НОВОСТИ
Покупать авиабилеты можно будет без QR-кода, но с сертификатом на Госуслугах
sovsekretnoru

Буря в «бутылке»

Автор: Леонид ВЕЛЕХОВ
01.09.2006

 
Иосиф ГАЛЬПЕРИН
Обозреватель «Совершенно секретно»

Сухум хранит следы войны 14-летней давности
ФОТО АВТОРА

Сразу за Сухумом начинается село Мачара, за его границей надо свернуть налево – и вы попадаете в Кодорское ущелье. Его край, выходящий здесь к морю, широкими зелеными волнами поднимается к Главному Кавказскому хребту. На карте ущелье занимает почти треть Абхазии и напоминает бутылку с широким плоским дном и длинным горлышком. Грузия контролирует «горлышко», Абхазия – основание. Между ними российские миротворцы.

В верхней части идет «контртеррористическая операция» по Саакашвили, армия и полиция зачищают мятежных сванов.

На берегу Псоу у пограничного перехода сначала образовались пробки из желающих срочно прервать отдых и вернуться в Россию. Но большинство курортников по-прежнему шумят в приморских Гагре и Пицунде, в этом году абхазские курорты может посетить до миллиона человек. Здесь же в ущелье, в часе езды от моря по разбитому серпантину, тихо.

Рассказывают, что когда-то, до октября 2001 года, когда в верховьях Кодора шли бои с группировкой Гелаева, в Цебельдинской школе было 400 учеников. Теперь – 4. Мирное население перестало верить, что все утрясется, хотя в этих райских краях и скот можно пасти, и кукуруза для мамалыги – в самый раз, и виноград хороший, да и автобус до рынка добросит. В селе живут не больше полусотни семей: абхазы, греки, армяне. Те, кто не может уехать к родственникам в более спокойные края. Чуть ниже по ущелью – матушка Натэлла, мингрелка. То есть – грузинка. «А куда я поеду, здесь у меня на кладбище, – показывает рукой напротив своего полуразрушенного войной дома, – сын лежит. Вот рядом и лягу».

Тариэл Лепсая, начальник штаба передового батальона абхазской армии, ничего удивительного в том, что так близко к зоне возможных столкновений с грузинской армией живет грузинка, не видит. У него в казарме тоже трое грузин из Гальского района, служат, как все. Стоят на блок-постах, ходят в патрули. В батальоне кодорских мало, только проводники помогают освоить тропы. А на днях стрельбы были. Так это у вас грохотало? Да, типа учения, пушки и минометы пристреливали. А в Сухуме в пресс-службе Минобороны все телефоны оборвали – что случилось? Отвечали, что миротворцы в сорока километрах от города занимаются боевой подготовкой.

Батальон готовится к возможной атаке. Тариэл служит на этой передовой уже полтора года и считает, что грузинская армия создала себе плацдарм для нападения на Абхазию. Да, говорит, напротив, через линию разделения, не полиция встала – армия. Правда, без тяжелого вооружения, его через перевал не перетащишь, разве что десант бросать. Но на этот случай у абхазов есть ПВО. Еще начштаба рассказал, что беженцев с той, сванской стороны не встречали ни патрули, ни посты. Ни мирных, ни мятежников.

Сваны и раньше никого не признавали: «Мы тут живем!» Правда, после войны просили пропускать их на приморские рынки, но абхазы не разрешили: считают их «разбойниками». Если бы в 94-м абхазская армия дошла в ущелье до административной границы с Грузией советских времен, сваны бы оказались внутри непризнанной республики. А так с ними теперь грузины разбираются…

Охота на охотника

 

Что же происходит сейчас в верхней части Кодорского ущелья?

Полковник Гарри Купалба, заместитель министра обороны Абхазии, считает, что Грузия нарушила Московские соглашения 1994 года, по которым в Верхнем Кодоре не должно быть регулярных войск. Кроме того, абхазскую сторону встревожило заявление Михаила Саакашвили, что теперь в ущелье будет базироваться так называемое правительство автономной республики Абхазия, после войны 1993 года обосновавшееся, вместе с грузинскими беженцами, в Тбилиси. Саакашвили недавно уточнил: «автономисты» уже обустраиваются на новом месте, чуть ли не новый город намерены построить.

Поводом для ввода «ограниченного контингента» грузинских войск стал бунт так называемого батальона «Охотник», сформированного из местных жителей. «Охотники» отказались подчиняться центральному правительству, в частности, министрам внутренних дел и обороны

Вообще, июль был богат на события в регионе. Возникло напряжение в Южной Осетии. Потом там вроде бы затихло, но Саакашвили уволил министра Георгия Хаиндраву, отвечавшего в грузинском правительстве за процесс переговоров. Примерно в это же время прошли «антитеррористические» маневры российских войск на Северном Кавказе. Появилась информация, что грузинский президент приедет в Россию на саммит СНГ, дабы обсудить с коллегой Путиным перспективы отношений с Россией и ситуацию в Южной Осетии и Абхазии. Поездку внезапно отменили, а 28 июля большая колонна внутренних войск и полиции проследовала к Хидскому перевалу, где в течение нескольких часов (до прибытия не любимых сванами министров) простояла перед постами российских миротворцев. Последним, прежде чем «отодвинуть от дверей», объяснили, что едут восстанавливать порядок, поскольку некто Эмзар Квициани, лидер кодорских сванов, объявил о неподчинении тбилисским властям. Его обвинили не только в мятеже, но и в том, что он предательски связан с … Гарри Купалбой. Я встретился с замминистра, чтобы напрямую спросить его о «порочащей связи».

– Конечно, я с ним за эти десять лет общался неоднократно, но он никогда не был нашим сторонником, защищал собственные, сванские интересы, – улыбается Гарри Сергеевич. – Если бы хотел изменить своим – дал бы нам сигнал, мы бы заняли территорию – проблема Кодорского ущелья была бы решена. Но мы не нарушали соглашений.

Вообще, насколько мне известно, на Квициани заводили уголовное дело за убийство еще при советской власти. Еще знаю, что он окончил в Киеве украинскую академию Генштаба, получил звание полковника, стажировался в США.

При Шеварднадзе был назначен спецпредставителем президента Грузии в сванской части Кодорского ущелья, под его началом был и один из двух сванских батальонов – «Охотник». Офис же спецпредставителя помещался в Тбилиси. Там Квициани оставался и после того, как года два назад ему намекнули, что пора уходить с должности.

А в этом году в январе кто-то расстрелял изоляторы на опорах ЛЭП «Кавкасиони», на снегу рядом нашли записку с объяснением: мол, если власти Грузии и дальше не будут платить зарплату батальону «Охотник», то с прохождением электричества через Кодорское ущелье начнутся трудности. Власти шантажу не поддались, зарплату не выдали и в феврале расформировали батальон. А он кормил человек 350, собственно, в горах кроме госслужбы другого официального источника денег и нет. Возникло недовольство, из Тбилиси прислали спецназ, сваны его разоружили. В итоге переговоров решили, что сваны по-прежнему будут охранять ЛЭП. А им по-прежнему не платили. Батальон решили переформировать, вывести-то его не могут, просто распустить – тоже опасно, вдруг абхазы придут. Платить обещали, если никого в ущелье не станут пускать.

В это время Квициани в ущелье не было, он там появился только летом, когда решил справить на родине поминки по умершей в Тбилиси матери. Тут его и упросили бывшие подчиненные опять стать их командиром. Грузинские власти, зная его характер, подбросили ему информацию, что готовится операция по разоружению его и его батальона. Квициани проглотил наживку – выступил с заявлением, что властям не подчиняется. Подготовленный заранее к действию механизм заработал, хотя мятежный полковник и понял, что перегнул палку. У него были возможности и перекрыть Хидский перевал – высота 2600 метров, и вскрыть склады с оружием. Он мог организовать сопротивление, но его батальон сдался практически без боя...

У грузинских властей своя версия событий: в Тбилиси говорят о нескольких десятках обнаруженных в Кодоре уголовников, ранее объявленных в розыск. Телевидение демонстрирует захваченные склады с оружием, как свидетельство мятежных намерений и оправдание наведения порядка с помощью «полицейской операции».

Квициани, считают в грузинской столице, скрывается в Абхазии или в России. В Сухуме абхазский след отрицают. А мятежный полковник дает интервью – как Басаев когда-то, тоже раненый и в подполье. Говорит, что будет вести борьбу и никуда не собирается уходить, а он, по мнению Купалбы, – человек слова. Его соратников, пока суд да дело, отлавливают поодиночке. Купалба говорит о 10 убитых сванах, глава администрации Гульрипшского района Логуа, куда по административному делению еще довоенной Абхазии входит все ущелье, – о 55 погибших.

Кусок мяса перед крокодилом

 

А в это время начали стрелять и в Абхазии. И не только в традиционно беспокойном Гальском районе, где в начале августа, по заявлению абхазских властей, ликвидировали грузинскую диверсионную группу. Но и в спокойной прежде Гудауте, рядом с российской военной базой. Там убили российских миротворцев. Убили абхазы.

2 августа около 6 вечера на подъезде к Гудауте у села Бармыш автобус «ПАЗ» и «Жигули» российских миротворцев обогнал «опель-вектра» без номеров, из которого был открыт огонь по автоколонне. «Жигуль» опрокинулся в кювет, из автобуса открыли ответный огонь, «опель» скрылся. В перевернувшейся машине были майор Владимир Васильчук и капитан Максим Басенко, которых доставили на вертолете в сочинский госпиталь, где они позже скончались от полученных ранений

Розыск нападавших привел к тому, что в лесу обнаружили сгоревшую машину, а в селе Бомбора в одном из домов задержали Геннадия Блаба и Рафика Цушбу, Блаб был ранен в грудь (из автобуса стреляли метко), при них найдены маска и окровавленная рубашка. Ночью Блаба прооперировали в Гудауте, он дал признательные показания.

Колонна везла зарплату из Сочи в сухумский штаб, по некоторым данным – 17 миллионов рублей. Деньги и для Москвы не маленькие, а для Абхазии – огромные. По словам министра внутренних дел Абхазии Отара Хеции, «одной из причин преступления могла стать утечка информации из штаба миротворческих сил… Это, к сожалению, не первый случай нападения на транспорт, перевозящий крупные суммы денег». МВД предлагало свою охрану, но миротворцы решили обойтись собственной и, видимо, убаюканные субтропиками, не снабдили деньги броней.

По словам одного из моих сухумских собеседников, два года назад уже имело место подобное нападение, но тогда дело замяли, поскольку убитых не было. Другой собеседник сказал, что у них даже 200 тысяч рублей зарплаты для кабинета министров везут несколько сот метров от банка в бронеавтомобиле с пятью вооруженными охранниками, а возить так, как это сделали миротворцы, – все равно, что «махать куском свежего мяса перед голодным крокодилом». В Абхазии в каждом доме автомат припрятан, работы мало, так что на роль «крокодила» могут претендовать многие.

Однако есть вопрос и к абхазским силовикам. Того же Блаба они с 1998 года объявили в розыск по обвинению в убийстве, а когда приперло – возникла угроза испортить отношения с российскими военными, – нашли за пару часов. В Гудауте тут же прошел стихийный митинг с гневным осуждением преступников, в их родном селе состоялся сход, на котором судили, как быть… с семьями задержанных. Подвергать их остракизму или нет. В Гудаутской райадминистрации мне объяснили, что общественность решила подождать до суда. А уж потом, в случае вынесения строгого приговора, родственников преступников «исключат» из рода – не станут, например, приглашать на свадьбы и поминки…

Чье вино?

 

Отношения с миротворцами, которые вольготно живут на фоне абхазской нищеты и послевоенной разрухи, – не самая сложная проблема в регионе.

Много говорят о том, что операция в ущелье помогла Саакашвили поднять упавший рейтинг, но ведь и в Абхазии руководство по главным вопросам теперь почти не имеет оппозиции. События в Кодоре сплотили Абхазию. Резервисты готовы встать в строй, молодежь ломится в курсанты военного училища (правда, как объяснил мне Валерий, счастливый отец первокурсника, после университета его сын просто не смог бы прокормить себя), многочисленные общественно-политические движения соревнуются, кто откровеннее призовет напасть на Верхний Кодор первыми.

Впрочем, Купалба на мой вопрос заметил, что никто из представителей армии или правительства к атаке не призывал. Сам замминистра лишь дал справку, что в 1994 году такая вероятность просчитывалась и тогда пришли к выводу, что присоединение Верхнего Кодора к Нижнему может обойтись Абхазии людскими потерями в 400 человек. Что для республики с населением меньше трехсот тысяч неприемлемо…

Спешит предотвратить возможные бои и дипломатия. Я был свидетелем приезда в Сухум первого замминистра иностранных дел России Григория Карасина. После разговора с президентом Абхазии Сергеем Багапшем он вышел к журналистам и сообщил нам, что обсуждается возможность возобновления четырехстороннего переговорного процесса: Грузия, Абхазия, Россия и ООН. Ооновцы обещают, что такие переговоры скоро начнутся, планируют возобновить мониторинг в ущелье, укрепить силы международных наблюдателей.

Общественность Абхазиивзывает к Москве. В Сухуме теперь говорят, что в России-де две партии. Одна хочет получить Абхазию, а вторая, давя на Тбилиси с помощью очагов нестабильности в Южной Осетии и Абхазии, не желает отпускать от себя Грузию.

В результате в Кодорском ущелье сталкиваются великодержавность и игра в державу, разбуженные древние, еще родовые демоны – и складывающиеся реалии ХХI века. Передо мной стоит вино, привезенное из Кодорского ущелья, с виноградника Сергея Минасяна. Чье оно – грузинское, абхазское, армянское?

Москва–Сухум–Цебельда

 


Авторы:  Леонид ВЕЛЕХОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку