Добрые дяди из наробраза

Автор: Владимир АБАРИНОВ
01.06.2001

 
Таисия БЕЛОУСОВА,
обозреватель «Совершенно секретно»

Не сегодня-завтра правительство утвердит соглашение между Российской Федерацией и Международным банком реконструкции и развития (МБРР), и отечественное образование получит на проведение реформы 50 миллионов долларов. Получит, несмотря на то что использование средств предыдущего аналогичного займа (в 68 миллионов долларов) заинтересовало правоохранительные органы.

В октябре 1997 года Международный банк реконструкции и развития предоставил России займ в 71 миллион долларов на «Инновационный проект развития образования». В 1998–2003 годах российская сторона должна была получить всю сумму, выплачивая при этом только проценты за пользование, в последующие 12 лет планировалось полностью рассчитаться по займу.

Согласно проекту, разработанному экспертами МБРР, на совершенствование преподавания общественно-экономических наук и управления, улучшение использования ресурсов в вузах предполагалось потратить 39,5 миллиона; на реформу учебного книгоиздания – 15,7 миллиона; на создание экспериментального фонда по закупке учебников, призванного снабдить учебными материалами школы в субъектах Федерации, – 8 миллионов долларов.

Обслуживание и погашение львиной части займа легло на федеральный бюджет. Субъектам Федерации предстояло расплачиваться по субзайму за счет средств собственных бюджетов. Вузы обязаны были из внебюджетных поступлений возместить Министерству финансов 20 процентов средств полученного субзайма (в течение 17 лет) и финансировать обслуживание оставшейся части.

Министерство финансов передало средства займа в управление Национальному фонду подготовки кадров (НФПК). Эта некоммерческая организация, созданная постановлением правительства в августе 1994 года, уже имела опыт распределения 40 миллионов долларов, выделенных МБРР на подготовку кадров руководителей и финансистов. Тогдашний гендиректор фонда С.П. Семенцов формально руководил двумя займами сразу. На деле же образовательным управляла созданная в НФПК дирекция. Вначале ее возглавлял Г.А. Сарычев (в ранге заместителя директора), затем – С.М. Яковлев. По слухам, и тот и другой работали по указке Министерства образования.

Недавно нынешний директор НФПК Елена Соболева, выступая на заседании круглого стола, посвященного реформе образования, объясняла, что деятельность фонда находится под пристальным контролем Совета по координации внешних займов Минобразования, миссии Всемирного банка, Счетной палаты РФ, Контрольно-ревизионного управления Минфина и это позволяет «исключить возможность любого нецелевого использования выделяемых на проекты средств».

Кстати, координационный совет в Минобразования появился только в начале 2001 года. А миссии Всемирного банка волновал лишь график расходования средств. Бухгалтерские документы субзаемщиков они не рассматривали. Счетная палата РФ начала плановую проверку деятельности фонда в декабре 2000 года. И только потом фондом занялись ревизоры КРУ Минфина. Правда, проверяли они расходование средств на подготовку руководителей и финансистов. Получается, что практически три года НФПК, в чье распоряжение были переданы огромные средства, в сущности, не контролировался.

В 1997 году на подготовку проекта НФПК получает от Всемирного банка аванс в один миллион долларов (расплачиваться за него будут из бюджета) плюс безвозвратный японский грант – 455 тысяч долларов. Из аванса фонд сумел освоить лишь 784 тысячи долларов, при этом 84 тысячи потратили на покупку мебели, оборудования и транспортных средств. Подобные приобретения были бы уместны, если бы НФПК начинал работу с нуля. Но ведь за счет средств предыдущего займа он все уже приобрел. Неужели за три года мебель, компьютеры, транспорт пришли в негодность? Бывшие сотрудники фонда уверяют, что на этих закупках настаивал МБРР. А чиновники, надо думать, возражать не посмели.

Владимир Филиппов

Идем дальше. 306 тысяч долларов – 52 процента аванса – фонд потратил на собственные операционные расходы – приобретение расходных материалов, арендную плату, зарплату. По проекту МБРР, на это выделятся 10 процентов от займа, то есть за пять лет фонд имеет право потратить 6,8 миллиона долларов, что он и делает весьма старательно. А ведь фонд, в сущности, только управляет деньгами, больше ничем не занимается – для проведения консультаций, семинаров, закупки оборудования нанимают отдельных специалистов либо организации.

Совет директоров НФПК и МБРР назначили 36 сотрудникам фонда оклады от 400 до 4000 долларов в месяц, а с апреля 1999 года – от 300 до 3000 долларов. К примеру, администратор офиса, ведавшая закупкой канцтоваров, чая и прочего, получала 1500 «зеленых», в то время как зарплата российского премьера равнялась 1300 долларов.

МБРР вольно назначать любые оклады, выделять миллионы на операционные расходы. Но Министерству финансов и купечески щедрому совету директоров, куда, кстати, входили заместители министров образования, экономики и финансов, не худо было бы задуматься над тем, что впоследствии правительству придется изыскивать средства на возврат 6,8 миллиона операционной части долга и наверняка при этом «урезать» какие-то социальные выплаты...

Всего на подготовку к реализации проекта НФПК израсходовал 1 миллион 239 тысяч долларов. Стоило ожидать, что фонд блестяще организует использование средств займа. Но этого не случилось. В 1998 году их расходование вообще не планировалось. Да и что можно было планировать, если НФПК, Министерство финансов и МБРР согласовывали форму типового договора субзайма и процедуру закупки консультационных услуг... полтора года!

После августовского кризиса 1998 года Минфин решает не давать деньги Всемирного банка субъектам Федерации, ходившим в должниках федерального бюджета. И хотя региональные школы крайне нуждались в учебниках, после перераспределения средств займа и его сокращения до 68 миллионов долларов из проекта исчез компонент «Экспериментальный фонд закупки учебников»...

В 1999–2000 годах из-за плохой организации работы вместо зарезервированных 15,5 миллиона долларов было освоено всего 8,3 миллиона. И них 1,69 миллиона ушло на оперативные расходы НФПК, 2,5 миллиона – на консультантов.

Консультационные услуги – вещь деликатная. Цена на них договорная и, по мнению инспекторов Счетной палаты, чрезмерно завышенная. Между тем, заключая договоры с консультантами, НПФК, на который возложена ответственность за сохранность средств займа, обязан интересоваться, насколько обоснованы те или иные финансовые предложения. Согласно рекомендациям Всемирного банка, фонд должен назначать ставку консультанту после изучения его финансовых отчетов (либо справок о заработной плате) за последние три года. Но рекомендации эти попросту игнорировали.

По слухам, право подбирать консультантов принадлежало исключительно Министерству образования. Оно же якобы и утверждало ставки. А злые языки утверждают, что образовательный заем стал «кормушкой» для высокопоставленных чиновников из правительства и ряда федеральных министерств, ректоров крупнейших вузов, известных политологов, социологов, экономистов и для фирм, руководимых их родственниками. И сегодня консультантами заинтересовалась ФСБ.

Очередь из вузов, мечтавших заполучить денежки Всемирного банка, быстро растаяла. Мало того, что высшим учебным заведениям предстояло возместить Минфину 20 процентов занимаемых денег, так еще и доля софинансирования с их стороны должна была составить 30 процентов от займа. Для Запада такие условия наверняка приемлемы. Но большинство российских университетов, академий, институтов еле сводит концы с концами. А потому НФПК смог отобрать для участия в проекте лишь 33 вуза, 13 из которых – московские и питерские, остальные – крупнейшие учебные заведения Дальнего Востока, Сибири, Урала и Поволжья. Высших учебных заведений Севера, Центральной России, Северного Кавказа в списке избранных не встретить.

Виктор Христенко

Суммы, которые вузы получат от МБРР, сильно разнятся: для региональных это 300–500 тысяч долларов, для столичных 1,2 – 3 миллиона. Избранные университеты и академии, даже вернув 20 процентов, окажутся в выигрыше. Ведь большую часть потраченных ими денег будет выплачивать федеральный бюджет.

С вузами фонд подписал 36 контрактов. Но из-за того, что они не смогли правильно оформить и подать заявки (а научить их этому должны были сотрудники дирекции образовательного займа), финансирование началось только по 14 контрактам. За два года на «Инновационный фонд высшего образования» потрачено чуть больше миллиона – на приобретение компьютеров, консультационные услуги, проведение семинаров и учебные поездки. Закупали компьютеры вузы зачастую с помощью посреднических фирм. Консультации же и здесь оплачивались по завышенным ставкам

На реформу учебного книгоиздания в 1999–2000 годах пошли 2,1 миллиона долларов, из них более миллиона получили консультанты. Выборочная проверка ряда контрактов, проведенная Счетной палатой, дала картину безрадостную.

Свыше 200 тысяч долларов было истрачено на реорганизацию Федерального экспертного совета (ФЭС) Министерства образования РФ, который организует работу по экспертизе учебников и методических материалов. Раньше подобные мероприятия проводились силами сотрудников министерства. Но по проекту МБРР пришлось нанять людей со стороны.

В октябре 1998 года при проведении тендера по отбору консультантов для первого этапа реорганизации победителем стал Издательский дом «Вита-Пресс», предложивший выполнить работы за 78 тысяч долларов. Но затем результаты тендера были пересмотрены в пользу самарской «Корпорации «Федоров», просившей за свои услуги... 100 тысяч долларов. Как объясняли сотрудники НФПК, у «Вита-Пресс» не оказалось специалистов. Сомнительно, что они были у корпорации, зарегистрированной лишь в мае 1998 года и не имевшей лицензии.

«Корпорация «Федоров» весьма вольно распоряжалась деньгами МБРР. К примеру, вознаграждения исполнителям работ – от 6 до 56 тысяч рублей в месяц – она установила произвольно. При этом в договорах подряда не указывался объем выполненных работ.

Другой пример. Корпорация заключила договор с питерским центром на проведение семинара для специалистов, занимающихся реорганизацией ФЭС. 80 процентов специалистов проживали в Москве, а семинар устроили в Пушкине Ленинградской области. НФПК заплатил за его проведение 18 тысяч долларов, хотя оправдательных документов, подтверждающих произведенные расходы, корпорация не предоставила.

Срок исполнения контракта был продлен на 9 месяцев, но НФПК штрафных санкций не наложил. Нормативные документы, разработанные «Корпорацией «Федоров», позже пришлось дорабатывать сотрудникам Министерства образования. За такой «ударный» труд руководство корпорации не постеснялось выписать себе и своим сотрудникам вознаграждение – более 687 тысяч рублей.

«Агентство «ПР-СОФТ» Издательский сервис» заключило договор с НФПК на разработку и издание каталога «Дошкольное образование». Издание каталога cоглашением с МБРР не предусматривалось, но уж больно просили за него сотрудники Минобразования, и НФПК выделил 25 тысяч долларов. Но, как позже выяснили инспекторы Счетной палаты, на момент подписания договора «о разработке» каталога рукопись его уже была подписана в печать. Каталог, отпечатанный тиражом в 15 тысяч, агентство передало ООО «Гном-пресс» для рассылки. Куда были разосланы книги, кто их получил, узнать не удалось из-за отсутствия документов.

Михаил Касьянов

Повергает в уныние отчет Счетной палаты. По одному договору без каких-либо оправдательных документов добрые дяди и тети из НФПК выплатили 30 тысяч рублей, по другому – 20. На первый взгляд кажется, какая мелочь, но когда подобные выплаты сложили, получилась кругленькая сумма в 90 тысяч долларов. Плюс нецелевым инспекторы признали использование средств в размере 100 тысяч долларов.

Подчеркнем, инспекторы Счетной палаты проверили не более 50 договоров к контрактам. Что же в таком случае даст проверка остальных 1200?

Отвечать за разбазаривание 190 тысяч долларов вроде бы некому. Руководители дирекции образовательного займа Сарычев и Яковлев в фонде больше не работают. Ушел и директор НФПК Семенцов. Говорят, посоветовал министр образования Филиппов. И удивительно вовремя – к началу проверки Счетной палаты. Можно предположить, что на него и спишут все грехи «рулившая» образовательным займом дирекция вместе с Министерством образования. Но, может быть, прокуратура, разобравшись в происшедшем, определит, есть ли тут состав преступления, и предъявит обвинения тем, кто это заслужил.

За три года Минфин выложил МБРР за обслуживание займа свыше 912 тысяч долларов. Из этой суммы 421 тысячу заплатили за недальновидность или амбиции руководства НФПК. Дело в том, что фондом был разработан график расходования средств до 2003 года включительно. На каждый год, в соответствии с планом работ, фонд резервирует некую сумму, и если деньги не расходовали, то российская сторона должна была платить МБРР комиссионные – 0,75 процента от объема неиспользованных средств

За амбициозный график ни дирекция образовательного займа, ни члены совета директоров НФПК не понесли никакой финансовой ответственности. Не предусмотрена эта самая ответственность. Хотя последствия их действий будут сказываться и впредь – НФПК уже не сможет осваивать заем по графику, а значит, Минфину платить и платить комиссионные...

Впрочем, что кивать только на НФПК. Задумывались ли тогдашний министр образования А.Н. Тихонов, чиновники его министерства, участвовавшие в разработке схемы реализации займа, над тем, насколько применим проект МБРР в российских условиях, сумеем ли мы освоить выделенные средства и какую пользу от займа получит наше образование? Почему образовательный проект сочла выгодным для России Межведомственная комиссия по сотрудничеству с международными финансовыми организациями, возглавляемая В.Б. Христенко? Почему бывший тогда министром финансов М.М. Касьянов не поручил своим чиновникам контроль за расходованием средств займа? Вопросы риторические. Ибо давно известно, что наши чиновники и министры за свои действия не отвечают.

Всемирный банк, предоставляя заем, полагал, что деньги будут направлены на изменение системы образования в целом. А что мы имеем на деле?

За счет средств МБРР 33 вуза разживутся компьютерами, сделают ремонт, перестроят структуру управления, проведут научные работы, закупят новые учебники. Их преподаватели, аспиранты и студенты смогут пройти стажировку в Гарварде или Лондонской школе экономики. Все это прекрасно. А остальные?

Предполагалось разработать, издать и «продвинуть на рынок» 50 новых школьных учебников к 1999/2000 году. Пока издано только 26. Насколько они лучше старых, как по ним будут учиться наши дети, судить рано.

Александр Тихонов

Создали Головной информационный центр телекоммуникационной информационной системы по учебному книгоизданию, и создается шесть таких же региональных центров, а толку? Ведь до глубинки, где компьютер видели только по телевизору, нужная информация все равно доходить не будет. И так везде, куда ни ткнись.

Cтруктуру и работу фонда пытается изменить нынешнее руководство НФПК. Директор Елена Соболева надеется, что избежать нецелевого использования средств поможет новый департамент «Мониторинг проектов». Его сотрудники, люди с опытом работы в банке, аудите, способные быстро оценить документы, будут осуществлять комплексное сопровождение любой проектной деятельности и оценивать ее содержание, финансовые предложения и целесообразность использования средств. Создается Стратегический комитет, куда войдут три заместителя министра образования, ректоры ведущих вузов, представители профсоюзов. И вскоре судьбу той или иной программы, вопросы пролонгации договоров и т.п. будет решать не персонально директор, а коллегиальные органы, руководящие фондом.

Соболева в полтора раза уменьшила зарплату руководящим сотрудникам и увеличила ее координаторам, которые ведут проекты, несут персональную ответственность за каждый вуз, издательство и т.п. Они должны будут четко знать, сколько денег на какие цели потрачено и в каком состоянии находится тот или иной проект или программа. Им предстоит посещать с проверками вузы не только в Петербурге и Нижнем Новгороде, как было раньше, но и на Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке.

К июлю будет готов реальный график расходования средств. Но уже сейчас ясно, что придется просить Всемирный банк о продлении срока использования займа. По мнению Соболевой, за оставшееся время можно сделать немало полезного, правда, для этого необходимо скорректировать направления деятельности. К примеру, уже достаточно вложено в разработку новых курсов по экономике и социологии. Проект Всемирного банка для распространения результатов этой работы предусматривает проведение серии семинаров, конференций. Фонд намерен проводить их в регионах. И приглашать не только университеты и академии, участвующие в проекте МБРР, но и другие вузы, заинтересованные в распространении положительных результатов. Планируется издание лучших курсов и материалов, чтобы преподаватели имели возможность ими пользоваться. Что до возврата средств, которые, по мнению Счетной палаты, были использованы нецелевым образом, то правление НФПК решило взять под контроль аудит проектной деятельности.

Реорганизация НФПК, наверное, принесет какие-то плоды. Только вот оставшиеся 59 миллионов долларов (даже при продлении срока использования займа на год) фонду никак не освоить. Если не сократить его миллионов на двадцать, то Минфину придется снова раскошелиться на выплату процентов и комиссионных. А на шею российского налогоплательщика ляжет «образовательное» ярмо в 68 миллионов долларов. Это прекрасно сознают и министр образования Филиппов, и министр финансов Кудрин. Только вот просить Всемирный банк о сокращении займа не торопятся.


Авторы:  Владимир АБАРИНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку