голландцев шокировало, что большинство наркокурьеров, попадавшихся с кокаином на таможне амстердамского международного аэропорта Схипхол, практически сразу отпускались домой. Опять же – не хватало тюремных камер. А ведь речь идет о тысячах прилетающих с нидерландских Антильских островов подручных наркобизнеса...

– Означают ли это, что в кофешопах торгуют контрабандным продуктом?

– Владельцу заведения товар доставляют частные лица. Власти исходят из того, что это мелкие частные производители.

– Полицейские контролируют владельцев кофешопов?

– Полиция не имеет права контролировать, какое количество марихуаны находится в кофешопе, равно как не вправе проверять, что происходит у «черного входа» в заведение, где принимают поступивший товар. Понятно, что в подобных местах клиентам продается далеко не только разрешенные тридцать граммов. Ответственность за это лежит не на владельце шопа, а на тех, кто приносит ему марихуану с заднего крыльца.

– А если поймают с килограммом кокаина, а не марихуаны?

– Дадут год тюрьмы. Я беседовал с женщиной, которая привезла из Колумбии три тысячи килограммов. На такое количество даже нет «тарифа» наказаний. Она получила десять лет тюрьмы.

– Как владельцы кофешопов платят налоги? Ведь деньги утекают в карманы криминалитета...

– Владелец кофешопа знает, сколько посетителей в день в среднем обслуживает его заведение. Соответственно, вычисляются доход и налоги. Это не контролируется жестко, но приблизительно все подсчитать можно.

– А дельцы, с черного хода продающие марихуану владельцам кофешопов? Разве никого не интересует, где они берут товар, сколько при этом зарабатывают?

– В Нидерландах полиция предпочитает не совать свой нос в чужие дела.

– Кто все-таки производит марихуану в таких объемах?

– Есть криминальные дельцы, весьма богатые люди, инвестирующие в это дело средства. Допустим, живет бедная одинокая женщина с двумя-тремя детьми. К ней приходит наркоделец и предлагает использовать ее подвал или чердак для выращивания конопли. Делец дает ей все необходимое оборудование: семена и так далее, требуя от этой дамы только периодически поливать растения. При этом ей гарантируют хорошие гонорары. Четыре раза в год делец забирает у нее урожай. Товар предназначен не только для голландцев: марихуана отправляется в Германию, во Францию...

– Но для выращивания конопли в голландском климате требуется много света, электричества...

– Это тоже не проблема. Берется соседский кабель, от него делается ответвление. Попросту говоря, электричество воруется. У дельца всюду есть связи, в том числе в электрической компании. В бедных кварталах в этот бизнес вовлечена каждая вторая семья. Мы знаем об этом благодаря огромным лампам, используемым для освещения и обогрева растений. Поднимаем в воздух истребитель F-16 с аппаратурой инфракрасной съемки, фиксирующей повышенную теплоотдачу.

– А в чем смысл действий блюстителей порядка, если все равно этих людей посадить невозможно?

– В бедных районах полиция получает массу жалоб от их соседей. Полиция совместно с представителями электрокомпаний и налоговых органов периодически посещает каждый зафиксированный на аэрофотосъемке дом и выносит оттуда все растения и оборудование. Нарушителей можно наказать в судебном порядке. Ведь они ни за что не платят – ни за газ, ни за электричество. Если на них налагают штраф в суде, они тут же, на месте, вытаскивают деньги из кармана. Часть этих средств идет на оплату задолженности поставщикам электричества и газа. Однако получить у них показания, уличающие организаторов бизнеса, практически невозможно. У дельцов имеются осведомители, которые моментально сообщат, кто из жителей квартала сотрудничает с полицией. Люди боятся.

– То есть все это хорошо налаженное производство существует благодаря тому, что государство смотрит на него сквозь пальцы?

– Можно сказать и так.

– Что представляют из себя голландские дельцы-мафиози?

– Они ведут странный образ жизни – всегда на колесах. Несколько автомобилей и грузовиков с прицепами, как цыганский табор, перемещаются по стране. Если заглянуть внутрь прицепа, то там все сделано из золота и платины. В фигуральном, конечно, смысле.

– А почему они на колесах? Имея такие доходы, можно осесть, купить дом в престижном районе...

– Я знаю одного такого мафиози. Он скупил всю Бетховенстраат, но при этом продолжает жить в «таборе». Это традиция. Караванщики происходят из очень бедных слоев. Они появились в конце девятнадцатого века, в период индустриальной революции. Передвигались на телегах от дома к дому, от селения к селению, собирая тряпье и отходы. Не гнушались и преступными видами бизнеса. Постепенно сменили лошадей на автомобили. Они никогда не платили налогов и давали отпор полиции, когда она пыталась вмешаться в их дела. Когда в 1975 году в Голландии были разрешены продажа и употребление «мягких» наркотиков, караванщики перекинулись на наркобизнес. Наладили связи с поставщиками в Пакистане, Марокко, Гонконге. Ввоз героина и кокаина был очень опасным, а собственной марихуаны в Голландии тогда не было. Потом кто-то из мафиози сообразил: чем везти издалека, проще выращивать на месте. Так наркобизнес диверсифицировался. А его плоды вы можете сейчас видеть по всей Голландии...


Авторы:  Александр ЗИНУХОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку