Амазонки кризиса

Амазонки кризиса
Автор: Татьяна РЫБАКОВА
14.11.2018

 

Весной 2009 года автор этих строк одной из первых предсказала скорое окончание острой фазы кризиса. Пока большинство видело «таксующие» джипы и опустевшие офисы, я отмечала резкое прибавление на улице беременных. Логика у меня была следующая: даже если женщина забеременела ради того, чтобы не попасть под сокращение или использовать время безработицы, и ей, и супругу все равно придется кормить и растить ребенка. А значит, быть экономически активными, искать работу, начинать бизнес – короче, создавать ту самую прибавочную стоимость, которая и нужна для подъема экономики.
 
Впрочем, Нобелевскую премию по экономике мне не дадут. «Давно известно, что экономический кризис вызывает рост рождаемости: женщины часто используют момент трудностей в карьере для исполнения другой своей роли – материнской», – утверждает Анетта Орлова, кандидат социологических наук, экзистенциальный психолог. Причем, как выяснила газета «Совершенно секретно», женщины в периоды экономического кризиса проявляют и другие полезные качества.
 
 УПРАВЛЯЯ ХАОСОМ
 
«Особенности нынешнего времени в том, что мы живем в условиях неопределенности, с валом неструктурированной информации, которую надо непрерывно просеивать, отсекая лишнее, да еще решая одновременно множество задач, – а это уже само по себе стресс», – говорит Орлова. Плюс меняются и прежние способы коммуникации, а в России – и сам способ жизни. «Раньше как было? Долгие периоды стабильности перемежались кратковременным напряжением в моменты турбулентности – а затем вновь стабильность. Жизнь распланирована на многие годы, стоит справиться с трудностями – и ты вновь в привычной колее. А теперь турбулентность постоянна, неопределенность стала неизбежностью, приходится привыкать все время начинать сначала. И делать это в одиночку, а российский человек привык быть частью целого. В этом отношении американцам проще – они привыкли к такой жизни, а мы совсем недавно столкнулись с подобной системой», – рассуждает Орлова.
Можно брать пример с американцев, а можно – с собственной жены.
Женщины лучше адаптируются к нынешней ситуации, признает Орлова. «В том числе потому, что им привычно распределять внимание между несколькими ролями: работница, жена, мать, дочь, подруга». Жизнь в условиях многозадачности, конечно, напряженная, но есть и бонус: проживая несколько ролей сразу, проще добиться успеха хотя бы в одной из них. А это поддерживает самооценку.
 
 ИСКАТЬ И НЕ СДАВАТЬСЯ
 
Мужчинам в этом отношении тяжелее, признает Орлова: для их самооценки работа, бизнес важнее всего, и роль, скажем, хорошего отца, безработицу не компенсирует. Однако можно примерить и другие роли: «мастер золотые руки» (женщины таких любят), «спортсмен» (если возьмете на пробежку детей – жена и эту роль полюбит, а может, и собственную школу бега откроете), «изобретатель» (а тут может и идея бизнеса появится) и т. д. 
Возможно, именно равнозначность разных ролей дает женщине и еще одно преимущество – она проще относится к ситуации, в которой от нее ничего не зависит. «В ситуации активности мужчина жертвует охотнее женщин, а вот в ситуации пассивности ему тяжело. Женщина, понимая, что здесь ничего не сделать, начинает искать другие возможности или хотя бы компенсаторные механизмы: с работой не ладится – займусь семьей, в семье нехорошо – есть любимое хобби. Мужчине же трудно отойти от «стенки», которую он не смог прошибить», – говорит психолог.
Кстати, именно поэтому на различных психологических тренингах женщин больше, чем мужчин. Зато мужчины преобладают на всевозможных семинарах по «прокачке скилла» – от повышения продаж до финансовой грамотности. И здесь обоим полам есть чему поучиться друг у друга: мужчинам есть смысл вспомнить о других сферах, кроме собственной работы, а женщинам – что принять ситуацию мало, нужно еще иметь навыки, чтобы повернуть ее в свою пользу.
В любом случае, учиться новому полезно: как показало недавнее исследование Сбербанка, средняя зарплата россиянина, вкладывающего деньги в свое дополнительное образование, в 2,5 раза выше, чем у остальных – 77 тыс. рублей против 30,3 тыс. В старшей возрастной группе этот разрыв сохраняется: хотя после 45 лет средний доход устойчиво снижается, у получивших дополнительное образование к 65 годам он составляет 50 тыс. рублей, а у всех остальных – 21 тыс. Так что ученье – не только свет, но и дополнительный доход.
 
 ЖДАТЬ НЕЛЬЗЯ ТОРОПИТЬСЯ 
 
На финансовом поведении гендерные различия тоже сказываются. Хотя в целом женщин-инвесторов меньше мужчин, число растет довольно быстро, но действуют они и здесь по-другому. «Мужчины в среднем более активны и деятельны и к кризису относятся либо с позиции «срочно все продаем, скорее и быстрее», либо «так-так, нам срочно надо что-то купить». А среди женщин, чаще всего, доминирует выжидательная стратегия: надо посмотреть, как дальше все будет развиваться, а потом аккуратно изменить свой портфель», – говорит Наталья Смирнова, независимый финансовый консультант, гендиректор «Эмкварта. Персональный советник».
В результате, с одной стороны, более реактивные мужчины реже упускают инвестиционные возможности, с другой – они чаще фиксируют убытки или, наоборот, раньше нужного входят в позицию, когда она еще не достигла дна. А у женщин чаще встречается подход либо выжидательный, когда в кризис они не предпринимают никаких действий, либо же выбирают стратегию усреднения (когда ценные бумаги покупают или продают небольшими частями в несколько приемов, стараясь, чтобы средняя цена покупки или продажи была более выгодной).
Также в кризис мужчины чаще рис-
куют, в том числе с помощью заемного капитала, использования достаточно рискованных вложений, отсутствия диверсификации, когда довольно существенная сумма инвестируется в весьма рискованный проект или инструмент. «Женщины в кризис реже берут кредиты (точно меньше, чем в период стабильности), уменьшают рискованные инвестиции, а также, наоборот, расширяют диверсификацию вложений», – добавляет Смирнова.
Поэтому во время коротких кризисов выигрывают мужчины, а вот в ситуации долговременной неопределенности – женщины. И здесь опять можно найти здоровый баланс: ведь и в затяжном шторме бывают моменты, когда умный риск может резко повысить выживаемость.
 
 НА ГРАНИ НЕРВНОГО СРЫВА 
 
Психологи в таких случаях советуют прежде всего успокоиться. А для того, чтобы сделать это было легче, есть такое упражнение: попробуйте выявить все страхи и прокрутить ситуацию до самого плохого конца – и пройти дальше. Боитесь потерять работу? Представьте, что потеряли ее, – что вы делаете дальше? Беспокоитесь о своих вложениях? Подумайте, что вы будете делать, если и правда их лишитесь. Главный упор тут – на ваших действиях, а не переживаниях. Это помогает не закрывать глаза на надвигающиеся опасности.
Специалисты по финансам рекомендуют практически то же самое. Экономист Яков Миркин советует следовать примеру банков и делать «стресс-тесты», проверяя, какими параметрами устойчивости обладают ваши финансы. «Что было бы с нами, если бы кризис начался сегодня. Или завтра. Выдерживаем? Сколько времени? Что остается на линии дохода? Что сокращаем? Что тратим, как неизбежное? Что будет, если рубль девальвируется на… процентов? Какие активы находятся под риском? Какие невозвращаемые?» – объясняет он. По результатам таких «стресс-тестов» (а их надо проводить регулярно, хотя бы раз в год) можно уже набрасывать план действий: что делаем сейчас в виде профилактики (к примеру, досрочно выплачиваем кредит; вместо покупки новой квартиры сдаем имеющуюся и снимаем более подходящую – если разница между получаемой и отдаваемой платой за аренду меньше платы за ипотеку), а что будем делать в случае наступления спрогнозированной ситуации. Очень часто уже на этом этапе можно распознать и те самые «окна возможностей» и подготовиться к ним. К примеру, ваше предприятие может закрыться в кризис – значит, есть смысл заранее найти другую работу. Еще лучше – пройти обучение и найти не просто другую работу, но и работу получше. Даже с той же жилищной проблемой: возможно, есть смысл подождать с покупкой квартиры и купить ее позже, но подешевле. Может, даже есть смысл продать имеющуюся, пока цена высока, и некоторое время пожить на съемной. Но во всех случаях – тщательно просчитывать все возможные сценарии, включая самые негативные и сопоставлять их со своими ресурсами – финансовыми, физическими, социальными.
Чтобы не оказаться в «финансовой дыре», стоит заняться и собственной «финансовой безопасностью», считает Смирнова. «И здесь важно быть чуть увереннее в своих силах, использовать инвестиционные возможности, не бояться риска. Скажем, выделить 5–10% всех накоплений и следить за новостями, ситуацией в стране и мире, и этот фонд из 5–10% капитала инвестировать в актуальные инвестиционные идеи, не более 15% от фонда, в каждую».
Если вы не очень разбираетесь в финансах, стоит искать не конкретные ценные бумаги, а мониторить рынки на уровне стран: и инвестировать в индекс акций – «голубых фишек» (то есть крупнейших компаний) выбранных стран через фонды ETF (биржевые фонды, которые следуют за конкретным индексом). «Они ликвидные, дешевые по комиссиям и имеют низкий порог входа. С их помощью легко реализовать инвестиционную идею любой страны», – добавляет эксперт.
Для женщин также важно позаботиться о собственной финансовой независимости. В жизни бывают и разводы, и уход из жизни родного человека, и потеря мужем работоспособности. А есть еще и неизбежные беременность и рождение детей, предпенсионный и пенсионный период, когда доходы ощутимо снижаются. И не редкость, когда такие ситуации наслаиваются друг на друга. Поэтому, советует Смирнова, женщине просто необходимо иметь собственную «заначку» в размере не менее трех (а лучше шести) месяцев обычных расходов. 
 
 ДОПОЛНЯЯ ДРУГ ДРУГА 
 
Разница реагирования на кризис может быть благом и сама по себе, когда речь идет о семье. По словам психолога Надежды Владиславовой, главы тренингового центра «Берег Надежды», кризис мужчине и женщине лучше переживать вместе. «Люди это интуитивно чувствуют. Замечено, что именно во время кризисов регистрируется большее количество браков по сравнению с относительно спокойными временами», – поясняет она. А семьи разрушаются только в том случае, если в них были проблемы еще до кризиса.
«Хорошая новость в том, что кризисы были и будут всегда, что они в принципе переживаемы и что выживают в них те, кто лучше умеет держать ситуацию неопределенности. Собственно, в любом контексте в выигрыше оказывается тот, кто лучше других выдерживает ситуацию неопределенности. Такой человек любые жизненные трудности, вплоть до полного разорения, воспринимает как временное явление и твердо знает внутри себя, что если уцелел он сам и его семья, то все остальное восстановимо», – говорит Владиславова.
Мужчины и женщины не только сильны в разных умениях, полезных во времена потрясений, – их психика тоже устроена по-разному. Женщина по определению существо более гибкое и легче адаптируется к любым изменениям, чем мужчина. У женщины нет социального запрета на выражение своих эмоций: она может поплакать, пожаловаться подруге на возникшие проблемы. У мужчины же совсем иная ситуация. «Психологи давно уже громогласно трубят о том, что мужчине в наше время совсем необязательно быть эдаким невозмутимым ковбоем из фильмов Серджо Леоне. Герои «Илиады» и «Одиссеи» не стеснялись прилюдно рыдать и выражать свой гнев, и это никак не умаляло их достоинства», – вздыхает Владиславова. В результате именно современные мужчины становятся особенно уязвимыми в моменты психологических потрясений, связанных с возможной потерей стабильности и многих достижений жизни и карьеры. «В годы экономических кризисов возрастает количество инфарктов, инсультов и даже суицидов среди мужской части населения, а также непомерно возрастает число людей, злоупотребляющих алкоголем, чтобы хоть как-то снять психическое напряжение», – добавляет психолог. И здесь чрезвычайно важна роль женщины в жизни мужчины, поскольку особую важность приобретает тот факт, что они устроены совсем по-разному, поясняет она. «То, что для мужчины «кризис-кризис», для женщины в общем-то и не кризис, а только временный дискомфорт. Почему так происходит? Потому что мужчина ориентирован прежде всего на мир внешний, а женщина – на мир внутренний», – говорит Владиславова.
Казалось бы, чем женщина может помочь своему мужчине, если все его интересы ориентированы вовне, а ее – вовнутрь? «Самое большое для него счастье – это сложить трофеи своего успеха к ее ногам и получить ее признание», – говорит психолог. И советует женщинам во время кризиса принимать в виде таких «трофеев» не материальные результаты достижений мужа, а восхищаться его силой духа, работоспособностью, радоваться, что он умудряется при своей загрузке уделить хоть какое-то время семье, гордиться тем, что он не сдается. Мужчина должен быть уверен, что из «зоны боевых действий» во внешнем мире, где он бьется за счастье и благополучие своей семьи, он попадет вечером в свой уютный теплый дом, где его ждут, где его понимают, где ему рады и будут гордиться им не за то, сколько денег он сегодня добыл, а за те героические усилия, которые он предпринимал в течение дня.
Мужчина же в кризис должен уметь спокойно и взвешенно, день за днем, используя все свои силы, энергию, интеллект, профессионализм и способность к креативному мышлению, делать все возможное, чтобы его семья могла продолжать существовать достойно: пусть хуже, чем раньше, но с возможно меньшими потерями, добавляет Владиславова. 
 
 СЛОМАТЬ СТЕРЕОТИПЫ 
 
Впрочем, именно в семье происходят основные изменения в период кризиса, свидетельствуют социологи. В исследовании Елены Мезенцевой из 
НИУ ВШЭ «Гендерное равенство: поиски решения старых проблем» отмечается, что в мире к распределению домашней работы все чаще подходят не с точки зрения ее распределения на мужскую и женскую, а с позиции оптимальной «цены» труда каждого из супругов. Поэтому, по мере роста занятости женщины и ценности ее заработка, что происходит во времена экономических трудностей, время женской работы по дому значительно снижается.
Снижается домашняя занятость женщины и по мере роста оплаты ее труда. Правда, не за счет того, что домашний труд берут на свои плечи мужчины, а за счет покупки бытовой техники, облегчающей этот труд, и найма домашнего персонала. Подобный опыт понемногу распространяется и в России. В самом деле, какой смысл женщине вытирать пыль самой, если час работы домработницы стоит в разы меньше? Однако пока, как показывает работа Мезенцевой, это понимание лучше всего выражено в найме нянь для детей и сиделок для престарелых родителей: именно в этих областях время, затрачиваемое мужчинами и женщинами, сближается за счет снижения женской нагрузки.
А вот решить, что в данный момент безработному мужу есть смысл посидеть с детьми, а женщине – сделать рывок в карьере, могут немногие. Хотя такие примеры есть и в России: на рынке недвижимости хорошо известна история, как в кризис 2008 года супруги топ-менеджеры решили, что бизнес жены сейчас важнее, чем работа мужа, но откладывать рождение ребенка нельзя. Сегодня в семье трое детей, компания жены занимает лидирующие позиции на рынке, а муж – непререкаемый авторитет в семье.
По мнению Мезенцевой, в России до сих пор разделение домашнего труда «в пользу» женщин служит ресурсом для поддержания гендерной идентичности. Причем не только для мужчин, не выполняющих «бабскую» работу, но и для женщин, работающих, согласно исследованию, на 16 часов в месяц больше. Мезенцева отмечает, что часы домашней работы резко возрастают у замужних женщин – и падают в случае развода, даже если женщина остается с детьми.
Однако, считает социолог, если учесть такие факторы, как быстрый рост уровня занятости женщин, их проникновение на прежде недоступные этажи должностной иерархии, активизацию их участия в политике, наконец, рост числа разводов и неполных семей, то придется признать, что ресурсы поддержания гендерной идентичности через разделение домашнего труда в значительной мере уже исчерпаны.
Это заметно и по социологическим исследованиям. В частности, Наталья Тихонова из Института социальной политики НИУ ВШЭ в своей работе отмечает, что среди мужчин до 30 лет число сторонников патриархальной семьи в три раза больше, чем среди женщин этого же возраста. «Таким образом, последующие семейные конфликты молодых супругов и неустойчивость многих браков заранее запрограммированы разницей тех моделей семьи, которые собираются реализовывать на практике юноши и девушки», – пишет она. «Действительно, трудно представить себе, что так называемая гегемонная модель мужественности со всеми ее атрибутами и символами, включая неработающую жену-домохозяйку, ждущую мужа у домашнего очага, найдет понимание и отклик у образованных и стремящихся к независимости молодых россиянок», – подтверждает Мезенцева. И это не может не настораживать.

Авторы:  Татьяна РЫБАКОВА

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку