НОВОСТИ
Раковой и Зуеву продлены сроки ареста на полгода
sovsekretnoru

Большой лохотрон

Автор: Леонид ВЕЛЕХОВ
01.09.2001

 
Евгений ТОЛСТЫХ

...Они пришли к нам вместе с гласностью, формулой «разрешено все, что не запрещено» и тотальными выборами. Незатейливые уличные тесты на удачу, «казино» у двери гастронома, «монте-карло» в Урюпинске: сначала нужно было просто угадать, под каким из трех стаканов спрятан шарик, скакавший только что по воле рук «не первой свежести» на засаленной картонке. Потом картонку заменил дисплей компьютера, хотя «свежесть рук» осталась прежней. Молва окрестила азартную затею «лохотроном». Тогда мало кто предполагал, что пик «иронии судьбы» будет состоять в том, что всего через пять-шесть лет в роли неудачливого клиента (по терминологии игры – лоха) все чаще будет выступать государство, именем и волею которого якобы и было «разрешено все...».

Еще весной Генеральная прокуратура привела впечатляющую статистику: порядка 60 процентов промышленных предприятий и до 40 процентов коммерческих структур и банков находятся под «крышей» криминальных структур. А исследования, проведенные недавно Социологическим центром Российской академии госслужбы, принесли еще более сенсационный результат: теневая экономика в нашей стране значительно превосходит официальную, контролируемую правительством. Этот результат не имеет мировых аналогов! Обычно теневая экономика не превышает 10-процентной отметки и лишь в таких одиозных странах, как Колумбия, доходит до 30 процентов. А тут больше ста!..

Вот некоторые фрагменты апокалиптической – без иронии – картины. Теневой – то есть проходящий мимо налоговых органов, а значит, и мимо бюджета – оборот рынка, который можно условно назвать «Ремонт квартир», составляет 14,5 миллиарда долларов в год! Для сравнения: годовой оборот компании «Лукойл» равен примерно 12–14 миллиардам долларов.

Идем дальше. Оборот рынка, именуемого «Покупка стройматериалов и строительные работы», равен 7,7 миллиарда долларов. Это больше, чем производят в год такие индустриальные гиганты, как «Норильский никель» или Тюменская нефтяная компания.

И уж совсем поражают расходы родителей на оплату услуг репетиторов для своих детей-абитуриентов. По самым минимальным оценкам, это более двух миллиардов долларов в год. Кстати, годовой оборот «Аэрофлота» равен примерно одному миллиарду долларов.

Перечень сегментов теневого рынка можно продолжать. Деньги, которые там крутятся, не менее внушительны. Если суммировать обороты всего лишь тех «отраслей», которые попали в поле зрения социологов, то итог будет равен полутора-двум годовым федеральным бюджетам!

Но все равно невольно возникает ощущение, что у авторов исследования просто не хватило сил для полноценного анализа всей теневой сферы экономики.

Современные «бендеры и корейко», хорошо знакомые с деталями, а вернее, с пробелами законодательства, реализуют схемы, которые выходят за рамки легальной социологии, однако учитывают определенные политические тенденции. Например, стремление к экономическому укреплению связей между бывшими республиками СССР.

И вот уже некое ООО заключает контракт с Украиной на поставку в соседнюю республику... ну неважно чего, потому что контракт заведомо «липовый», никаких поставок и не последует. Контракт связывает между собой две родственные «фирмы»: одну в России и ее же «дочку», открытую специально под эту «сделку» где-нибудь в Днепропетровске, куда якобы что-то поставляется. Но главное в том, что это экспортируемое «что-то» освобождается от уплаты НДС. И с политической точки зрения «это правильно», как говорил последний генсек: мы не хотим омрачать реставрацию контактов с нашими соседями каким-то унизительным налогом на добавленную стоимость. А потому после исполнения контракта экспортер имеет право обратиться в налоговый орган за возвратом суммы этого «унизительного» налога. Что он и делает. Обозначив на умело состряпанных бумагах затраченные суммы, он получает вполне реальные деньги. Только выявленные МВД России за последнее время преступления по подобной схеме оцениваются в 10 миллиардов долларов. Выявленные! А сколько осталось за строкой отчетности? Это только в наших желаниях и чаяниях – я говорю о законопослушной части населения – ни один экономический супостат не уйдет от наказания. Может, оно так и на самом деле, только сначала «супостата» этого надо отыскать. А вот здесь далеко не все так просто

По данным Министерства по налогам и сборам, из трех миллионов юридических лиц-налогоплательщиков в России реально отчитываются лишь две трети. Миллион «субъектов экономической деятельности» предоставляет так называемые «нулевые» балансы. По мнению экспертов, большая часть из этого миллиона – фирмы-однодневки, сколоченные как раз для операций, подобных «украинской». Не считая некоторых законодательных препон, открыть «дело» сегодня проще простого: пятнадцать минут, две анкеты, сто долларов – и ты «бизнесмен», извините за выражение! Регистрирующие органы не утруждают себя проверкой подлинности юридического адреса, дееспособности «коммерсанта», а поэтому по одному паспорту какого-нибудь алкаша можно зарегистрировать десяток акционерных обществ. Степень их «ответственности» определяется в случае чего стоимостью имущества вот такого «учредителя».

Чем могут заниматься «липовые» фирмы? «Липовой» деятельностью. Что могут поставлять на российский рынок? Правильно, «липовый» товар!

На Западе широко известен термин «фэй» – фальшивка. Под марками известных и авторитетных мировых производителей в подпольных цехах Юго-Восточной Азии, Восточной Европы штампуют подделки, внешне зачастую неотличимые от оригинала. Они значительно дешевле своих именитых двойников, а потому доступнее для сравнительно небогатой покупательской массы, которая, тем не менее, хочет, чтоб не «Красная швея» из крепдешина с люрексом, а «Кристиан Диор» с пуговицами на декольте; не «Горизонт» 61 см по диагонали с выпуклым экраном, а «Сони» или «Филипс» с абсолютно плоским, потому что выпуклый уменьшает полезную жилплощадь. Спрос рождает предложение: хотите? – получите!

Европа уже сорок лет воюет с фальшивым товаром, и то, по данным Международной торговой палаты, объем выручки от продаж поддельной продукции составляет 5–7 процентов всей мировой торговли. По оценкам Комиссии Евросоюза, в результате торговли контрафактными изделиями в европейских государствах ежегодно теряется до ста тысяч рабочих мест. Международное сообщество на протяжении последнего десятилетия всячески пыталось сузить рынок сбыта подделок, ужесточить санкции к фальсификаторам, использующим чужие торговые марки. В 1998 году Комиссия ЕС подготовила «Зеленую книгу», содержащую анализ предложений по мерам противодействия торговле фальсифицированными товарами. В том же году в США вступил в силу закон по защите потребителя от фальсифицированной продукции, согласно которому усиливается уголовная ответственность за незаконное использование товарных знаков.

Армия фальсификаторов, несколько потесненная с западных торговых просторов, в начале 90-х годов нашла новые необозримые поля существования – российские. Население 140-миллионного евразийского гиганта, на протяжении многих лет связанное с мировой товаропроизводящей цивилизацией лишь через китайские зонтики и польские сапоги «по блату», готово было расхватать все, маркированное яркими лейблами. Да и политическое руководство того времени «мудро» решило: лучше завалить граждан дешевыми побрякушками, нежели оставить их наедине с извечными вопросами – «Кто виноват?» и «Что делать?». И – «открыли границу, как ворота в Кремле» (Высоцкий, если помните). Мало того, все было обставлено льготами, стимулирующими ввоз в Россию второсортного товара. Так, на продукцию из слаборазвитых стран взимается 50 процентов от базовой таможенной пошлины при наличии сертификата; товары из стран, которым РФ предоставила режим наибольшего благоприятствования, облагаются базовыми ставками таможенных платежей; товары, которые ввозятся из государств, не подпадающих под эти категории, оплачиваются на таможне вдвойне! При торговле со странами СНГ таможенный сбор вообще не берется.

Нетрудно догадаться, кто, что и откуда повез. Впрочем, зачем догадываться, все на виду. Только не каждый знает сколько. Скажем! По информации президента Торгово-промышленной палаты РФ Станислава Смирнова, на сегодня доля интернациональной фальшивой продукции в товарообороте России достигла, по официальным данным, 30 процентов. Объем поддельной одежды и обуви на нашем рынке составляет 40 процентов; парфюмерии, косметики и синтетических моющих средств – свыше 50; алкогольной продукции – до 60; рыбных и мясных консервов более 35; масла и маргарина – 40–45 процентов.

Турецкие «армани», китайские «панасоники» – вот витрина сегодняшнего российского рынка. Впрочем, не совсем корректно называть продукцию, привезенную из Китая, «китайской», ассоциируя название с великим государством, субъектом международного права, подтверждающим свое участие в противодействии распространению товарных фальшивок. По данным Китайской коалиции по борьбе с фальсифицированной продукцией, в конце 90-х годов в некоторых городах Китая на местных рынках более 90 процентов реализуемых товаров были поддельными. И для китайской официальной экономики ущерб, наносимый «теневиками», исчисляется миллиардами

Прямые убытки только ведущих российских и зарубежных производителей, чьи товарные знаки подделываются, превышают 15 миллиардов долларов в год. За счет нарушения прав владельцев товарных знаков и уклонения от уплаты налогов теневой сектор экономики получает прибыль, сопоставимую с доходами бюджета крупного субъекта федерации.

Попытка фирм-производителей защитить свою продукцию, меняя упаковку с новыми штрих-кодами, дает весьма иллюзорный эффект. За две-три недели фальсификаторы успевают наладить производство визуально не отличимой «новинки» со всеми защитными аксессуарами. Чтобы бороться с подделкой, налоговые и контролирующие органы должны иметь тесную деловую связь с легальной фирмой. Она должна быть открытой для проверяющих структур. Но не все, даже респектабельные, фирмы идут на это, потому что и они не брезгуют так называемой «оптимизацией» налогов, стараясь обмануть государство, на рынках которого получают прибыль. Так считает генеральный директор Российского агентства экономической безопасности Александр Майоров.

Правда, и контролирующим органам операции по обнаружению и ликвидации товарной «липы» не приносят ни славы, ни денег. Утилизация конфискованного продукта требует значительных затрат, не предусмотренных скудными ведомственными бюджетами. А где хранить «национализированные» изделия? На чем перевозить? Как охранять? И неудивительно, если какой-нибудь контролер махнет на все рукой: «Да гори оно! Торгуйте, ребята, только не в моем районе...»

И бегут по российским дорогам от южных и западных границ многотонные «фуры» с привлекательным хламом на тысячи рынков, в миллионы магазинов и даже престижных бутиков... Кстати, пару слов о дорогах. По наблюдениям пограничников и таможенников, до российской границы товар везут на малотоннажных автомобилях, так как законодательство большинства «цивилизованных» государств строго ограничивает нагрузку на полотно дороги и следит за тем, чтобы «тяжеловесы» не портили трассы, качеством которых мы так восхищаемся. Но перед границей три-четыре «малыша» опрокидывают добро в кузов 30-тонного «монстра», и тот утюжит хлипкую российскую шоссейку, не платя ни цента, ни злотого за наносимый вред. Ну, это к слову. Главное – что везут.

Сегодня все чаще к нам тащат не только фальшивый, но и просто бракованный товар, который следовало бы просто сжечь, утопить, скормить коровам или переработать на месте производства.

О том, как страдает покупатель, говорят реже всего, хотя именно он первым сталкивается с «большим лохотроном», мимо которого ему просто не пройти: ведь надо и продуктами запастись, и одеться, и обуться. И его «обувают»...

Недавно в Россию из Италии поступила партия обуви почти на 16 миллионов долларов. Немного арифметики: 16 миллионов «зеленых» – это около 450 миллионов рублей; средняя цена итальянских ботинок – 3,5 тысячи, следовательно, привезли порядка 130 тысяч пар. Выдаваемая за кожаную обувь была сделана из прессованного кожзаменителя. Но ладно бы только это. Через два-три дня носки «обновка» начинала «цвести», меняя цвет на грязно-непонятный. Коммерсанты знали о такой особенности товара и были готовы к тому, что «обутый» покупатель придет требовать деньги назад. «Пожалуйста! Только надо провести товарную экспертизу, чтобы мы, обманутые итальянским поставщиком, могли предъявить ему обоснованные претензии». «Давай экспертизу!» – горячился гражданин. И эксперты той же самой «лохотронной» компании, проведя «анализ и оценку», возвращали деньги уже «разутому» гражданину. «Разутому» и в буквальном, и в переносном смысле, так как за возвращенные ботинки гражданин получал на 350 рублей меньше – «экспертиза» оплачивалась из его же кармана. Еще немного арифметики. Приобретя за бесценок партию бракованного товара, а скорее, получив от производителя кругленькую сумму за избавление от проблем утилизации (недешево стоит, заметьте), ловкачи «наварили» 45 миллионов рублей!

В России начинают понимать, что «большой лохотрон» таит угрозу не просто благополучию отдельных граждан, а экономической безопасности страны. По опросу, проведенному недавно ВЦИОМ, 67 процентов россиян согласны с тем, что им все чаще приходится сталкиваться с некачественными товарами; 85 процентов свои надежды на улучшение положения в этой сфере связывают с усилением роли государства, свыше 60 процентов опрошенных считают возможным понести дополнительные материальные затраты, только бы в корне изменить ситуацию на товарном рынке. То есть народ готов поделиться трудовой копейкой (почти буквально) с контролирующими, карающими, следящими за порядком структурами, лишь бы те строже «контролировали», внимательнее «следили» и уж, конечно, беспощадно «карали» кого следует

Скажем честно, от лишней «копейки» там бы не отказались. Да и не только там. Кому-нибудь приходилось (вне стен специальных лечебных учреждений) встретить человека, который на предложение поднять ему зарплату говорил бы: «Ах, оставьте, это лишнее»? Но пока от социологических опросов дойдет до принятия правительственных решений, «младшие опера», «старшие налоговые инспекторы», «санитарные врачи первой категории», еще пытающиеся ставить заслон на пути фальшивых товаров и изобретательных аферистов за 1500 рублей в месяц, состарятся. А кто-то из них (не хочу сказать, что все или большинство) окажется по другую сторону «большого лохотрона».

Выступая весной этого года на одном из крупных совещаний, заместитель начальника Главного управления по борьбе с преступлениями в сфере экономики (ГУБЭП) МВД РФ Владимир Макаров заметил, что контрольная деятельность многочисленных органов не прекращается ни на миг. Потому что каждый миг, хочу добавить, не только потенциально богат «находками и обретениями», но и может оказаться последним. За должностные преступления, как сообщил Макаров, привлечены к уголовной ответственности вице-губернаторы Московской и Курской областей, Эвенкийского автономного округа, заместитель министра сельского хозяйства РФ, предъявлено обвинение заместителю губернатора Калининградской области. Все они должны были прилагать усилия к обустройству нормального, цивилизованного рынка, однако теневой сегмент оказался сильнее. Не этим ли объясняется живучесть фальшивых товаров, лукавых схем грабежа бюджета?

Попробуйте выяснить лояльность той или иной коммерческой фирмы, к примеру, в Сочи. Городское начальство запретило давать какую-либо информацию о составе учредителей, балансовых показателях ООО, ОАО и прочих. К базе данных не допускают даже сотрудников созданного при Торгово-промышленной палате Российского агентства экономической безопасности. Вероятно, опасаются, что среди отцов-основателей того или иного предприятия обнаружатся лица, обремененные властью, которым законом запрещена коммерческая деятельность.

«На старших глядя», не робеет и рядовой состав. В том же Сочи многие работники налоговых инспекций в свободное от работы время ведут бухгалтерские дела акционерных и частных компаний. Кто же из предпринимателей откажется принять на работу таких «спецов»? И те собственноручно составляют финансовые документы, не опасаясь, что кому-то однажды придет мысль проучить «совместителей», предоставив в соответствующие органы образцы их почерка... Нет, опасаются не они, опасаются их! «Спецы» эти умышленно закладывают в бухгалтерские документы коммерческих предприятий ошибки – «мины замедленного действия», чтобы потом постучать в дверь кабинета своего коммерческого работодателя: «Понимаешь, я допустил несколько ошибок при оформлении твоей документации... могу подсказать проверяющему, где эти ошибки надо искать». Попытки найти управу на зарвавшегося чиновника, как правило, на местном уровне ни к чему не приводят. Служба собственной безопасности налоговой инспекции или полиции подчиняется тому же руководителю, что и «вымогатели инспекторы», а, по мнению специалистов, подобные аферы делаются или с санкции начальства, или при его долевом участии в прибылях.

И еще вчера законопослушный коммерсант уходит в тень, где степень риска не намного больше, зато «навар» несравнимо богаче.

Так те, кому доверено представлять интересы государства, выдавливают из легального, прозрачного сектора экономики не только отдельные посреднические сообщества, но и целые отрасли, заставляя «большой лохоторон» накручивать счетчик убытков.

Вы никогда не задавались вопросом, почему еще недавно буквально переполнявшая прилавки океаническая рыба – треска, камбала, морской окунь – сегодня все чаще продается в импортной упаковке? Ведь это наша рыба, выловленная в наших территориальных водах нашими судами, у штурвалов которых стоят наши капитаны.

Однажды кто-то узаконил норму, якобы направленную на пополнение доходной части бюджета. Согласно ей, рыба, пойманная за пределами 12-мильной зоны, облагается НДС и таможенными сборами! Абсурд, который вот уже на протяжении нескольких лет «экономических реформ» пытаются оспорить рыбаки. Ведь большинство «рыбных» мест находятся именно за пределами, обозначенными 12-мильным прибрежным сектором океана. И сейнеры, траулеры, плавбазы, пришедшие в тот же Мурманск с хорошим уловом ценной рыбы, остаются на рейде, пока рыболовецкое предприятие не РАСТАМОЖИТ выловленный продукт! Под разгрузку ставят незамедлительно только посудины с третьесортным товаром, который годен разве что на корм скоту. Таким «морским хламом» завалены хранилища Мурманского рыбного порта, вмещающие десятки тысяч тонн груза. А где же треска? Ее сдали в одном из скандинавских портов, перегрузили в море на иностранные суда, которые и повезли рыбку к своим терминалам, где ни один пограничник или таможенник не додумается предъявить счет на оплату ввезенного в его страну почти дармового добра

В норвежском Киркинесе, что неподалеку от Мурманска, для российских моряков построили нечто наподобие дома отдыха, где экипажи набираются сил, пока судно стоит под разгрузкой, вываливая соседям из трюмов деликатесную рыбу, или ждут смену, которую возят через границу автобусом, чтобы корабль не заходил в родной порт.

В итоге огромный вал продукции выводится из-под налогообложения вообще, а выловленная нашими судами в наших морях рыба поступает в Россию как импортная по «накрученной» цене, пройдя цепь перекупщиков.

Но и это еще не все! До сих пор облагается налогом стоимость ремонта флота, произведенного вне РФ. При том, что у нас на вооружении 100 процентов крупнотоннажных рыболовных судов именно зарубежной постройки, порядка 60 процентов среднетоннажных строились за границей в советский период. Они вынуждены ремонтироваться за пределами страны. Но «закон» ставит их в условия, когда ремонт становится настолько дорогим, что лучше вообще отправить пароход в утиль.

Знающие люди говорят, что придумавший эту схему человек, скорее всего, обеспечил не только себя, но и внуков своих внуков, так как позволил зарубежным компаниям получать огромные прибыли за счет российских моряков и богатых рыбой российских территориальных вод. «По глупости», на которую мы привыкли списывать всю нашу неустроенность, или из альтруизма подобные «нормы» не вводятся. Тем более не живут так долго.

Обратите ваше внимание всего на два факта. Согласно декларациям о доходах, поданным многими политиками и чиновниками, их заработки в 2000 году возросли в два-три раза, в то время как рост реальных доходов населения России составил всего 9 процентов. Далее. Экономика России вырастает максимум на 5–6 процентов, а, к примеру, продажа иномарок – в два раза! Такая парадоксальная «вилка» между официальными цифрами и реальным положением дел объясняется исключительно влиянием и весом теневой экономики.

Что может противопоставить государство этому агрессивному экономическому колоссу? Силы МВД? Конечно! По словам В.Макарова из ГУБЭП, к концу 2000 года, по сравнению с 1993-м, результаты борьбы с экономическими преступлениями возросли в два с половиной раза. В прошлом году изъято ценностей на 25,4 миллиарда рублей, что в пять раз превышает результат 1999 года. Но вот что настораживает. За год количество преступлений коррупционной направленности в государственном секторе выросло на 10 процентов и составило более 22 тысяч. В коммерческой сфере коррупция возросла на 63 процента. И на этом фоне личный состав подразделений ГУБЭП сокращен на 1200 человек! Впрочем, может, и наоборот: на фоне сокращения «оперов» расцветает «коррупционер». Что это, недооценка серьезности ситуации? Или как и с рыбой: кто-то «вышел с инициативой»?.. Кто?

Не ручаюсь за абсолютную достоверность, но, по информации авторитетного источника, порядка 40 процентов депутатов Госдумы получают дополнительную подпитку от одной весьма влиятельной и на рынке, и в политике коммерческой структуры... А кто может поручиться, что только в Думе и только депутаты?.. Но как непросто документально подтвердить и предать гласности все это! Ведь до сих пор не принят Закон о борьбе с коррупцией, хотя несколько лет его проект пылится по кабинетам законодательной и исполнительной власти. Да что там, несмотря на статистику роста мздоимства, милиционеры лишены возможности использовать такой действенный оперативный прием, как «провокация взятки». Нельзя! – говорят защитники «прав человека», ссылаясь на мировую практику. Но именно она состоит совершенно в ином!

В 80-е годы ФБР США провело двенадцать операций, целью которых было выявление степени коррупции в институтах государственной власти. Одна из них – знаменитая операция «Шейх», когда около десятка переодетых арабами агентов ФБР обратились к двумстам госслужащим и восьми членам конгресса США с предложениями о заключении в обход закона контрактов на поставку нефти. И все двести чиновников поддались соблазну. Процедура взятки записывалась на магнитофонную ленту, снималась скрытыми камерами, в результате чего все двести «белых воротничков» с позором и оглаской лишились теплых мест.

У нас даже добровольный информатор, иначе говоря, «стукач», доносящий о злостных нарушителях финансовых норм, не может рассчитывать на причитающиеся ему по закону десять процентов от суммы, возвращенной государству. Дело в том, что «информатор» проходит в анналах спецслужб как «агент», а значит, является номенклатурой под грифом «секретно». Как и куда ему перечислить, положим, сто тысяч долларов, если он принес в казну миллион? В Сбербанк? Да о его «секретности» на следующий день бабки у подъезда судачить будут, а через неделю к нему бандиты придут. Куда девать «стукача» с его богатством? Это за рубежом все просто, у них существует программа защиты свидетелей. А у нас... И не платят никому... И не «стучит» никто..

Большие надежды возлагали на налоговые послабления: мол, снизив ставку платежей, государство стимулирует выход из теневого сектора благополучно находящейся там части населения.

Но, по мнению аналитиков, это не имеет никакого отношения к России нелегальной! Массажистка Эллочка, официально числясь домохозяйкой, зарабатывает около трех тысяч долларов в месяц. Ее муж Эдуард руководит несколькими строительными бригадами и приносит в дом около пяти тысяч долларов. И если кто-то из Минфина думает, что с 1 января эта семья бросится платить «революционный» налог, то он далек от реалий. Она не будет платить налог даже в один процент, и не потому, что жадная. Проблема в другом. Если эта семья согласится платить налоги, то есть легализовать собственные доходы, она немедленно потеряет источники своего существования. Ведь следующим шагом должна стать легализация расходов клиентов массажистки Эллочки и строителя Эдика. А клиенты сами находятся в положении «массажистки» или «строителя». Эту теневую цепочку можно раскрывать до самого верха, а на верху возникает та бюрократия, о статусной ренте которой говорил президент.

Таким образом, огромная часть населения страны вовлечена в орбиту «большого лохотрона».

Можно допустить, что Кремль, правительство, парламент и вся региональная бюрократия сидят на корзине с 30 миллиардами долларов, а вокруг обращаются 50–60 миллиардов наличных, к которым они не имеют отношения. В таком случае миллиарды «неучтенных» долларов в корне меняют представление о политической ситуации в России. И здесь возникают интересные вопросы. К примеру, действительно ли вся гигантская государственная машина, включая высших должностных лиц, управляет только легальным оборотом или же прямо или косвенно контролирует и часть теневого?..

Как бы там ни было, похоже, такая ситуация устраивает всех. Во всяком случае, пока не слышно о громких антикоррупционных скандалах, массовых налоговых репрессиях. Но, как полагают эксперты, это «пока» будет длиться до тех пор, когда кому-то не захочется столкнуть народ и власть у обменных пунктов во время очередного естественного или искусственно созданного финансового кризиса. На самом деле столкновение у обменных пунктов будет конфликтом денег легальных и теневых. И победителем станет тот, кто сумеет поставить под контроль теневую наличность, а значит, истинную российскую экономику, а не ту, что фигурирует в официальных отчетах. Тот, кто сумеет взять в свои руки кнопки «большого лохотрона».

Р.S. В публикации использованы материалы конференции «Современные формы обеспечения экономической безопасности субъектов предпринимательства в РФ», проведенной Торгово-промышленной палатой РФ и Российским агентством экономической безопасности.


Авторы:  Леонид ВЕЛЕХОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку