НОВОСТИ
Московского арбитражного судью могут посадить на 12 лет за посредничество во взяточничестве
sovsekretnoru

Черная метка «ЛУКОЙЛу»

Автор: Иосиф ГАЛЬПЕРИН
01.03.2003

 
Иосиф ГАЛЬПЕРИН
Обозреватель «Совершенно секретно»

Иракский вице-премьер Тарик Азиз

Во времена расцвета советско-иракской дружбы наши нефтяники активно помогали иракским товарищам осваивать как новые, так и старые национализированные англо-американские месторождения. О закреплении права собственности на добываемое речи не было. Иракские студенты в это время получали дипломы в советских вузах. Поэтому после того как наши специалисты во время ирано-иракского конфликта покинули страну, Ирак стал легко обходиться без них.

Тут как раз и наши руководители обнаружили, что связи с Саддамом Хусейном портят отношения новой России с Западом. Прозрению поспособствовала атака Хусейна на Кувейт и последовавшая за ней «Буря в пустыне». В России «вдруг» вспомнили, что Ирак остался нам должен за оружие более 9 миллиардов долларов. Пользуясь этим, Ирак стал склонять Россию к дальнейшей небескорыстной любви и дружбе. Дескать, хочешь, чтобы я тебе вернул долги, – вкладывай деньги в разработку новых месторождений, качай нефть и продавай на мировом рынке. Вот таким путем к России возвратились нефтяные интересы на Ближнем Востоке. В том числе и права на продажу нефти с месторождения Западная Курна-2.

Привычное дело

 

На пороге новой войны Ирак, поднаторевший в нефтяном шантаже, в очередной раз стал угрожать России разрывом договора. Он требовал его немедленного выполнения, невзирая на санкции. 11 декабря прошлого года иракский министр нефти Амер Рашид объявил о расторжении контракта из-за «отсутствия реальных работ по освоению месторождения». Впрочем, через неделю появилась более правдоподобная версия: иракский вице-премьер Тарик Азиз обвинил главу «ЛУКОЙЛа» Вагита Алекперова, что тот договаривался в Вашингтоне о незыблемости соглашения в случае свержения американцами Саддама.

Если на то пошло, нет ничего сверхъестественного в подобной предусмотрительности компании, вкладывающейся в столь рисковый бизнес. Алекперов ведь не шантажировал иракское правительство своими переговорами с его врагами. По некоторым сообщениям, и другая участница договора по разработке месторождения Западная Курна-2, компания «Зарубежнефть», вела аналогичные переговоры, но ей это в вину не ставили. Более того, «Зарубежнефть» только что подписала соглашение о добыче сырья в Сирии, где правят «заклятые друзья» Саддама по партии БААС. Но и за это иракцы не ухватились: совместно с «Роснефтью» компания готовит документы на разработку южно-иракского месторождения Нахр-Умр с запасами 3 миллиарда тонн.

Получается, иракское правительство обрушилось именно на «ЛУКОЙЛ» не из-за обиды на сепаратные переговоры. Что же послужило истинной причиной? В этом попыталась разобраться российская правительственная делегация во главе с первым заместителем министра энергетики Иваном Матлашовым. Была достигнута договоренность о продолжении переговоров и созыве в конце февраля специального комитета по разработке Западной Курны-2. Однако уже в начале февраля новый и.о. министра нефти Ирака Самир Абдулазиз Аль-Наджим заявил: его страна считает договор расторгнутым. В любом случае Ирак полагает, что «ЛУКОЙЛ» Курну-2 потерял и получить это месторождение имеет шансы другая российская компания.

глава «ЛУКОЙЛа» Вагит Алекперов хочет сохранить свой бизнес в Ираке независимо от будущего политического режима

Какая? Тумана добавил иракский посол в Москве Аббас Халаф, заявивший, что его правительство готово приветствовать российскую компанию, которая работала бы на Россию и управлялась бы из России. В связи с этим возникают два вопроса. Первый – на кого, по мнению иракского правительства, работает «ЛУКОЙЛ»? Второй – кого ему предпочитают в Багдаде

Наша справка: Предполагаемые запасы нефти на месторождении Западная Курна-2, одном из крупнейших в Ираке, составляют 20 миллиардов баррелей. За время действия контракта на месторождении должно быть добыто 667,3 миллиона тонн нефти. Стоимость причитающейся российской стороне нефти может составить 70 миллиардов. Затраты российской стороны не превысили 36 миллионов, работы приостановлены до отмены санкций ООН. Соглашение действительно до 2020 года (!) с правом пролонгации на пять лет.

Разделяй и властвуй

 

Для уточнений мы попытались представить себе, какие компании мог иметь в виду господин Халаф. «Сибнефть» и ЮКОС, имеющие в своем руководстве американцев, отпадают. ТНК объявила о слиянии с «Бритиш петролеум». Остаются «Роснефть» и «Славнефть».

Начальник юридического департамента «Славнефти» Олег Саенко был обескуражен вопросами об иракских планах его компании: «Что вы, какой Ирак? Не можем расхлебаться с проектами, затеянными прежним руководством, оно пооткрывало представительства в Иране, Сирии, Иордании, Судане, Азербайджане, а мы считаем, что перспективнее свое – идем в Красноярский край». Тут надо напомнить, что «Славнефть» была недавно приобретена двумя честолюбивыми рыночными бойцами – «Сибнефтью» и ТНК, а у их иностранных акционеров и так есть ключи от Ближнего Востока.

Представитель «Роснефти» Владимир Воевода не просто недоумевал, но и выражал явное неудовольствие. «Высказывания господина Халафа заставили нас уже несколько раз объясняться. Мы считаем, что на самом деле атака на «ЛУКОЙЛ» – это попытка давления на российское правительство. Ирак апеллирует к госкомпаниям потому, что видит в них, в свою очередь, просто экономические рычаги государства. А мы – субъект рынка, государство же, как любой акционер, только имеет право два раза в год получать от нас дивиденды. Если нас позовут в Ирак – с удовольствием пойдем, это дает и прибыль, и политико-экономическое влияние, но действовать будем в соответствии с режимом санкций, любая экономическая деятельность – по решению Совета Безопасности ООН. У нас и сейчас идут контакты с иракцами по той же Западной Курне-2, по участку, который называется КСП-6, но за несколько лет мы не пошли дальше работы над проектной документацией. В 1997 году «ЛУКОЙЛ» поторопился стать первым, видимо, рассчитывал на скорое снятие санкций. Пошли на риск – попали под гнев».

К этому стоит добавить, что попытки разделить российские компании на государственные и прочие и тем самым вызвать напряжение их отношений друг с другом и государством видны в том, что и.о. министра нефти Ирака Самир Абдулазиз Аль-Наджим заявил о завершении переговоров с «Роснефтью» и «Зарубежнефтью» по разработке крупного месторождения Бен-Омар, на которое претендовали французы. Заявил одновременно с отповедью «ЛУКОЙЛу». Может быть, все-таки дело не только в давлении на наше правительство, и есть у иракцев и менее видимые причины ссориться с Алекперовым?

Иранский след

 

Что станет с российскими нефтяными доходами в случае замедления темпов развития мировой экономики

Ответом на этот вопрос может послужить одна весьма оригинальная версия. Ее высказал пожелавший остаться неизвестным аналитик, доктор философских и кандидат экономических наук, на протяжении тридцати лет занимавшийся геологоразведкой «специального назначения». Он утверждает, что в основу «ЛУКОЙЛа» легли не только госпакеты акций и связи бывшего союзного замминистра Алекперова со всеми нефтяниками страны, обеспеченные его былым ключевым положением на раздаче труб и «качалок», но и капиталы азербайджанцев. И не столько бывших наших, советских, сколько бывших иранских.

Дело в том, что в шахском Иране населенные азербайджанцами провинции были наиболее индустриально развиты. Там нефть не только добывалась, но и перерабатывалась и перекачивалась на Запад. Поэтому иранские азербайджанцы-бизнесмены были верной опорой Реза-шаху Пехлеви. И вместе с шахской семьей были изгнаны из страны победившими в 1979 году исламистами. Но успели вывезти капиталы в Лондон. Там они быстро стали финансовой силой, влияющей и на британскую политику, и на события на Ближнем Востоке. В частности, именно иранское лобби помогает созданию палестинской автономии.

Деньги иранских азербайджанцев якобы и поддержали «ЛУКОЙЛ» в период его выхода на мировую арену. Именно по предложению иранцев компания пошла в Ирак, куда ни британские, ни американские фирмы не могли проникнуть. Ирак же, знавший о связях российской компании со своим соседом-соперником, выждал момент и разорвал сделку, одновременно надавив на наше правительство.

Эта версия объясняет ожесточенность реплики иракского посла, объясняет и продолжающиеся контакты с другими российскими компаниями. Может быть, Аббас Халаф имел в виду не только американских и английских акционеров «ЛУКОЙЛа», когда говорил о компании, действующей в нероссийских интересах? В любом случае показательно, что сразу после первых заявлений иракской стороны «Бритиш петролеум», владевшая четырьмя процентами акций «ЛУКОЙЛа», продала их на фондовом рынке, вызвав резкое падение курса бумаг российской компании. И тут же форсировала переговоры о фактическом слиянии с «Тюменской нефтяной компанией». Может быть, дело не только в падении прибылей «ЛУКОЙЛа» (по итогам девяти месяцев прошлого года – на 29,3 процента), но и в неспособности послужить «троянским конем» для вхождения западных капиталов на рынок иракской нефти?

 


Авторы:  Иосиф ГАЛЬПЕРИН

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку