АРМЯНСКИЙ СЛАВЯНСК

АРМЯНСКИЙ СЛАВЯНСК
Автор: Арсения ГОДАЛЬ
22.04.2015
 
КАК УСПЕХИ ПРИЕЗЖИХ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ СТАНОВЯТСЯ КАТАЛИЗАТОРОМ НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКИХ НАСТРОЕНИЙ
 
Краснодарский край в исследовании Центра национальных конфликтов (ЦИНК) «Рейтинг межэтнической напряженности в регионах России» находится в «оранжевой зоне» среди регионов с «высокой степенью межэтнической напряженности». Среди факторов составители рейтинга выделили как традиционные – высокая привлекательность Кубани для внутренней и внешней миграции, «черкесский вопрос» и так далее, так и новые – 150-летие окончания Кавказской войны, муниципальные выборы и другие. В чем причина возникновения межэтнических конфликтов в регионе – в расследовании «Совершенно секретно» на примере городка Славянска-на-Кубани.
 
Славянск-на-Кубани – крошечный город на юго-западе Краснодарского края. Разрезанный на две части федеральной трассой, населенный пункт в 60 тыс. жителей затерялся в рисовых полях и плавнях Азовского моря в 70 км от кубанской столицы. Полторы дюжины промышленных предприятий дали Славянску звание города, но не прибавили урбанистического лоска, оставив классический внешний вид южнороссийской глубинки: утопающие в зелени дома, растущие на тротуарах вишни, крошечная площадь перед администрацией и песчаный пляж у реки.
 
Невысокий уровень преступности, освещенные патрулируемые улицы и непривычная для провинции чистота создают впечатление благопристойного буржуазного городка, привлекая сюда туристов и жителей северных регионов, приобретающих недвижимость среди ив и акаций. Но таким – спокойным и безопасным – город был не всегда.
 
ГОРОД МОЛОДОЙ
 
После распада СССР Славянск переживал стандартный для всей страны период: становление бизнеса, столкновение с ростом наркомании и миграционные настроения. Состав города менялся на глазах – в спешке продавались дома эмигрирующих в Израиль и США, на их место приходили жители близлежащих станиц и сел, уроженцы Сибири и Дальнего Востока и представители кавказских народностей, преимущественно армяне. При этом большую часть составила именно первая категория – сельчане наполняли местные вузы и училища, переезжали семьями в поисках работы. Именно в 90-х годах прошлого века создался тот неоднородный костяк, приведший к последующему расколу среди русского и армянского населения.
 
В это время в Славянске начали появляться так называемые домашние пансионы – квартиры и дома, сдаваемые в аренду предприимчивыми пенсионерами. В таких домах селились не только приехавшие грызть гранит науки вчерашние школьники, но и молодые рабочие, сбежавшие от беспросветности жизни в распавшихся колхозах.
 
Такое изменение социального класса городского населения не могло не сказаться на общественной жизни и настроении Славянска. Почти половину города составляли люди, чей средний возраст едва достигал 22 лет. Но что делать, если тебе 20, ты молод и энергичен, ты полон сил и идей и живешь в населенном пункте, отрезанном от мира.
 
Где-то бурлит жизнь, где-то каждый день что-то происходит, но не здесь. В поисках ощущений молодежь разбилась на две группы – состоятельную и малообеспеченную. Первые вечерами веселились в ночных клубах, облепивших набережную, и носились по пустым улицам на «тюнингованных» «девятках», вторые собирались по квартирам, скверам и детским площадкам и распивали спиртное. Согласно потребностям жителей Славянска, в спальных районах открывались семейные магазинчики с изобилием алкогольных напитков, в центре города стали появляться дешевые забегаловки с нехитрыми закусками и некачественным спиртным «на розлив». Обычной составляющей таких междусобойчиков стали стандартные разговоры: кто виноват и что с этим делать.
 
БОЛЬШОЕ АРМЯНСКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ
 
Основной причиной русско-армянского конфликта в Славянске-на-Кубани стал быстрый и высокий рост армянского населения. Представители этой кавказской национальности появились в городе в начале XX века – геноцид армян в Турции в 1915 году спровоцировал поток переселенцев в ближайшие к Кавказу регионы – Краснодарский край, Ростовскую и Астраханскую области, Ставрополье.
 
В Славянске-на-Кубани армяне поселились в исторической части города, неподалеку от реки Протоки. «Армянский аул», или «армянский район», жил по законам Советского Союза, при этом не теряя этнического своеобразия: его население изучало родной язык и поддерживало традиционные кавказские ценности. Политическая обстановка в стране способствовала развитию культуры национальных меньшинств, с одной стороны, и удерживанию их в необходимых рамках, с другой.
 
Вторая волна армянских переселенцев достигла Славянска в 90-х годах прошлого века. Беженцы из Армении, Азербайджана и Нагорного Карабаха покинули страну из-за ксенофобских гонений и тяжелой ситуации, вызванной торговой, экономической, транспортной и энергетической блокадой. К ним присоединились пострадавшие от Спитакского землетрясения 1988 года, когда подземные толчки привели к разрушениям на половине территории страны.
 
Беженцы, без земли, крова и денег принялись осваивать новые территории. По словам историков Славянска-на-Кубани, переселенцы брались за любую черную работу, не гнушаясь любой возможности закрепиться в новых условиях. Это спровоцировало недовольства со стороны русскоязычного населения. Стандартные возгласы «понаехали» и «из-за них мы сидим без работы» стали слышаться все чаще среди представителей городского среднего класса.
 
Еще один повод для недовольства давала армянская сплоченность. Знаменитая кавказская семейственность и следование традициям вызывали неприятие русскоязычного населения. В конце 1990-х в городе начали зреть националистические настроения. Их подогревало торговое развитие города: к окончанию тысячелетия в Славянске появился ряд предприятий, основанных армянами. Набережная реки Протоки заполнилась ночными клубами и кафе, принадлежащими членам армянской диаспоры. Армянское население города закрепилось на кубанских территориях и почувствовало себя как дома. Нередко в городе можно было услышать армянскую речь, стали появляться армянские общины и организации.
 
АНТИНАЦИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ
 
Конфликты «нулевых», спровоцировавшие расправы над армянами и разбойные нападения, вылились из кулуарных разговоров и массового недовольства. В то время как по всей стране начались антиксенофобские акции, высшее руководство призывало бороться с фашизмом, неонацизмом и этнической дискриминацией, на Кубани пестовали националистические идеи.
 
Несмотря на то что в Краснодарском крае проживает более 140 народностей, южный регион всегда отличался национальной нетерпимостью. Антиеврейские настроения, армянофобия, войны с турками-месхетинцами – единственной нерусской национальностью, полностью прижившейся на Кубани, стали адыги, получившие руководящие посты во многих местных администрациях и муниципалитетах. Такое благодушие со стороны властей может быть связано отчасти с исконным проживанием адыгов на кубанской земле.
 
Что касается расправ над кавказцами и юдофобии, царящей на территории Краснодарского края по сей день, немалую роль здесь сыграла миграционная политика властей. Оба последних губернатора Краснодарского края высказывали недовольство наличием на территории Кубани представителей других национальностей, нежели русские и украинцы. Озадаченность губернатора Николая Кондратенко «сионистским заговором» сменилась антикавказской политикой Александра Ткачева. После радикальных высказываний последнего о засилье армян, курдов, таджиков в крае поднялась волна недовольства ксенофобскому настроению рулевого региона, однако большинство населения отнеслось к лозунгам о незаконности фамилий на -ян, -дзе, -оглы и -швили и их носителей с пониманием. В том числе регионы с высокой долей армянского населения: Новороссийск, Славянск-на-Кубани, Армавир, Туапсе.
 
И пока краевое правительство решало вопрос с незаконными мигрантами, основывало депортационные лагеря и казачьи патрули, регионы начали свою политику. В конце 90-х годов прошлого века в Славянске нередко возникали стычки русскоязычного и армянского населения. Апогеем ненависти к армянам стал погром сентября 2002 года, приведший к массовой бойне.
 
Фото: teoramag.ru
 
СЕНТЯБРЬСКИЙ ПОГРОМ. ВЕРСИЯ ПЕРВАЯ
 
Хотя события 12 сентября 2002 года вошли в список самых масштабных преступлений на почве национальной ненависти, обошлось без фатальных последствий. Расхождения в показаниях очевидцев уже на следующее утро послужило причиной поиска сокрытых заговоров и вычислению манипуляторов, стоящих за действиями фигурантов.
 
Началось все вечером в одном из славянских баров, принадлежащих армянской семье. Отдыхающая там компания выразила недовольство тем, что распивавшие за соседним столиком спиртное армяне разговаривают на родном языке. Безобидная стычка вылилась в драку с поножовщиной и ранением одного из русских. Обиженная сторона отступила, чтобы привести за собой подкрепление.
 
Последующие события напоминали кадры из голливудского фильма: начавшаяся на городской набережной драка волной прокатилась по городу. Десятки молодых людей, вооружившись камнями, палками и битами, били стекла в магазинах, барах и кафе, принадлежащих армянским семьям. Группа парней ворвалась в злополучное кафе «777», пережившее ранее пожар, и устроила там погром, угрожая бармену и официанткам – преимущественно русским. В это время на центральных улицах – Красной и Ковтюха, агрессивно настроенная толпа переворачивала машины, не делая особых различий национальной принадлежности владельцев.
 
Большую часть участников инцидента составляли парни 17–20 лет. Как рассказал один из членов националистической акции, принять участие в погроме его никто не побуждал.
«Услышал крики я c пятого этажа, вышел на улицу. На Троицкой (месторасположение одного из разбитых кафе. – Прим. ред.) собралась группа людей, кричали, что армяне русского убили, я и пошел», – говорит 30-летний Андрей К. На момент погрома ему было 17 лет.
 
Еще один славянонастроенный гражданин, принявший участие в погроме, говорит о «сарафанном радио», благодаря которому передавался призыв о помощи, каждый раз обрастая новыми, все более кровавыми подробностями.
 
ВЕРСИЯ ВТОРАЯ
 
Общий националистический настрой большей части русскоязычного населения края, появление неонацистских и языческих славянских организаций радикального толка, внутренняя политика губернатора сыграли свою роль в славянском инциденте.
 
Согласно второй версии, драка в баре не имела ничего общего со спланированной акцией по подавлению армянского населения. Вечером 12 сентября около 50 человек из Краснодара появились на улицах Славянска-на-Кубани. Молодые люди имели при себе биты и резиновые дубинки. Организованным строем группа прошлась по городу, разбивая окна и двери армянских магазинов, круша витрины и стойки баров. К боевикам присоединилось местное население, внеся весомый численный перевес на случай восстания армянской части города и придав событию долю хаоса.
 
Эту версию поддерживает и факт, что некоторые из участников славянского погрома впоследствии предстали перед судом. Все они получили незначительные или условные сроки, при этом разговор о преступлениях на национальной почве так и не был поднят.
 
ВЕРСИЯ ТРЕТЬЯ
 
Есть и третья, кулуарная версия, связанная с убийством некоего армянского бизнесмена – городского авторитета. Смерть славянского бонзы привела, в первую очередь, к разлаженности и своеволию среди молодого поколения. Последствием стали регулярные стычки между представителями двух народов: сначала на словах, потом на деле.
 
Погром закончился на мосту. Две стороны сошлись над рекой: одна – агрессивная, молодая, вторая – взрослые мужчины и старики. Несмотря на численный перевес русскоязычного населения, оппоненты сумели договориться полюбовно и урегулировать конфликт.
 
По словам жительницы «армянского аула» Славянска-на-Кубани, в ночь 12 сентября большая часть семейного армянского населения города досрочно прощалась с нажитым местом, молясь лишь о том, чтобы дожить до рассвета.
 
«ЗИГУЮЩИЕ» ИСТОРИКИ
 
Появление агрессивной группировки нацистского толка зрело в Славянске давно. Во времена смуты и падения нравов возникновение противопоставляющего течения было стандартным продолжением событий. В конце 90-х годов прошлого века в аудиториях местного педагогического вуза начали зреть ницшеанские настроения. Интеллектуальное превосходство студентов в конечном итоге должно было вылиться в создание «кружка по интересам», а неприятие ими создавшейся ситуации повлекло за собой организацию не книжного клуба или политической партии, но общины, построенной на догматах националистов.
 
Первоначальные националистические идеи Славянска-на-Кубани строились вокруг величия славян, с упором на языческую мифологию древних руссов и скандинавов. Постепенно группировка обрастала новыми участниками и своеобразной идеологией. Не отрицая юдофобии, члены общины находят более близкого врага – армян, численность которых в городе была весьма значительной.
 
В числе славянских скинхедов были студенты-историки, программисты и даже некоторые преподаватели. Члены группировки брили головы, носили высокие ботинки, подтяжки и бейсбольные куртки, посещали собрания и, по иронии судьбы, не имели никакого отношения к сентябрьскому погрому. Впоследствии местные «скины» выражали согласие с действиями агрессоров, однако на месте действий ни один славянский скинхед замечен не был.
 
После погрома город столкнулся с разбитыми торговыми точками, грязными улицами и переполненными отделениями милиции. Почти все участники инцидента были выпущены в этот же день за неимением доказательств и, в ряде случаев, заявлений. По вузам, колледжам и училищам прокатилась волна проверок и отчислений.
 
Ряд армянских заведений не был восстановлен и в скором времени был продан новым владельцам. Армянские матери не пускали детей в школу без сопровождения в течение полугода.
 
СЛАВЯНСКАЯ КОЗА НОСТРА
 
Ситуация постпогромных отношений между русскими и армянами Славянска-на-Кубани изменилась в лучшую сторону, однако многие аспекты жизни остались прежними.
 
Большая часть городского бизнеса по-прежнему принадлежит армянским семьям, что вызывает недовольство русскоязычного населения города, правда, высказываемого либо в узком кругу, либо анонимно в Интернете. Среди предприятий – Славянский консервный завод, парк-отель «Уют», владельцы которых оказывают всяческую поддержку местным властям и охотно беседуют с прессой, правда, на ломаном русском.
 
В 2006 году милиция пресекла попытку организовать в городе националистический марш неонацистской организации «Славянский союз». В 2010 году за распространение нацистских листовок был задержан член местной националистической группировки.
 
В середине «нулевых» представители правоохранительных органов рассмотрели ряд заявлений от славянских армян о нападении. Большую часть заявлений пострадавшие забрали.
 
Последние межэтнические преступления, совершенные в городе, при рассмотрении потеряли националистический оттенок. В ноябре прошлого года преступник с русско-азербайджанскими корнями из-за денег застрелил армянина в поселке «Совхозный» в пригороде Славянска. В декабре армянин сбил девушку в нескольких километрах от города. Националистический аспект преступлений доказан не был.
 
В настоящее время мирная ситуация в городе объясняется разделением сфер влияния между армянскими семьями. Около шести кланов курируют автомобильный, туристический, сельскохозяйственный и иные виды бизнеса, распространяя авторитет и на другие аспекты городской жизни. Однако в городе появился ряд русских бизнесменов, успешно развивающих свои предприятия – например, молочный и кирпичный заводы.
 
Главы армянской «коза ностра» контролируют не только бизнес, но и членов национальной общины – среди армянского населения города царит небывалый порядок. И если на территории города случится конфликт, спровоцированный армянским населением, можно быть уверенными в том, что виновный понесет достойное наказание.
 

Авторы:  Арсения ГОДАЛЬ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку