НОВОСТИ
Бывшего схиигумена Сергия посадили в колонию на три с половиной года
sovsekretnoru

Бернар Бертосса: «Бородин признал себя виновным»

Автор: Елена СВЕТЛОВА
01.04.2002

 
Игорь СЕДЫХ
Женева

Российские адвокаты Павла Бородина утверждают, что своим постановлением вы фактически признали его невиновность, а штраф придуман лишь для того, чтобы вам лично, что называется, лицо спасти...

– Подписанный мной документ именуется «постановление об осуждении», и г-н Бородин признан в нем виновным в «отмывании» денег без отягчающих обстоятельств. Г-ну Бородину была предоставлена возможность оспорить это решение и отстаивать свою, как он выражается, невиновность в открытом заседании полицейского суда (этот суд рассматривает административные нарушения и дела, наказуемые штрафом. – И.С.). Он, однако, не подал апелляционную жалобу. Иными словами, признал себя виновным, что бы при этом он ни говорил.

– Но чтобы доказать факт «отмывания» денег, вы, как неоднократно подчеркивала защита, должны были располагать доказательствами совершения самого преступления. Между тем российские органы юстиции не усмотрели в действиях Бородина никаких нарушений.

– Теоретически, с правовой точки зрения, для привлечения к ответственности за «отмывание» денег совсем не обязательно, чтобы человека преследовали за первоначальное преступление. На практике же, очевидно, нужно доказать, что ценности, ставшие объектом манипуляций в Швейцарии, были получены преступным путем. Очень часто такие доказательства находятся за рубежом. Если иностранные власти не хотят сотрудничать, получить их трудно, но, несмотря на это, иногда все же удается собрать достаточно доказательств в Швейцарии и других странах. Именно так обстояло дело в данном случае.

– Но если вы не располагали документами российской стороны, из чего же вы исходили?

– На основе процессуальных норм в Женеве мы открываем следствие каждый раз, когда возникает подозрение. Отказ от расследования подозрений под предлогом отсутствия достаточных улик – страусиная политика. Если я считаю, что у меня есть достаточные доказательства того, что в результате противоправной деятельности господ X, Y и Z за рубежом были нарушены швейцарские законы, тот факт, что иностранные органы прокуратуры не хотят сотрудничать, не может служить для меня препятствием.

– Но на каком основании вы можете игнорировать позицию ваших зарубежных, в данном случае российских коллег?

– Мы сверяемся с законодательством данной страны, то есть в данном случае выясняем: противоречат ли объективно действия г-на Бородина российским законам или нет? И решение должны принять мы, а не российские власти. По российским законам государственные служащие не имеют права получать комиссионные за предоставление контрактов на работы, как было в данном случае.

– Однако вы вынесли постановление об осуждении только в отношении Бородина и трех швейцарских граждан, тогда как остальные лица, проходившие по делу, вышли сухими из воды. В частности, глава фирмы «Мерката» Виктор Столповских, которому как раз инкриминировались выплаты Бородину. В его отношении даже был выписан международный ордер на арест, а теперь он оказался невиновным...

– Нет, отнюдь не невиновным. Постановление об осуждении вынесено против тех лиц, которым перед этим было предъявлено обвинение. По женевским процессуальным нормам, предъявление обвинения – это условие уголовного преследования. Другим лицам, причастным к этому делу, начиная с г-на Столповских, было невозможно предъявить обвинение – они укрылись в России или других местах, где граждане не подлежат экстрадиции. Поэтому там не действовали выписанные ордера на принудительный привод для допроса, и дело стопорилось. Невозможно бесконечно ждать: можно дождаться только того, что истечет срок давности по данному преступлению. Поняв это, мы и отказались продолжать преследование. Да, никто, кроме упомянутых вами четырех лиц, не осужден, но никто и не оправдан.

– Тем не менее в соответствии с принципом презумпции невиновности их нельзя считать виновными?

– Они не осуждены, это так.

– Дело Бородина, как известно, выросло из дела швейцарской компании «Мабетекс», причем ее главе, Беджету Паколли, было предъявлено обвинение. Ныне вы сняли с него обвинение и закрыли дело. Почему?

– Это особый случай. Дело в том, что комиссионные, выплаченные по эпизодам фирмы «Мерката» г-на Столповских, были в десятки раз крупнее, чем те, что фигурировали в деле «Мабетекс», и само дело «Меркаты» гораздо важнее. Мы отыскали следы финансовых операций «Мабетекса» в пользу г-на Бородина, но в отличие от «Меркаты» у нас не было доказательств прямой связи между подписанными контрактами и полученными Бородиным деньгами.

– Говоря о доказательстве прямой связи в случае с «Меркатой», вы имеете в виду документы под названием «соглашения об услугах», изъятые у адвоката Грегори Коннора?

– Никаких конкретных имен я не называю.

Адвокат Павла Бородина Доминик Понсе

– Но именно таких документов вам не удалось обнаружить в случае с «Мабетексом»?

– Да, таких документов там нет. Кроме того, г-н Паколли в отличие от г-на Столповских не присваивал себе часть комиссионных. Наконец, по деяниям «Мабетекса» почти истек срок давности, поскольку они относятся к более отдаленному времени, чем эпизоды «Меркаты».

– Но у вас было достаточно времени: обыск в помещении «Мабетекса» был произведен в январе 1999 года. Тогдашний федеральный прокурор Карла Дель Понте устроила из дела «Мабетекса» скандал, приобретший международный характер. Между тем в федеральной прокуратуре и в прокуратуре кантона Тичино против г-на Паколли так и не было возбуждено никакого дела, а теперь и вы закрыли свое.

– В защиту г-жи Дель Понте могу только сказать, что в то время она думала, что может рассчитывать на помощь россиян. Напомню, что ниточки в этом деле дергали г-н Скуратов и стоявшие за ним русские политики...

– В июле 2000 года в Москву было направлено следственное поручение с просьбой о проверке как раз операций, связанных с выплатами «Меркаты». Получили ли вы ответ из Генеральной прокуратуры России?

– В ведомстве г-на Устинова очень ловко умеют уходить от прямых ответов и отвечать не на поставленный вопрос, а на какой-то другой. Они сообщили нам, что расследование в связи с контрактами «Мабетекса» – заметьте, «Мабетекса», а не «Меркаты» – не выявило никаких нарушений. В России так и не стали вникать в суть дела, связанного с «Меркатой».

– Вы, похоже, не удовлетворены сотрудничеством с российскими коллегами?

– Они не отказывались помогать нам, но, к сожалению, помощи не оказали. В Москве никогда всерьез не велось расследование по этим делам. Когда представляешь свидетельства того, что высокопоставленное должностное лицо незаконно нажилось за счет государства, то ждешь, что те, кто стоит на страже закона, со всей ответственностью займутся главным преступлением – кражей из государственной казны. Но в Москве фактически велось псевдоследствие.

– Что вы имеете в виду? Следователь Руслан Тамаев закрыл дело только после проведения тщательной ревизии...

– Мне совершенно очевидно, что в этом деле российские органы правосудия – точнее, Генеральная прокуратура – не были независимы в своих решениях и руководствовались политическими, а не правовыми соображениями. Заключение г-на Тамаева было единственным документом, с которым меня ознакомили в письменной форме. Но, повторяю, в нем ничего не говорится о деле «Меркаты», которое гораздо масштабнее «мабетексовского». Следователь почему-то верил, что у г-на Бородина нет счетов за границей, тогда как было известно, что они есть. Мы же здесь, перед тем как направлять документы в Москву, провели экспертизу подписи г-на Бородина, чтобы удостовериться, что на формулярах открытия счетов расписывался именно он. А г-н Тамаев в своем заключении написал, что подписи не могут служить доказательством, потому что представлены фотокопии. Но это же юридически несостоятельно: почерковедческая экспертиза проводилась на оригиналах документов. У меня лично создалось впечатление, что прокуратура в Москве получила указание закрыть дело, и все. Мне повезло, что я независим, но я не хочу кидать камни в своих иностранных коллег, которые живут в совершенно иных условиях – в условиях политической юстиции.

– Некоторые высказывают мнение, что следствию так и не удалось собрать достаточных доказательств вины Павла Бородина, и проводят параллель с провалом женевской юстиции в деле Сергея Михайлова. Этот российский гражданин был арестован в 1996 году по обвинению в том, что возглавляет так называемую солнцевскую преступную группировку, провел в заключении под следствием два года, но был оправдан судом.

– Это не был провал. Напомню, что г-н Михайлов был оправдан по праву сомнения. Это не утверждение невиновности, а констатация недостаточности доказательств, представленных обвинением, с точки зрения присяжных, мнения которых разделились. Кстати, недавно я покрыл понесенные моей страной в деле Михайлова расходы – те 810 тысяч франков, которые мы вынуждены выплатить по решению суда об оплате услуг адвокатов г-на Михайлова. Мы обнаружили счета еще одного «коммерсанта», Владимира Мисюрина, вернули 3,5 миллиона франков России, а примерно 800 тысяч отошли кантону Женева.

– Какие последствия вы ожидаете от законченного дела Бородина?

– Я думаю, мы ясно дали понять: не следует больше рассчитывать на то, что швейцарский финансовый мир будет выступать в роли сообщника преступлений, совершаемых в России. Конечно, исключения всегда возможны, но если сравнить ситуацию с той, что была десять лет назад, то разница очевидна. Сегодня члены российских преступных организаций, коррумпированные политики и олигархи знают, что не могут рассчитывать на свободу и безнаказанность своих действий в нашей стране. Отношение швейцарских финансовых посредников всех видов к «грязным» деньгам совсем не то, что было десять лет назад, и они стали гораздо осторожнее подходить к капиталам, скажем так, подозрительного происхождения. Не только русским: это относится ко всему миру.

Но надо отдавать себе отчет в том, что в демократическом обществе правосудие и полиция сами по себе никогда не смогут решить все проблемы. Для этого необходимо, если хотите, сотрудничество всех честных людей. Что же касается борьбы с коррупцией, с обворовыванием государства, то этим должны заниматься прежде всего власти тех стран, в которых эти преступления совершаются.


Авторы:  Елена СВЕТЛОВА

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку