Если вы столкнулись с несправедливостью или хотите сообщить важную информацию или сняли видео, которое требует общего внимания :

ДЕВУШКА НА КАЧЕЛЯХ

ДЕВУШКА НА КАЧЕЛЯХ 14.08.2015

ДЕВУШКА НА КАЧЕЛЯХ

 
Как известный американский миллионер застрелил известного американского архитектора из-за любви к юной хористке.
 
21 июля на 85-м году жизни скончался лауреат многих литературных премий американский писатель Эдгар Лоренс Доктороу. Одной из главных сюжетных линий самого известного романа Доктороу – «Рэгтайм» – является убийство 25 июня 1906 года Стэнфорда Уайта, которое считалось до покушения на Джона Кеннеди главным убийством ХХ века. Архитектор Cтэнфорд Уайт слыл большим любителем юных красоток. Друзья и знакомые нередко говорили, что это увлечение не доведет его до добра. Как в воду глядели – Уайт пал от руки супруга соблазненной им хористки…
 
Имя Гарри Кендала Тоу чуть ли не каждый день мелькало на страницах светской хроники нью-йоркских газет. Богатый плейбой не давал скучать репортерам экстравагантными выходками. Однажды он, к примеру, собрал сто самых красивых артисток и устроил для них роскошный ужин, который обошелся ему в 60 тыс. долларов, целое состояние по тем временам!
 
Гарри был одним из самых богатых в Америке молодых холостяков. Он унаследовал от отца 40 млн долларов, но деньгами должна была распоряжаться мать. У миссис Тоу было еще двое сыновей и дочь, но Гарри был ее любимцем.
 
У Тоу-старшего имелись причины для того, чтобы сделать распорядительницей наследства жену. У Гарри с юных лет были все задатки прожигателя жизни. Его с позором изгнали из Гарварда за пьянки и страсть к покеру. После очередного скандала ему дали на сборы три часа. Гарри пришлось поторопиться, потому что в противном случае декан угрожал обратиться в полицию.
 
Трудно сказать, много ли потеряла от исключения Гарри Тоу наука, но, несомненно, Бродвей остался в выигрыше. Владельцы казино и ресторанов радостно потирали руки, когда по Нью-Йорку распространились слухи о возвращении Гарри. Вскоре его имя вновь мелькало на первых страницах газет. Без Тоу не обходился ни один сколько-нибудь громкий скандал.
 
В одном из бродвейских спектаклей Гарри увидел на сцене молоденькую хористку необыкновенной красоты. Ее звали Эвелин Несбит.
 
Эвелин тоже осталась без отца, адвоката по профессии, оставившего вдове и детям: дочери Эвелин и сыну Говарду только долги. Эвелин была на 13 лет моложе Гарри. Когда ей исполнилось 15 лет, миссис Несбит повезла дочь в Нью-Йорк завоевывать Бродвей.
 
Красота и грация молоденькой провинциалки проложили ей дорогу к главным ролям самых громких мюзиклов. Устоять перед чарами юной красавицы не мог ни один мужчина. Гарри Тоу увидел ее во «Флорадоре» и до беспамятства влюбился с первого взгляда. Однако он немного опоздал. Несмотря на то, что Эвелин приехала в Нью-Йорк совсем недавно, Тоу оказался у нее уже третьим по счету воздыхателем.
 
СОПЕРНИКИ
 
Сразу после приезда из Пенсильвании Эвелин познакомилась с молодым актером Джоном Барримором. Затем у нее появился второй поклонник, завсегдатай модных салонов и светский лев Стэнфорд Уайт, самый известный архитектор Америки в конце XIX века. К числу наиболее известных его творений относятся Мэдисон-cквер-гарден и Арка Вашингтона.
 
У Уайта было много влиятельных знакомых не только в Америке, но и по другую сторону Атлантики. К моменту встречи с хористкой он был давно женат и имел взрослого сына. По иронии судьбы, Уайт младший был старше девушки, завоевавшей сердце его отца.
 
Гарри Тоу завоевал сердце Эвелин, прислав ей огромный букет роз, который принесли двое посыльных. В букете было приглашение вместе поужинать и 50-долларовая банкнота для покрытия расходов. Такая щедрость не могла не произвести впечатления на тогда еще неопытную провинциалку. На следующий вечер Тоу повез ее ужинать в самый роскошный ресторан Нью-Йорка.
 
Пока Гарри Тоу осыпал Эвелин Несбит дорогими подарками, Барримор устраивал ей бурные сцены. Третий кандидат, Стэнфорд Уайт, вел осаду более тонко. Он уговорил знакомую хористку привести Эвелин к нему на ужин. Обходительный и умный светский лев произвел на 16-летнюю девочку огромное впечатление. С первой же встречи он относился к ней, как заботливый «дядюшка». Совсем скоро Уайт уже оплачивал походы Эвелин по дорогим магазинам и модным парикмахерским.
 
Стэнфорд Уайт знал о соперниках. О Гарри Тоу в то время говорил весь Нью-Йорк, но он не верил, что этот прожигатель жизни, несмотря на свои молодость и богатство, сумеет завоевать сердце прекрасной Эвелин. Главным противником на этом этапе архитектор считал Барримора. Он привлек на свою сторону миссис Несбит и решил с ее помощью избавиться от соперника.
 
Однако девушка, несмотря на все уговоры матери, отказывалась порвать с талантливым актером. Самолюбию Эвелин льстило то, что у ее ног находились трое таких видных мужчин. Причем, она понимала, что Барримор, самый бедный из претендентов, любил ее сильнее остальных.
 
Назло матери Эвелин согласилась выйти замуж за Барримора, который несколько раз делал ей предложение. Миссис Несбит в панике бросилась к Стэнфорду Уайту, который пообещал все уладить. Он решил сделать ставку на непостоянный характер девушки и вновь сыграть роль доброго дядюшки.
 
Уайт не стал уговаривать Эвелин порвать с Барримором, а предложил, прежде чем выходить замуж, закончить образование в одном из женских колледжей в Нью-Джерси. В колледже Эвелин Несбит задержалась недолго. Через несколько месяцев она вернулась в Нью-Йорк и с новой энергией окунулась в ночную жизнь Бродвея.
 
Барримор, как и рассчитывал Уайт, попал в немилость. Когда архитектору пришлось уехать по делам в другой город, Гарри решил воспользоваться удобным случаем и уговорил Эвелин отправиться в Европу. Они отправились за океан на разных кораблях. Тоу встретил Эвелин с матерью в Париже. Гарри и Эвелин оставили миссис Несбит во французской столице, а сами отправились путешествовать по континенту.
 
Мать Эвелин отправила архитектору срочную телеграмму. Опьяненный любовью Гарри сделал предложение, но получил отказ. Уайт уже собирался выезжать в Европу, когда Эвелин неожиданно вернулась в Америку.
 
Девушка поведала убеленному сединами другу, что Тоу ей надоел. Уайт посоветовал написать заявление с жалобой на Гарри и заверить его в присутствии Эйба Хаммеля, знаменитого американского адвоката по уголовным делам.
 
Узнав, что Уайт вооружился против него официальным документом, Гарри после возвращения домой немедленно бросился в контратаку и начал собирать компромат на соперника. В помощники он выбрал Энтони Комстока, возглавлявшего Общество борьбы с пороком.
 
Тоу передал информацию окружному прокурору, но не встретил с его стороны никакого интереса. В полиции его тоже попросили предоставить более веские доказательства. Детективы не отреагировали даже на то, что Уайт, желая расчистить себе дорогу, заказал соперника известному гангстеру.
 
В самый разгар «войны компроматов» Гарри Тоу нанес своему сопернику нокаутирующий удар. 5 апреля 1905 года он тайно увез Эвелин Несбит в Питтсбург, где они стали мужем и женой. По возвращении в Нью-Йорк молодожены сняли роскошные апартаменты в отеле «Лотарингия».
 
ТРАГЕДИЯ
 
Гарри Тоу продолжал обвинять Стэнфорда Уайта в том, что тот пытается отбить у него жену. Не забыл он и об угрозе своей жизни и на всякий случай даже купил револьвер. Кроме этого, он продолжал собирать компромат на Уайта.
 
Вечером 25 июня 1906 года супруги отправились на открытие ресторана на крыше Мэдисон-сквер-гарден. Стэнфорд Уайт вошел в ресторан через несколько минут после их прибытия. Он приехал с сыном и его приятелем из Гарварда.
 
Эвелин Несбит в длинном вечернем платье из белого атласа в тот душный летний вечер была неотразима. Если Уайт и заметил свою бывшую возлюбленную, то не подал виду. Тоу тоже не знал о появлении Стэнфорда Уайта до тех пор, пока Эвелин не передала ему записку, в которой написала: «Только что пришел Н.» Спустя несколько месяцев защитник Гарри объяснил на суде, что буква «Н» значила «негодяй». Так они называли после женитьбы Уайта.
 
Гарри неторопливо повернулся и, увидев архитектора, с вызовом посмотрел ему прямо в глаза. Уайт отвернулся. Он в это время пытался уговорить сына остаться на шоу, но юноши, у которых были билеты в другой театр, через полчаса покинули ресторан. Стэнфорд Уайт остался один за столиком, стоявшим у самой сцены.
 
Тоу с друзьями и женой тоже решили уйти. Они направились к лифту, но задержались полюбоваться творением архитектора, которое в ту лунную ночь было особенно красивым. Лифт спустился без них, и им пришлось несколько минут ждать его возвращения.
 
Гарри занервничал с той самой минуты, когда увидел Стэнфорда Уайта. Он извинился и отошел. Эвелин с друзьями продолжали любоваться небоскребом. О Гарри они вспомнили, когда в зале прозвучали выстрелы.
 
Гарри Тоу остановился метрах в пяти столика Уайта и достал револьвер. Архитектор, конечно, знал своего удачливого соперника в лицо. Он начал приподниматься и одновременно вытянул вперед правую руку, будто хотел остановить молодого человека. Тоу сделал еще два шага и выстрелил. Стэнфорд Уайт упал. Гарри подошел ближе, сделал еще два выстрела и, как ни в чем не бывало, вернулся к лифту.
 
Первая пуля вошла в левый глаз Уайта и застряла в мозгу, вторая прошла навылет через рот, а третья попала в плечо.
 
– О Господи, Гарри, что ты наделал? – воскликнула Эвелин, которая сразу обо всем догадалась.
 
– Не беспокойся, дорогая, – улыбнулся миллионер. – Я только отомстил за тебя.
С этими словами он обнял и поцеловал жену.
 
После выстрелов в огромном зале ресторана воцарилась гробовая тишина. На смену растерянности пришла паника. Женщины закричали от страха и одна за другой стали падать в обморок. Кто-то бросился к столику, за которым только что сидел Уайт. Кто-то решил, что это актеры решили встряхнуть заскучавших зрителей, и даже начал хлопать. Актеры, напуганные не меньше зрителей, замерли на сцене, позабыв о спектакле. Наконец кто-то крикнул: «Это Тоу! Стрелял Тоу! Держите его!»
 
Тоу с друзьями тем временем вошел в поднявшийся лифт. Эвелин, крепко обнимала мужа и обещала оставаться верной и ждать его освобождения.
 
Внизу Гарри уже ждали полицейские. На него надели наручники и повезли в тюрьму «Тоумс». Верный себе Тоу потребовал шампанского, но получил, естественно, отказ. Однако на следующий день доктор прописал ему в качестве успокоительного… шампанское. С тех пор самый известный нью-йоркский заключенный каждый день выпивал перед сном бутылку вина.
 
ПРОЦЕСС
 
Летом 1906 года миссис Тоу отправилась в Англию навестить дочь. На корабле не было радио, поэтому новости из Нью-Йорка она узнала только в Ливерпуле. Мать Гарри вернулась ближайшим рейсом обратно в Америку.
 
В Нью-Йорке она связалась с лучшими адвокатами. На первом же совещании штаба собравшиеся единодушно согласились, что их клиент попал в незавидное положение. Сам он, кстати, был уверен в благоприятном исходе дела. Они же сильно сомневались в том, что ему удастся выкрутиться. Все говорило против него. Недостатка в свидетелях, видевших, как он хладнокровно застрелил архитектора, не было. Единственный шанс, по мнению адвокатов, заключался в попытке представить Гарри невменяемым.
 
Миссис Тоу не хотела, чтобы ее любимого сына считали сумасшедшим, и потребовала взять на вооружение временную невменяемость. План был следующий: Эвелин рассказала мужу о том, как Стэнфорд Уайт соблазнил ее. Ее рассказ произвел на него такое сильное впечатление, что он в состоянии временного помешательства убил насильника.
 
Для того чтобы версия звучала правдоподобно, из Стэнфорда Уайта необходимо было сделать растлителя девушек. Команда Гарри взялась за дело, засучив рукава. Для дискредитации мертвого архитектора в ход пошли все средства.
 
Опытные адвокаты заранее подготовили и путь к отступлению. На тот случай, если присяжные не поверят в версию «временного помешательства», они заготовили «неписаный закон», согласно которому муж обладает моральным правом убить человека, надругавшегося над его женой. За большие деньги хорошо известный в Америке писатель даже написал пьесу с похожим сюжетом.
 
Гарри защищали семь юристов во главе с Делфином М. Дельмасом, блестящим адвокатом по уголовным делам из Сан-Франциско. Ему противостоял окружной прокурор Уильям Джером, у которого был только один помощник.
 
Судебный процесс по обвинению Гарри Тоу в убийстве Стэнфорда Уайта начался 23 января 1907 года. Ни у кого не было сомнений в том, что подсудимый застрелил архитектора, но необходимо было понять, что заставило его сделать это.
 
День за днем психиатры, представлявшие защиту, объясняли присяжным, как у нормального человека может произойти временное умопомешательство. Затем Дельмас вызвал главную свидетельницу – Эвелин Несбит. Допрос самой красивой женщины Нью-Йорка растянулся на три дня. Эвелин коротко остановилась на своей прежней жизни, после чего перешла к поездке в Европу.
 
– Что побудило вас отказать мистеру Тоу? – спросил Дельмас, когда она рассказала о предложении Гарри.
 
– Я считала себя недостойной замужества! – заламывая руки, патетически воскликнула свидетельница. – Мистер Стэнфорд обесчестил меня!
 
С Уайтом Эвелин свела знакомая хористка еще в 1901 году. Девушки приняли приглашение отужинать с Уайтом и еще одним джентльменом в апартаментах архитектора в Мэдисон-сквер-гарден. Роскошная обстановка не могла оставить неопытную провинциалку равнодушной. Стены столовой были обтянуты черным бархатом, стол ломился от хрусталя, серебра и дорогих яств. Через час знакомый Уайта ушел, сославшись на дела. Хозяин проводил девушек в гостиную, расположенную этажом выше. Там находились красные бархатные качели, на которых он по очереди покачал хористок.
 
Знакомство со Стэнфордом Уайтом произвело на Эвелин сильное впечатление. За столом было очень весело, он был интересным собеседником.
 
Скоро архитектор уже числился среди самых близких друзей красивой артистки. Добился этого он с помощью подарков. Эвелин относилась к нему, как к отцу.
 
Платонические отношения продолжались до нового ужина в апартаментах Уайта. Эвелин думала, что на ужине будут присутствовать и другие гости, однако выяснилось, что они будут вдвоем. Архитектор предложил выпить шампанского, чтобы расслабиться после спектакля и снять усталость.
 
Через несколько минут после бокала шампанского у Эвелин все поплыло перед глазами, и она потеряла сознание. Очнулась девушка в спальне на огромной кровати. В зеркалах, которые висели не только на всех стенах, но и на потолке, она видела свое отражение. В кресле рядом с кроватью сидел Стэнфорд Уайт и потягивал шампанское. Он воспользовался ее беспомощным состоянием и овладел ей.
 
Эта история, рассказанная Эвелин накануне свадьбы, по мнению защиты, вызвала у Гарри сильнейшее потрясение. Он убил Уайта, чтобы отомстить за честь жены. Уильям Джером потребовал создать комиссию из независимых психиатров. Ее выводы оказались для Тоу неутешительными. Доктора признали его полностью вменяемым. Видя, что обвинение берет верх, Дельмас вытащил из кармана другую карту – «неписаный закон».
 
Подсудимый наслаждался ролью мужа, вступившегося за честь обесчещенной супруги. Каждый день к нему в тюрьму приходили десятки писем с поддержкой. Со временем он даже начал гордиться содеянным.
 
В своем заключительном слове прокурор обратил внимание присяжных на довольно большой промежуток времени, прошедший между признанием Эвелин и убийством, и потребовал признать Тоу виновным.
 
В этот момент в дело вмешались… потусторонние силы. Известный психолог Уиклэнд, непременный участник спиритических сеансов своей супруги, заявил на всю страну, что его жена вызвала дух Стэнфорда Уайта и что он лично беседовал с ним.
 
– Почему Тоу убил вас? – поинтересовался психолог.
 
– Тоу меня не убивал. Многие хотели моей смерти, но Тоу не относился к их числу. Он только оказался их орудием. Это они заставили его застрелить меня. Они ненавидели меня за то, что я украл у них дочерей.
 
– Процесс в самом разгаре, скоро вынесут приговор, – сообщил Уиклэнд. – Вы хотите, чтобы его казнили?
 
Голос ответил, что не хочет. Перед тем как проститься, он попросил Уиклэнда рассказать всем, что Гарри Тоу не виновен в его смерти и что те, кто велели ему сделать это, имели все основания желать его смерти.
 
Спустя несколько дней к миссис Уиклэнд явился дух человека, чью дочь совратил Уайт. Отец не перенес такого удара, заболел и умер. Поняв, что она стала причиной смерти отца, девушка впала в глубокую депрессию и покончила с собой.
 
Дух отца девушки также сообщил, что духи отцов девушек, соблазненных Стэнфордом Уайтом, объединились, чтобы убить старого развратника. Орудием своей мести они выбрали Гарри Тоу.
 
Затем на спиритическом сеансе у миссис Уиклэнд появился дух отца Гарри. Он подтвердил, что духи организовали заговор против Стэнфорда Уайта, и умолял пощадить жизнь сыну.
 
Тем временем Делфин Дельмас, неожиданно получивший столь мощную поддержку, патетически взывал к человеческим чувствам присяжных и утверждал, что хрупкая психика его подзащитного не выдержала шока, вызванного рассказом обожаемой жены.
 
Присяжные удалились для вынесения решения. Они отсутствовали почти двое суток, но так и не сумели прийти к единому мнению. Семеро считали, что Гарри Тоу должен понести суровое наказание, а пятеро настаивали на его невиновности.
 
ВТОРОЙ ПРОЦЕСС
 
Второй процесс по делу Гарри Тоу, обвиняемого в убийстве Уайта, открылся 6 января 1908 года. Мартин Литтлтон, сменивший Дельмаса, решил изменить стратегию защиты. Он доказывал, что Гарри был невменяем не только в момент самого убийства, но и раньше. Гарри, утверждал он, страдал от наследственного безумия.
 
Новый процесс продлился всего месяц. Присяжные признали обвиняемого невиновным по причине невменяемости в момент совершения преступления.
 
Ликующая Эвелин Несбит расцеловала по очереди всех присяжных и подошла к скамье, на которой ждал освобождения Гарри. Вместе с ней освобождения Тоу ждала толпа родственников и друзей. Однако их радость оказалась преждевременной.
 
Судья Доулинг постановил поместить Гарри в клинику для умалишенных преступников Маттеван. Услышав приговор, Гарри едва не упал в обморок. Решение суда не подлежало обжалованию, и через несколько часов его отправили в клинику.
 
ЗНАМЕНИТЫЙ «ПСИХ»
 
Страхи Гарри Тоу не подтвердились. Жизнь в психиатрической клинике оказалась далеко не такой страшной, как он боялся. Он находился в Маттеване на привилегированном положении и имел возможность свободно передвигаться не только по территории клиники, но и покидать ее пределы. Его неоднократно видели вместе с Эвелин в близлежащих ресторанчиках.
 
Адвокаты Тоу ежегодно подавали апелляции, но их раз за разом отклоняли. Эвелин приходилось рассказывать каждый год на слушаниях о том, как Уайт соблазнил ее. Все эти годы миссис Тоу практически ничем ей не помогала. В конце концов Эвелин все это надоело, и она подала на развод. Став свободной женщиной, она вернулась на сцену.
 
Тем временем Гарри Тоу еще раз показал, какой у него неуравновешенный характер. Ему надоело сидеть в клинике, и он с помощью друзей бежал в Канаду. Канадские власти тут же упрятали его за решетку, однако жители Шербрука, ставшего временным местом пребывания знаменитого «сумасшедшего», потребовали его освобождения и пригрозили в противном случае взять тюрьму приступом.
 
Канадские психиатры признали Гарри Тоу здоровым, но его ждал новый удар. Власти объявили его персоной нон грата и выслали в Америку. В ожидании очередного разбирательства своего дела он поселился в городке Коулбруке.
 
Гарри упивался славой. Он ежедневно делал заявления для прессы. В скитаниях его сопровождала многочисленная свита из адвокатов, телохранителей, секретарей и просто подхалимов, которых всегда можно найти около богатого человека. Информационную поддержку обеспечивали два десятка репортеров из самых больших американских газет.
 
Суд штата Нью-Гэмпшир признал Тоу здоровым, но решил наказать его за побег из Маттевана. И только после очередной апелляции, в июне 1915 года, Гарри наконец стал свободным человеком.
 
ФИНАЛ
 
В следующем году неугомонная знаменитость избила посыльного в одной из нью-йоркских гостиниц. Узнав, что пострадавший обратился в полицию, Гарри испугался и бежал в Филадельфию, где даже пытался покончить жизнь самоубийством.
 
Тоу вновь признали больным и поместили в клинику для умалишенных, но деньги в очередной раз сделали свое дело. На повторном процессе через несколько месяцев его признали здоровым. Обвинения в избиении к тому времени с Гарри сняли, потому что пострадавший исчез, и его освободили.
 
Годы не меняли Гарри Тоу. Он был непременным участником всех громких скандалов и драк в ресторанах и ночных клубах. Его имя не покидало страницы светской хроники.
 
Дальнейшая судьба Эвелин Несбит оказалась более тяжелой. После развода она вышла замуж за Джека Клиффорда, который был ее партнером по танцевальному дуэту, но их совместная жизнь продлилась недолго. Карьеры на сцене ей сделать так и не удалось. Какое-то время она компенсировала отсутствие таланта славой и красотой, но постепенно о ней стали забывать.
 
Оставшись без друзей и источников к существованию, бывшая «королева Бродвея» несколько раз пыталась совершить самоубийство, но ее каждый раз спасали.
 
Через двадцать лет после смерти Стэнфорда Уайта Гарри Тоу навестил свою бывшую жену. После долгого разговора они решили начать все сначала. Однако Гарри неожиданно передумал и срочно уехал, решив, наверное, что для него, 55-летнего мужчины, 42-летняя Эвелин, сохранившая, кстати, красоту, уже слишком стара.
 
Перед самой смертью Эвелин призналась, что миссис Тоу заплатила ей большие деньги, чтобы она облила грязью Стэнфорда Уайта. На самом же деле знаменитый архитектор всегда был к ней очень добр, и она до самой смерти сохранила о нем только теп-
лые воспоминания.
 
История убийства Уайта не один десяток лет привлекала к себе внимание американцев. О ней в свое время много писали и сняли не один фильм. Наибольшей популярностью пользовалась голливудская картина «Девушка на красных бархатных качелях», снятая в середине 1950-х. Джоан Коллинз, сыгравшую Эвелин Несбит, консультировала главная героиня, которая сохранила, несмотря на семидесятилетний возраст, прекрасную память. Умерла Эвелин в доме для престарелых в Калифорнии в 1967 году, на 83-м году жизни.
 
Она на 20 лет пережила Гарри. Он скончался от сердечного приступа в 1947 году в возрасте 76 лет. После себя Тоу оставил миллион долларов. Бывшей жене он завещал 1 %, 10 тыс. долларов.
 


Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку