Драма в тоннеле Альма

Автор: Сергей ГОНЧАРОВ
01.09.2002

 
Игорь СЕДЫХ – специально для «Совершенно секретно»
Цюрих

принцесса Диана

В половине первого ночи 31 августа 1997 года черный «мерседес 280SEL», мчавшийся по Парижу на скорости более 100 км/час, врезался в тринадцатую опору тоннеля Альма. Через три с половиной часа доктора в больнице La Pitie-Salpetriere зафиксировали смерть британской гражданки Дианы Спенсер, более известной как принцесса Диана, или леди Ди. В ходе недавнего опроса большинство жителей Великобритании назвали гибель Дианы главным событием ХХ века – более важным, чем победа над фашизмом во Второй мировой войне.

5 июля 1999 года cледственный судья Эрве Стефан передал дело в прокуратуру, возложив главную вину на 41-летнего шефа службы безопасности отеля Ritz Анри Поля, который был за рулем злополучной машины. Анализ, проведенный в первые часы после аварии, выявил удивительно высокий уровень содержания этилового спирта в крови водителя, погибшего вместе с Дианой и Доди аль-Файедом, – 1,87 промилле. Это эквивалентно тому, как если бы он выпил подряд две большие бутылки вина. Кроме того, было обнаружено, что Анри Поль принял несколько таблеток-антидепрессантов, которые усиливают действие алкоголя.

Но в августе этого года, накануне пятой годовщины трагедии, родители водителя, Пьер и Жизель Поль, подали иск с требованием, чтобы им передали пробу крови сына для проведения контрольного анализа на ДНК. Они убеждены, что кровь – по ошибке или умышленно – была взята у другого человека, и полны решимости добиться восстановления доброго имени и репутации Анри Поля.

На редкость высокий уровень алкоголя в крови водителя «мерседеса» – не единственный факт в этой истории, по сей день вызывающий ожесточенные споры и сомнения. В 2003 году гибель принцессы Дианы вновь станет предметом судебного разбирательства. Такое решение принял новый коронер королевской семьи Майкл Берджесс.

Плата за обручение

Заключение предыдущего следствия, длившегося 22 месяца, гласит, что речь идет о банальном ДТП: водитель потерял управление, пытаясь уклониться от столкновения с автомобилем «фиат уно».

Экспертиза показала, что «мерседес» мчался на скорости 121–123 км/час. «В тоннеле при небольшом изгибе и уклоне порядка 5–6 процентов машина на мгновение могла отклониться, что в сочетании с появлением «фиата» привело к потере управления», – объясняет ныне один из участников расследования. Водитель резко затормозил, машину пронесло юзом 32 метра, ударило о стену тоннеля, от удара она дважды перевернулась.

Итак, всю ответственность возложили на Анри Поля, находившегося якобы под воздействием алкоголя и антидепрессантов.

В прошлом Анри Поль был капитаном ВВС и имел репутацию шофера высокого класса. Личный врач Поля, близко знавшая его, рассказала следователю, что он опасался, как бы постоянные стрессы не привели его к алкоголизму. Это она прописала Полю антидепрессант и еще два медикамента, внушающих отвращение к алкоголю. Врач категорически отрицала возможность «срыва» своего пациента: за неделю до аварии Поль получил полетные права, безукоризненно пройдя авиационную комиссию, которая подвергает соискателей сверхстрогому контролю.

Последний отдых. С Доди аль-Файедом в Сан-Тропезе, август 1997 года

У следователя и поныне «нет никаких сомнений в точности уровня содержания алкоголя» в крови Поля. Но при этом он, как, впрочем, и эксперты, проводившие анализ этих проб, даже не задумываются, отчего же в них так велико содержание угарного газа?

Мохаммед аль-Файед, отец погибшего вместе с Дианой ее друга Доди, первым выдвинул идею, что катастрофа была подстроена. Он говорил: «Надо помнить, что питие – часть образа жизни французов. Многие там разъезжают с алкоголем в крови, однако это не означает неспособности вести машину. Ничто в поведении Анри Поля перед тем, как он сел за руль, не указывало на то, что он настолько пьян, что не в состоянии управлять машиной».

«Мое сердце подсказывает мне: это не была простая авария, и я не успокоюсь, пока не выясню точно, что произошло на самом деле», – не раз повторял отец Доди. По его версии, британские власти не могли смириться с мыслью о возможности брака между его сыном-мусульманином и Дианой. Этот брак уже становился реальностью: как утверждает Мохаммед аль-Файед, он заплатил 150 тысяч фунтов за обручальное кольцо с бриллиантами и изумрудами. Доди намеревался вручить его Диане в конце поездки, оказавшейся роковой. «Он позвонил мне, чтобы сказать, что они обручились», – говорит отец Доди, утверждая также, что Диана сообщила о своем обручении Уильяму и Гарри, своим сыновьям.

Впрочем, египетскому миллиардеру, до сих пор не пришедшему в себя от горя, нельзя безоговорочно доверять. Он, например, рассказывает, будто некая медсестра в больнице La Pitie-Salpetriere передала ему последние слова принцессы, пожелавшей, чтобы он отдал ей (сестре) вещи из апартаментов Доди. Однако врачи, пытавшиеся спасти Диану, утверждают, что она не могла произнести ни слова с того самого момента, как ее извлекли из искореженной машины.

МИ-6 против Дианы

Но, возможно, дело действительно не в водителе «мерседеса». Заново начатое следствие уже пришло в первому выводу: «фиат уно», сам того не желая, стал причиной аварии».

Муж и жена, ехавшие через мост Альма, видели, как эта машина выскочила из тоннеля им наперерез, причем водитель смотрел не на дорогу, а в зеркало заднего вида. «Это был «фиат уно» белого цвета, должно быть, двухдверный, старенький, хотя и вполне чистый, – показала на допросе Сабина Ф. – Он выскочил из тоннеля, точно пьяный. Нас водитель заметил, наверное, только после того, как муж нажал на гудок... Это был европеец средиземноморского типа. Глубоко посаженные глаза, коротко подстриженные каштановые волосы, лет тридцать пять – сорок... На заднем сиденье была довольно большая собака вроде немецкой овчарки».

При разборе обломков на месте аварии были обнаружены осколки левого заднего поворотника «фиата». Экспертиза позволила установить точные характеристики машины, цвет, год выпуска. Располагая сведениями о машине и достаточно точным описанием личности водителя, а также таким важным дополнительным признаком, как наличие крупной собаки, следствие проверило 3500 «фиатов». Но, как ни удивительно, не удалось отыскать ни машину, ни шофера.

Правда, установленным характеристикам соответствовала машина фотографа-папарацци Джеймса Андансона. Именно ему принадлежит знаменитый снимок Дианы в купальнике леопардовой расцветки, в свое время заставивший публику заподозрить, что принцесса беременна. Андансона долго допрашивали, но в конце концов оставили в покое, поскольку точно установили, что в вечер трагедии его не было в Париже. Однако, как ни странно, выяснить, не одалживал ли он машину кому-нибудь из коллег или друзей, следствие не удосужилось, а теперь уже и вовсе не сможет этого сделать. В мае 2000 года Андансон при загадочных обстоятельствах сгорел в своей машине (том самом «фиате») дотла.

водитель Анри Поль

Бывший агент британской разведки МИ-6 Ричард Томлинсон, увидев по телевидению репортаж о гибели леди Ди, сразу заявил, что обстоятельства аварии странным образом напоминают ему план покушения на президента Югославии Милошевича. Этот план, подготовленный в недрах британских спецслужб, предусматривал, в частности, вариант убийства в тоннеле в Женеве с применением сильной вспышки для ослепления водителя.

Ныне, однако, один из следователей говорит, что нет показаний, подтверждающих тезис о вспышке, которая бы предшествовала аварии. Но немногие ее свидетели ехали во встречном направлении, отделенные парапетом и опорами, и вряд ли могли заметить свет, направленный параллельно их движению. Возможно, на вопрос, была ли вспышка, мог бы ответить водитель «фиата», но его так и не нашли. Кстати, не было ли его вихляние следствием того, что и он был ослеплен? И еще один важный момент. Сиденье рядом с шофером, как известно, обычно называют «местом покойника»: во время аварии оно подвергается наибольшему риску. Но в этой аварии уцелел сидевший рядом с шофером Тревор Рис-Джонс. Он отделался лишь шрамами на лице. Согласно одной из новых версий, Тревор выжил, так как успел сгруппироваться и уклониться от удара. А успел он это сделать потому, что якобы сам и был организатором аварии.

Тридцатиоднолетний Тревор Рис-Джонс проходил службу в частях спецназа, в составе элитного парашютного полка. На боевом счету Рис-Джонса также два срока боевого дежурства в Северной Ирландии и служба в королевской военной полиции. Между тем известно, что спецназ и особенно «парашютисты» часто привлекаются для проведения операций по заданию спецслужб, прежде всего МИ-6. Бойцы этих частей сохраняют с ними тесную связь даже по окончании службы, уже на гражданке.

По некоторым сведениям, в МИ-6 были люди, усматривавшие в поведении Дианы «угрозу трону и, следовательно, стабильности государства». Не секрет, что за ней велась слежка, ее телефонные разговоры прослушивались. Для перехвата электронной почты «жучки» были установлены в компьютерах Дианы, через системы спутникового слежения прослушивались ее разговоры по мобильному телефону. Многие считают, что запись ее разговора в машине с другом детства, в ходе которого она резко отзывалась о королеве и атмосфере в Букингемском дворце, и утечка этой записи в печать – дело рук МИ-6. Американскому репортеру-расследователю Джеймсу Киту удалось добиться от ЦРУ и АНБ признания в том, что они в сотрудничестве с британскими спецслужбами МИ-6 и МИ-5 следили за Дианой и прослушивали ее разговоры, запись которых насчитывает 1051 лист. Однако оба учреждения отказались предоставить журналисту сами записи. «Документы засекречены, – объяснялось в письме Киту, – потому что их раскрытие может причинить чрезвычайно серьезный ущерб национальной безопасности».

Вернемся, однако, к самой аварии. Эксперты установили одну странную вещь: в момент аварии переключатель скоростей находился в нейтральном положении. Если бы на машине была механическая коробка передач, то можно было бы объяснить это тем, что водитель хотел резко снизить скорость перед тоннелем и пытался переключиться на более низкую передачу. Однако в «мерседесе», который вез Диану, была установлена автоматическая коробка.

Возникает подозрение: не стал ли виновником аварии бывший парашютист Тревор Рис-Джонс, подтолкнувший Поля под руку или сдвинувший рычаг передач на один шаг с D (вперед) на N (нейтральная)?

Свидетели исчезают

Журналисты, пытавшиеся глубже копнуть обстоятельства катастрофы, странным образом покинули этот мир. Так, 7 сентября 1999 года при банальной операции на колене скончался репортер Джеймс Кит, который как раз готовился опубликовать некоторые выводы о причинах гибели Дианы и Доди. «У меня предчувствие, что я не вернусь», – сказал он у дверей операционной своему товарищу Кенну Томасу. Через несколько часов после его смерти веб-страница Интернета с подробностями его расследований была уничтожена. «По техническим причинам», как объяснил оператор фирмы-провайдера.

Выжившие свидетели страдают странными провалами в памяти. Можно упомянуть ряд врачей, делившихся с журналистами информацией по горячим следам, но потом отказавшихся от своих слов. Телохранитель Тревор Рис-Джонс, давший показания следователю по выздоровлении, через восемь месяцев, оставив службу у аль-Файеда, отказался от них и заявил, что на самом деле ничего не помнит. В «Мемуарах», опубликованных в марте 2000 года, он утверждал, будто его бывший патрон оказывал на него давление, принуждая «вспомнить» факты, которые подтверждали бы теорию заговора. Фоторепортер Лоран Сола, единственный из папарацци, сумевший сфотографировать Диану в потерпевшей аварию машине, никогда не показывал эти снимки. Более того, вскоре он закрыл свое агентство и организовал рыболовную компанию в Нормандии.

телохранитель Тревор Рис-Джонс

На этом странности не кончаются. Как установила группа британских патологоанатомов во главе с видным специалистом Питером Вейнезисом, тело Дианы после смерти быстро забальзамировали. И теперь повторное вскрытие тела, захороненного во влажных землях усадьбы Олторп, вряд ли позволит получить надежные результаты. «Не было никакой необходимости в том, чтобы принцессу бальзамировали так быстро и до произведения посмертных обследований», – заявил профессор Вейнезис.

Джеффри Стайнберг, журналист-расследователь журнала Executive Intelligence Review, дает понять, что в Лондоне по возвращении на родину тела Дианы вскрытие все же производилось и соответствующий протокол существует. Однако он сомневается, что выводы этих исследований когда-либо будут полностью известны. «В апреле 2000 года адвокаты Мохаммеда аль-Файеда заполучили служебную записку двух французских патологоанатомов, работавших для следователя Стефана и сотрудничавших с английскими коронерами. В этой записке якобы говорилось, что британские власти ходатайствовали о том, чтобы утаить определенные аспекты официального вскрытия». Однако ныне и эти свидетели отказались от своих слов.

* * *

Нелепая и трагическая смерть Дианы продолжает приносить доход авторам многочисленных книг «про это». В пятую годовщину аварии ее близкие вспоминают о том, что привело к драматическому повороту в жизни бывшей принцессы Уэльской и матери наследных принцев. «Ее жизнь была совершенно разбита ее супругом и его любовницей Камиллой Паркер, думавшими только о себе, – считает Мэри Кларк, няня Дианы. – Когда брак распался, она утратила чувство уверенности в себе, что в конечном счете и привело ее к гибели». Ей вторит и лучшая подруга Дианы, Лусия Флеша ди Лима, жена бразильского посла в Лондоне: «Чарльз и Камилла превратили ее жизнь в ад».

Однако время лечит многие раны. Королева сумела восстановить расположение подданных, пошатнувшееся, как известно, после гибели «народной принцессы». Принца Чарльза уже открыто сопровождает Камилла Паркер-Боулс, и большинство британцев не возражают против их союза: даже строгая англиканская церковь сняла запрет на брак двух разведенных.

Но тайна аварии, происшедшей в тоннеле Альма 31 августа 1997 года, продолжает живо интересовать многих, не только британцев. И именно поэтому вряд ли она будет раскрыта в ближайшем будущем.


Авторы:  Сергей ГОНЧАРОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку