НОВОСТИ
В столичный ОВД нагрянула ФСБ и служба собственной безопасности и перекрыла целый этаж
sovsekretnoru

Академик выживания

Автор: Мария СТРИЖЕВСКАЯ
01.09.2009
   
   
   
Экспедиция Яцека Палкевича в Сахару, 1997 год  
   
 
Тренировка элитных антитеррористических спецподразделений России и Польши в Сахаре, организованная по инициативе Яцека Палкевича  
   
 
Знаменитый путешественник неоднократно бывал
в пустынях и тундре, в горах и тропических джунглях
 
   
 
Величайшая река мира – Амазонка.
В 1996 году экспедиция Палкевича обнаружила ее исток
 
   

Яцек Палкевич – человек, который одолел Атлантику, дошел пешком до Оймякона, пересек Борнео и, похоже, нашел Эльдорадо

Девятнадцатое февраля 1975 года. Солнечный, как всегда, день в столице Гайаны Джорджтауне. Человек в шортах и просоленной майке не без труда затаскивает оранжевую пятиметровую лодку на песчаный пляж одного из пятизвездных отелей. Затем заходит в гостиницу и, не обращая внимания на изумленные взгляды постояльцев, направляется к онемевшему портье. «Вы как сюда попали?» – обретает тот дар речи. – «На лодке». – «Откуда?» – «Из Дакара. Мне бы позвонить...»
Путь по океану от столицы Сенегала до Джорджтауна – это 6 тысяч километров. В одиночку на лодке? На такое способен только Яцек Палкевич.

Крещение в Атлантике
Море с детства звало его со страниц книг и будоражило воображение во сне. Его не беспокоило, что оно бывает не только пркрасным и ласковым, но и безжалостно жестоким. Родившемуся в 1942 году в нацистском лагере, ему было не привыкать бороться за выживание. В 12 лет он решил, что станет яхтсменом и объездит весь мир. Он учил наизусть географический атлас и «болел» Африкой. Став постарше, понял, что социалистическая Польша – не лучшее место для осуществления подобных планов. Закончив образование на факультете журналистики в Милане, начал работать для итальянских изданий и в начале 70-х годов окончательно переехал в Италию. Здесь он женился и поселился в городке Бассано-дель-Граппа.
Он плавал на торговых кораблях, работал на золотоносных шахтах в Гане и алмазных приисках в Сьерра-Леоне. Привозил репортажи для «Дженте» из Тимбукту, Вальпараисо и других экзотических мест. Но ему хотелось чего-то более необыкновенного…
Маршрут родился сам собой: отплыть из Дакара на спасательной шлюпке, чтобы преодолеть по широте значительную часть Атлантики. Этот путь он должен был проделать в одиночку, имея при себе ограниченный запас воды и еды. Средства связи и аптечку он отверг: проверка на прочность – так проверка на прочность.
Первые дни путешествия прошли довольно спокойно, Яцек в глубине души начал досадовать: пришел сражаться со стихией, а оказался чуть ли не на курорте. Конечно, нелегко постоянно сидеть, прижимаясь спиной к корме, чтобы правильно управлять лодкой, цедить по капле воду из губки, чтобы растянуть запас на все путешествие. Еще через несколько дней стало не хватать общения. Пришлось разговаривать с самим собой, чтобы не сойти с ума. Посторонние, непонятные звуки, особенно ночью, вызывали страх. Привлекательные образы моря из детских книг и безоглядная любовь к нему уступали место сомнению в разумности своей затеи.
Почти две недели океан изводил человека штилем, а затем решил сменить тактику. Постепенно обозначились волны, усиливался ветер, набухало над головой небо. Когда начался шторм, Палкевич понял: если стихия хочет наказать человека, дерзнувшего бросить ей вызов, она делает это со всей страстью. Три дня сотни тонн пенящейся воды, сливаясь с небом, трепали его лодку со стойко торчащим парусом. Вросший в корму человек одной рукой управлял ею, другой – безостановочно вычерпывал воду. Сон стал непозволительной роскошью. Он замерз и обессилел.
Он кричал, чтобы сохранить рассудок, плакал, когда подступало отчаяние, в который раз клялся себе, что если ему удастся добраться до берега живым, он больше никуда, никогда и ни на чем не поплывет. Он молился, разворачивал лодку кормой к волне, чтобы, дав ей себя догнать, погасить тем самым ее скорость и не перевернуться. И опять вычерпывал воду. Только бы появился какой-нибудь корабль и забрал его! И тогда – лечь, заснуть, или лучше попить воды, а потом спать…
И вот молитвы были услышаны, шторм начал стихать. Появился даже корабль – кубинское исследовательское судно. Улыбающиеся люди бросили веревочную лестницу: «Поднимайся, все плохое уже позади!» В последний момент он передумал: «Нет, я продолжаю путешествие». И, озадачив несостоявшихся спасителей, махнул им рукой: спасибо, мол, плывите дальше!
Это путешествие продолжалось еще месяц… Наслаждаясь душем в номере джорджтаунского отеля и приканчивая очередную порцию фруктового сока, Яцек вспоминал капли пресной воды на губке и думал, что если ему когда-нибудь вновь захочется отступить, он вспомнит веревочную лестницу и скажет себе «нет».

По тонкому льду
Прошло 14 лет. Забыты пережитые страхи, пройден не один маршрут по Амазонии, Африке, Азии. За плечами – курс выживания в Аризоне и спецподготовка в израильской антитеррористической школе Лео Глезера. Основана собственная Академия выживания: цель – научить людей действовать в экстремальных условиях. Но Яцеку этого было мало.
После двухлетних переговоров Палкевич получил разрешение от советской стороны снарядить экспедицию на так называемый «полюс холода». Предстояло пройти 1300 километров от Якутска до Оймякона – места, где зафиксирован абсолютный минимум температур для обитаемой территории: –72°C. Путешественники должны были выживать исключительно с помощью средств, доступных местным жителям.
Восемь человек и две дюжины оленей в упряжках около месяца штурмовали ледяную пустыню и холод. Спустя годы участники экспедиции не без юмора будут рассказывать, как не могли позволить себе выпить подаренного накануне спирта, чтобы не сморило в сон на страшном морозе. Как запах жареного оленьего мяса щекотал ноздри, как кололи лед, чтобы получить воду, как пугались, не чувствуя собственных рук и ног, как учились есть сырую мороженую рыбу. Как желудки не вовремя реагировали на непривычную пищу, и ночью приходилось выбегать из палатки на пятидесятиградусный мороз. Как периодически появлялись волки, приятно удивленные количеством потенциальной добычи.
В один из дней размеренность движения упряжек была прервана криками каюров и стонами провалившихся под лед оленей. Кто мог ожидать, что на 50-градусном морозе лед может хрустнуть, как шоколадная плитка, и открывшаяся под его слоем вода превратится в ледяное месиво? Наледь – бич оленеводов, внутренние потоки воды подтачивают лет снизу, истончая. Если проваливаются олени – пытайся вытянуть как можно быстрее, не успел – будешь вырубать каждое копыто по отдельности: вода замерзает.
У Палкевича в наледь провалилось сразу несколько оленей. Пока вырубали двоих, отпала необходимость вырубать двух оставшихся: волки не дремали. Еще одного оленя потеряли, когда он неожиданно решил бодаться с деревом и обломал рога. Потеря каждого оленя для каюра – трагедия. Но экспедиция продолжала свой путь, несмотря на потери. Ни замерзший хлеб, ни обморожение, ни хроническое недосыпание, ни даже психологический срыв одного из участников экспедиции не помешали Палкевичу и его людям в конце февраля 1989 года достичь Оймякона.

Вверх по Амазонке
Амазонка – отдельная страница как в книге жизни самого Палкевича, так и в книге географических открытий. В 1975 году он впервые осуществил свою детскую мечту побывать на этой реке. Он знал, что пока никто так и не открыл истинный исток королевы рек. На тот момент существовало множество теорий, но все сводились к тому, что он находится где-то в районе Анд.
Прошло почти двадцать лет, прежде чем Яцеку удалось организовать настоящую научную экспедицию в Анды. Предстояло с помощью измерений полноводности притоков Амазонки вычислить, где все же она берет начало. Были проштудированы уже имевшиеся географические труды, архивные материалы. Подобран состав экспедиции из 10 человек, в нее вошли двое российских специалистов – Римма Хайрутдинова и гляциолог Сергей Ушнурцев.
Предстояло штурмовать высоту 5640 м. Основная проблема, с которой столкнулись участники похода, – сороче, болезнь высоты. Даже притом, что подъем велся по всем правилам: пятьсот метров проходишь вверх, на двести на ночь спускаешься вниз, чтобы дать организму привыкнуть к высоте. Тем не менее головные боли, тошнота и головокружения мучили почти всех. Анды вообще считаются самыми трудными горами – сороче подступает на более низкой высоте, чем где-либо еще. В довершение ко всему оказалось, что перуанские участники забыли измерительные приборы, так что Ушнурцеву с Риммой приходилось измерять речные потоки вручную, используя в качестве поплавка продукты жизнедеятельности лошадей. Перуанские Анды больше похожи на каменистую пустыню, так что найти что-нибудь легкое и плавающее практически невозможно.
Так, благодаря общим усилиям, в январе 1996 года был открыт настоящий исток Амазонки.

Пешком по Борнео
По собственному признанию Яцека, все свои приключения он переживает трижды: сначала в мечтах, потом наяву, затем – в воспоминаниях, когда, сидя в удобном кресле, рассматривает фотографии и с трудом верит, что все это случилось именно с ним. Кроме мечты, им движет еще один мотив: скоро на Земле не останется не тронутых цивилизацией уголков. Таких, например, как знаменитый и зловещий остров Борнео, с его непроходимыми лесами, аллигаторами, тучами насекомых и агрессивными пиявками, падающими даже с деревьев и намертво присасывающимися к незащищенным участкам тела. Не говоря уже об отдельных племенах, имеющих обыкновение коллекционировать высушенные человеческие головы…
Разумеется, Яцек не смог устоять перед таким искушением. И в конце января 1986 года группа из 7 человек под его началом оказалась на восточном берегу острова Борнео. Температура здесь не опускается ниже 30°С, влажность всегда под 100 процентов. Единственная дорога в джунглях – река, по которой участникам экспедиции предстояло нести снаряжение и припасы, по пояс в воде.
100 метров в час считается завидной скоростью. Без перчаток не обойтись: вся растительность, за которую приходится хвататься, покрыта колючками. Перчатки, правда, периодически приходится снимать, чтобы отодрать очередную пиявку, а это можно сделать, только если прижечь ее спичкой. На комаров уже никто не обращает внимания. Правда, через несколько дней у некоторых поднялась температура из-за укусов насекомых. Но это ничто по сравнению с распухшими из-за постоянной сырости красными ногами, которые слушаются тебя с трудом. Радует дуриан – зеленоватый съедобный плод с шипами: встретить в джунглях что-то съедобное, пусть даже и с отвратительным запахом – настоящий сюрприз. К тому же на вкус, как ни парадоксально, он превосходен. Изголодавшемуся воображению путешественников он напоминает клубнику со сливками.
Как потом признается Яцек, это были самые тяжелые двенадцать дней в его жизни. Ни одно приключение ни до, ни после не могло сравниться с Борнео по опасности и напряжению. Притом что группа состояла в основном из людей подготовленных. Сейчас он уже довольно спокойно рассказывает и о том, как черная кобра укусила одного из них (они высасывали яд из раны и несли пострадавшего по воде), о том, как едва не утонули все их рюкзаки, попав в порог реки. О том, как не выдержали нервы у видавшего виды участника, и его пришлось приводить в чувство. Главное, они сделали то, чего никому до них не удавалось, – пешком пересекли Борнео с востока на запад.
Но джунгли не отпускали Палкевича. Еще в 1973 году, приехав в Перу, он понял, что обязан отыскать исчезнувший город инков – Эльдорадо (Пайтити). Причем влекло его не столько пропавшее золото инков, сколько сама легенда о вожде Атауальпе, перед смертью предавшем проклятию каждого, кто посягнет на сокровища. До того как поиском занялся Палкевич, все искатели Эльдорадо просто исчезали в джунглях, погибали от тропических болезней или от рук аборигенов.
В 2002 году он снарядил специальную экспедицию из 35 человек, длившуюся один месяц и одну неделю. Люди шли по джунглям Амазонки, – не таким непроходимым, как на Борнео, но тоже предоставлявшим экспедиции множество возможностей испытать себя. Впереди шли мачетерос, прорубая Палкевичу и его коллегам дорогу длинными ножами-мачете: через два дня все снова зарастало. Как-то ночью они рядом с лагерем случайно зарубили крайне редко встречающуюся змею – 3-4 метра длиной и 20 см диаметром. От ее укуса не существует противоядия. По преданиям инков, единственный выход при укусе этой змеи – смерть от кинжала, более быстрая и легкая. Как-то почти на неделю остались без еды и вынуждены были питаться сердцевиной пальмы, по вкусу похожей на капустную кочерыжку. По их подсчетам, за неделю они съели около двухсот пальм.
Один эпизод запомнился всем участникам: по притоку Амазонки в Эквадоре им надлежало проплыть на пирогах по территории племени «нелюдей». Так их называли местные жители, потому что никто из миссионеров или путешественников оттуда не возвращался. К счастью, в течение двух часов, что пироги экспедиции двигались по этой территории, стеной шел ливень, скрывая лодку. Все, что удалось увидеть притихшим путешественникам, – крокодилов на берегу и анаконд, выгнувшихся вопросительным знаком из воды и с любопытством наблюдавших за процессией.
Наконец после долгих поисков экспедиция выбрела на плоскогорье, где обнаружила следы построек и озеро квадратной формы – все, как в легенде. По договору, экспедиции не разрешалось прикасаться к найденному, поэтому проверить, правда ли это Пайтити и есть ли на дне озера лабиринт пещер и коридоров, пока не удалось.
Новую экспедицию Яцек планирует, как только соберет достаточно средств. Она будет более дорогостоящая, чем предыдущие: как минимум, чтобы привезти необходимое оборудование на плато, нужен вертолет,

Счастье увидеть верблюда
Но больше всего Палкевича тянет в самую мертвую часть Земли – пустыню. Только там, в пустыне – будь то древнейший Намиб, безжизненная чилийская Атакама, китайская Такла-Макан, Гоби или Сахара – он осознал, что человек может если не все, то очень многое. Например, пережить температуру +70°С, передвигаться по сплошной соли, бороться с неизбежно нападающей в таких условиях апатией, не говоря уже о способности противостоять собственным страхам, настигающим, как змеи и пауки, в самый неподходящий момент.
Палкевич любит повторять слова местных бедуинов: «В мире есть две самые прекрасные вещи – улыбающееся лицо молодой женщины и верблюд». Первое для него не требовало доказательств, во втором же он убедился в полной мере, неоднократно выживая в пустыне.
В свои 67 лет он заслужил роскошь жить так, как хочет, видеть то, что хочет, и переживать то, что еще не пережито. Американский журнал Newsweek включил его в список «последнего поколения первооткрывателей». На Земле практически не осталось мест, где бы он не побывал. У него дома есть специальная комната, где хранится снаряжение для путешествий по разным широтам: отдельный шкаф – для пустыни, другой – для джунглей, еще один – для Сибири.
Многие из бойцов спецназа, антитеррористических сил, космонавтов, людей самых разных профессий обязаны ему навыками выживания в экстремальных условиях и, вероятно, жизнью. В нем есть что-то от тибетского монаха и аса спецслужб одновременно. Прежде всего потому, что, будучи человеком западным, он усвоил восточную мудрость: если хочешь побеждать, научись побеждать самого себя.


 Мария Стрижевская

Авторы:  Мария СТРИЖЕВСКАЯ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку