НОВОСТИ
Начали «хамить пациентам». Визит антиваксеров в больницу превратился в балаган (ВИДЕО)
sovsekretnoru

Домушники

Автор: Владимир АБАРИНОВ
01.12.2000

 
Елена СВЕТЛОВА,
обозреватель «Совершенно секретно»

ПОЛКИ ШКАФОВ ЗИЯЛИ ПУСТОТОЙ, вещи валялись на полу вперемешку с книгами и бумагами. На кухне заветривались остатки обильного ужина. Впрочем, меню было незатейливым: омлет из десятка яиц, сосиски и пачка макарон с кетчупом. В ванной мокли полотенца, небрежно брошенные на кафельный пол. А в унитазе красовалась внушительная куча дерьма.

Именно такую безрадостную картину застала сотрудница нашей редакции Татьяна К., вернувшись с дачи теплым августовским днем. Дурные предчувствия, терзавшие ее накануне, похоже, сбылись. И самое обидное было то, что она собственными руками приготовила незваному гостю щедрый дар: сложила все золотые украшения, обычно разбросанные по пепельницам и полочкам, в одну коробочку. Правда, домушник оказался разборчивым: ему не приглянулись ни сломанные золотые часы, ни порванные цепочки, ни коралловые сережки, ни серебряные безделушки. Он прихватил увесистые золотые печатки старой работы, обручальные кольца и элегантные дамские колечки с драгоценными камнями, взял две старинные иконы, покушался и на иконописный триптих, но тот, к счастью, был намертво привинчен к стене.

Напоследок вор побрился, приняв гель для тела за пену для бритья, переоделся в чужую одежду и, оставив на прощание свои поношенные джинсы и футболку, отбыл знакомым маршрутом – через форточку. Преступник не рисковал здоровьем: организация, разместившаяся на первом этаже дома, прямо под квартирой Татьяны, возвела козырек, сильно облегчающий восхождение и спуск.

«Пальчики» домушника были повсюду, экспертам оставалось только снять отпечатки. «Вряд ли он еще к вам сунется, – успокоили сыщики, – граната два раза в одну воронку не падает, но все же установите в квартире сигнализацию».

Все, кто сталкивался с последствиями визита домушников, долго не могут прийти в себя. Не только потому, что лишились ценностей. Тяжелое моральное потрясение проходит не сразу. Людям кажется, что в квартире больше нет стен, они не решаются открыть форточку, их дом больше не крепость. Ночные звуки пугают, от шагов за дверью сжимается сердце.

Прошел месяц. В выходные Татьяна с мужем уехала на дачу. А ночью соседка вывела во двор собаку и вздрогнула от звука, похожего на выстрел. Женщина выбежала на улицу и остановила патрульную машину. Милиционеры сразу увидели разбитое окно на втором этаже. Через несколько минут прибыли сотрудники вневедомственной охраны. Вор почувствовал неладное и бросился к двери – заперто, кинулся к окну – поздно, в проеме уже показались милиционеры. «Они лезли, как тараканы», – скажет он потом. Насмерть перепуганный, он спрятался в шкафу. Там его и обнаружили под ворохом одежды. Дальнейшее было делом техники. Когда эксперты сверили отпечатки пальцев, сомнений не было: один и тот же человек.

– У него железные нервы, – рассказывает Алексей Михальчик, следователь ОВД «Ломоносовский». – В первый раз он провел в полюбившейся ему квартире несколько часов, даже поспал на диване. Психология у человека простая: зачем покупать вещи и продукты, если все можно взять бесплатно? Он и брал, за что провел восемь лет в зоне, на его счету около трех десятков краж. Действует по одному сценарию: разбивает окно камнем и ждет, выглянут ли хозяева. Если все тихо, ныряет в форточку. Год назад, сразу после освобождения, проверил одно окно на прочность, но пролезть не успел – был задержан нарядом милиции. Доказать попытку кражи не удалось, преступник твердил, что разбил окно из хулиганских побуждений. В общем, в конце июля его освободили по амнистии, а уже в августе вор забрался в квартиру Татьяны К. Он регулярно ездил из Тулы в Москву для решения своего квартирного вопроса (пока сидел, лишился жилплощади) и ночевал в чужих домах, откуда прихватывал вещи. Сегодня доказаны четыре эпизода квартирных краж, но, думается, это далеко не полный список форточника.

Говорят, квартирный вор рискует дважды: вламываясь в чужое жилище и пытаясь реализовать свои трофеи. Прочие граждане вынуждены невольно играть с жульем в лотерею по принципу «любит – не любит». Вероятность стать жертвой домушника велика. По статистике, в нашей стране чуть ли не каждую минуту происходит квартирная кража.

По сравнению с прошлым годом фиксируется количественный рост этого вида преступлений. В Москве неприятный показатель увеличился на 2200 случаев. Правда, по словам Виталия Пьянова, начальника отдела по борьбе с квартирными кражами МУРа, эти данные объясняются тем, что сотрудники милиции сегодня регистрируют каждую кражу. Хотя раскрываемость составляет примерно 34 процента, в этом году раскрыто почти на 400 квартирных краж больше, чем в прошлом. Это преступление тихое, совершаемое без свидетелей. Опытные воры работают в перчатках, чтобы не наследить.

Большинство домушников попадают в чужую квартиру через дверь путем взлома или выбивания. Хлипкие замки – в милиции их называют «слезы Москвы» – сдаются практически без боя.

– В 70 процентах случаев воры просто подбирают ключ, – рассказывает Виталий Пьянов. – Некоторые идут на дело, имея при себе две связки ключей, с правой и левой бороздкой. Металлические двери тоже не спасают, особенно если люди экономят на замках. Воры орудуют отмычками, автономными дрелями. Выбирают время, когда жильцы на работе, и не стесняются. Неподатливые запоры спиливают даже «болгарками». Легкие двери выносят вместе с коробками. Суперзасовы выпадают после того, как их обсверливают со всех сторон. Даже мультилоковские замки бессильны перед хорошей «фомкой». У израильских замков подламывают начинку и открывают отверткой.

Против лома нет приема, умельцы отключают даже сигнализацию, но все-таки надежность охранных объектов достаточно высока. Известны случаи, когда преступники терпеливо поджидали владельца на лестнице и входили в квартиру на его «плечах». Под дулом пистолета заставляли снять сигнализацию. В этот момент некоторых выручала тревожная потайная кнопка, как в банке. Воров брали «тепленькими».

Из пяти тысяч квартирных краж, зарегистрированных в этом году в столице, лишь седьмая часть осуществилась через окна, из них меньше половины – сквозь форточки. А, например, в прошлом году отмечался всплеск «несанкционированных проникновений» довольно экзотическим способом – через вентиляционную шахту. Для этой цели подходит определенная серия жилых домов. Вору достаточно подняться на крышу, отодвинуть закрепленную на честном слове решетку и спуститься в вертикальный коридор, откуда легко проникнуть в квартиры верхних этажей.

В советские времена квартирные воры специализировались на дефиците: шубах, коврах, хрустале. Пристрастия изменились с началом перестройки, «на вынос» пошла импортная техника: телевизоры, видеомагнитофоны, музыкальные центры. Теперь актуальны деньги, особенно «зеленые», золото, антиквариат. Случаются, конечно, ностальгические рецидивы, когда воры зарятся на приличную аппаратуру и дорогие меха.

У нищих взять нечего. В дома «новых русских» не проникнешь: мимо зоркой охраны и муха не пролетит. Современные домушники предпочитают в основном «работать» со средним классом.

Преступный мир собирает информацию из любых источников. Получив интересные сведения, приступает к реализации замысла. Опытный вор совершает «скок» не чаще одного-двух раз в месяц. Его стабильный месячный доход приблизительно равен тысяче долларов. Как ни странно, намного чаще квартиры выбираются наобум, а не по наводке. Иногда воры заранее прицениваются к жильцам, встречают буквально по одежке. Один домушник вылавливал потенциальных жертв в транспорте, провожал до квартиры и добросовестно отслеживал образ жизни: когда уходит на работу, когда возвращается домой. Другой воришка знакомился с дамами по брачному объявлению, напрашивался в гости и наметанным глазом оценивал уровень материальной независимости. Затем назначал свидание «невесте» на другом конце города и, пока бедняга тащилась туда-обратно, спокойно вычищал жилье.

Уже беглый наружный осмотр квартиры позволяет наблюдательному вору судить о достатке хозяев. Стеклопакеты, хорошие двери, кондиционеры на окнах и «тарелки» на балконе – верные приметы обеспеченности.

Среднестатистический домушник – это молодой мужчина не старше сорока лет, часто знакомый с жизнью на зоне не понаслышке. По данным МУРа, рецидивисты составляют примерно 30 процентов любителей быстрой наживы. В Петербурге эта цифра доходит до 60 процентов. Каждый третий чистильщик столичных квартир – залетная птица, гастролер. Большинство – дилетанты и воры широкого профиля, которые гребут все подряд: и выпивку в супермаркете, и курицу на рынке, и кошелек в транспорте, и деньги из квартиры. Среди этой асоциальной публики высок процент наркоманов, готовых за дозу на любые «подвиги»

Встречаются и женщины-домушницы. Но, в отличие от коллег мужского пола, они редко действуют в одиночку. Обычно леди стоят на шухере, добывают информацию или занимаются сбытом краденых вещей. Впрочем, есть и чисто женские воровские группы.

– Цыганки работают на доверии, – говорит Виталий Пьянов, – они постоянно видоизменяют свою тактику. Раньше, чтобы попасть в квартиру, просили у доверчивых хозяек попить, позвонить, перепеленать ребенка. Сердобольные москвички впускали «гостей», а потом недосчитывались вещей и денег. Теперь воровки представляются социальными работниками. Выглядят всегда пристойно, никаких цветных юбок и ярких шалей, скромная европейская одежда. Притупить бдительность пенсионеров не так уж трудно, достаточно предложить гуманитарную помощь или недорогой ремонт. Пока две-три воровки отвлекают хозяйку разговором, одна, самая маленькая и юркая, за пять минут чистит квартиру.

Потерпевшие порой удивляются, что незваные гости легко находят тайники. На самом деле большинство «схронов» слишком стандартны, чтобы не стать легкой добычей. Сбережения упорно хранят под стопками белья, в книгах, под матрасом. Туалетные бачки, морозильные камеры, банки для сыпучих продуктов – эти места отлично известны каждому порядочному вору. А после того как одна газета посоветовала читателям прятать ценности в цветочных горшках, оперативники начали находить в обворованных квартирах безжалостно разбитые кашпо.

Тем не менее большинству домушников присущ своеобразный нюх. Оказавшись в чужой квартире, они безошибочно угадывают, где деньги лежат. Бывает, потерпевшие грешат на родных, потому что, кроме них, никто не знал, что за день до кражи сбережения переложили в старые ботинки.

...Мой знакомый Николай Д. получил в наследство однокомнатную квартиру. Отремонтировал, обставил, установил металлическую дверь и время от времени наведывался в уютное гнездышко. А на днях застал неприятную картину: дверь была опечатана. Оказалось, что за пару часов до приезда хозяина квартиру обчистили. Причем соседская девочка даже видела вора в лицо. Он спускался по лестнице, сгибаясь под тяжестью огромной дорожной сумки. Воры не любят пользоваться лифтом, дабы не нарваться на хозяина.

Квартира выглядела как место битвы. Оторванные плинтуса, вырванные «с мясом» декоративные панели, вывернутые ящики. От телевизора и музыкального центра остались лишь траурные рамки пыли. В верхнем ящике разоренного комода хранились деньги на новую машину. Николай похолодел от ужаса. Но, о чудо! Неприметная кожаная папка валялась на полу, но деньги были целы. Домушник не догадался...

Иногда ворам просто везет. Некто М. забрался в квартиру, где нечем было поживиться. Ни денег, ни драгоценностей, ни шуб. Отчаявшись, он полез в холодильник, но и там, кроме початой бутылки коньяка и двух пачек пельменей, ничего не было. С горя вор прихватил скромные трофеи. Велико же было его изумление, когда в пачке пельменей обнаружилась пачка долларов. Вскрыл вторую – то же самое! Улов оказался внушительным – ровно 12 тысяч.

Квартирные кражи чаще совершаются в рабочее время, с обязательным обеденным перерывом на случай, если хозяин вернется. Один домушник выходил на дело только глубокой ночью. Когда следователь допрашивал его по поводу дат и времени совершения преступлений, солидно отвечал: «Я что, на календарь смотрел? У меня другой принцип: ночь настала, пора работать!» Солидный процент вторжений падает на выходные и праздничные дни. В новогоднюю ночь жулики традиционно «бомбят» квартиры.

Один вор поразил сыщиков своей феноменальной памятью. Взяли его при попытке сбыта краденых вещей. А во время обыска на его квартире всплыли вещдоки нераскрытой кражи, совершенной пару лет назад. Когда вора привезли на место преступления, он заявил: «Так, этот шкаф у вас стоял в спальне, а холодильник вы передвинули, обои были в цветочек, а теперь однотонные». Хозяева всплеснули руками: «Точно, мы сделали ремонт и многие вещи переставили».

Виртуозов воровского дела, как и любых других профессионалов, не так уж много. Скоро освободится по амнистии орденоносец, он же акробат-форточник Л. Перед его мастерством не устоит ни одно окно. Недавно в Подмосковье скончался некто Б., один из самых удачливых домушников. Он ухитрился ни разу не попасться, хотя обчистил порядка двухсот квартир. Подвел его собственный попугай. Вор-одиночка, Б. вел замкнутый образ жизни и ни с кем не мог поделиться успехами. Он доверял только своему дневнику, а особо удачные места зачитывал вслух говорящему попугаю. Умная птица впитывала информацию. Однажды попугай улетел и разболтал секреты своего хозяина.

В другой истории «попка» тоже сыграл роковую роль. В одном городе вор-гастролер обчистил квартиру. Взял дорогую одежду, деньги, ювелирные украшения и, не удержавшись, прихватил клетку с живописным попугаем. Птица не обладала широким словарным запасом, но свой адрес знала назубок. Когда к вору нагрянули с обыском (по другому делу), пернатый доносчик выдал свою тираду. На всякий случай отправили запрос. Факт кражи подтвердился, а попугая с почестями вернули домой.

Экзотические провалы, конечно, редкость. Чаще воры «горят» на сбыте. Хотя, по словам Александра Шевчука, заместителя начальника отдела МУРа, занимающегося раскрытием краж антиквариата, сами преступники не несут «трофеи» в салоны, а находят для этой миссии других. Дорогие вещи реализуются трудно, но, увы, есть люди, которых каналы приобретения ценностей не интересуют. За последние полтора года в милицейские сети трижды попадался один такой покупатель. И всякий раз его отпускали. «Да, я догадывался, что книга, купленная мной за сто рублей, стоит дороже, но не знал, что она краденая» – вот и весь разговор, доказать обратное практически невозможно, хотя по нынешним расценкам вещь ушла бы за 70 тысяч рублей.

Иногда раритеты воруются под заказ. «Есть возможность достать автографы Чехова, письма Толстого, нотные записи Мусоргского и Римского-Корсакова, вам интересно?» – «Да». Результат такого диалога известен.

Ценности мгновенно распродаются по самым демпинговым ценам. И если кража не раскрыта по горячим следам, шансы вернуть владельцу вещи тают, как мороженое в жаркий день. До сих пор не известна судьба коллекций живописи и нумизматики, украденных более двух лет назад у сына академика Коштоянца. Больше повезло гражданину Франции, которого жулики обчистили в новогоднюю ночь 1999 года: часть коллекции фалеристики и холодного оружия московским сыщикам удалось разыскать и вернуть владельцу. Недавно у родственницы художника Морева дерзко похитили подлинники Айвазовского и Репина. К счастью, «искусствоведы» с отмычкой встречаются не часто. Известно немало случаев, когда воры забирали эффектную бижутерию, не обращая внимания на настоящие бриллианты.

Краденую аппаратуру и золото сбыть легко. Драгметаллы скупают на каждом шагу, от чужих колечек можно избавиться, не выходя из метро. Ворованные телевизоры и видеомагнитофоны за бесценок спускают на радиорынках. Кроме того, в каждом городе есть места скупки краденого. На тех же точках зачастую торгуют наркотиками. Для вора-наркомана это очень удобно: сдал вещь – получил дозу. Правда, жулики не всегда знают, что эти точки, как правило, контролируются милицией.

«А как иначе работать оперу? – вздыхает Андрей Н., следователь с двадцатилетним стажем. – Он вербует скупщика и закрывает глаза на торговлю наркотиками. А тот решает, какую информацию слить, а про какую умолчать. Постоянных клиентов скупщик прикрывает, залетных сдает».

Мой собеседник вспоминает историю, как в одном городе раскрывали квартирную кражу у дочки первого секретаря райкома партии. Воры вынесли имущества на 12 тысяч рублей – по тем временам сумма очень внушительная, превышающая стоимость хорошей трехкомнатной квартиры. Подняли на ноги весь розыск и дали месячный срок: найти во что бы то ни стало. И через месяц оперы привели человека, который сознался в краже. На месте преступления он все показывал, но хозяйка сразу почувствовала подвох: «вор» неважно ориентировался в квартире. Тогда оперы выдали козырную карту – у подозреваемого нашли холщовый мешок с меткой хозяйки, в котором он, по собственному признанию, унес чужое добро. Доблестные сыщики, сами стянувшие этот мешок, чтобы закрыть дело, не могли знать, что злосчастный вещдок появился в доме дочки партийного бонзы лишь после кражи. Подозреваемого пришлось отпустить.

Практика вешать нераскрытые кражи на тех, кто их не совершал, очень живуча. Были случаи, когда люди брали на себя по пятьдесят краж, и это проходило в суде, взамен им обещали легкую жизнь в тюрьме и, надо сказать, слово свое держали. Преступник, которому при любых раскладах выпадал казенный дом, получал теплое место в хозобслуге. Наркоман знал, что каждый день получит дозу, а алкоголик – спиртное. «Висяки» по-прежнему существуют, но доказывать их нужно тщательнее. Чистосердечным признанием, не подкрепленным доказательствами, суд сегодня не удовлетворится.

По мнению следователя Н., уровень работы «на земле» оставляет желать лучшего. Когда заканчивается отчетный период, о нераскрытой краже забывают. Уголовное дело приостанавливают – и до свидания. Но вдруг приходит «явка с повинной» от зека, которому надоело сидеть на зоне и захотелось немного прокатиться. Он подробно описывает кражу, обещает выдать вещи, но листок с признанием летит в мусорное ведро. Следователь знает, что начальник округлит глаза: «Тебе что, делать нечего?»

Вообще на квартирную кражу в районных отделениях милиции реагируют без особого энтузиазма. И преступление какое-то «несерьезное», и «висяк» потенциальный. Добросовестные работники вычерчивают целые схемы, смотрят изъятое, когда арестовывают группу квартирных воров, примериваются к «своим» вещам. Опытные следователи знают, как важны первые сутки после признания преступником своей вины, пока он готов говорить правду, а сокамерники еще не обучили уму-разуму.

Но частенько следователь работает, если есть какие-то зацепки. Когда ничего нет – ограничиваются объяснительной запиской от соседей потерпевшего такого содержания: «Ничего не видел, ничего не знаю». Следствие окончено – забудьте. И все равно отчаиваться не надо. У простых смертных тоже есть шанс на успех. Открою маленький секрет. В милиции страшно не любят назойливых граждан, обивающих пороги из-за всякой «ерунды». Доведенный до белого каления начальник вызовет на ковер опера и отчеканит: «Что хочешь делай, но чтобы я его (ее) больше здесь не видел. Хоть сам возмещай ущерб!»

Если воры посягнули на собственность известного и, главное, влиятельного человека, можно не сомневаться: милиция сделает все, что требуется, и даже больше. И группу вышлют на место преступления в полном составе, и агентуру на ноги поднимут. Когда у Хайди Холлинджер, канадской фотожурналистки, прославившейся весьма откровенными портретами российской политической элиты, угнали автомобиль, был создан целый штаб по его розыску. Говорят, процесс контролировал сам Владимир Рушайло. И машину, конечно, нашли.


Авторы:  Владимир АБАРИНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку