Как и год назад, в том окаянном сентябре, дорога в Беслан началась с кладбища. Как сильно оно изменилось. Несколько гектаров распаханной смертью среди чистого поля земли, почти сплошь укрытой живыми цветами, уставленной бутылками с водой, пакетами сока и блюдами с традиционными осетинскими пирогами, ни оград, ни крестов, ни могильных плит – так оно выглядело прошлой осенью. Теперь все забрано в мрамор и камень. Но, странное дело, кладбище так и не приобрело до конца сходства с традиционным православным погостом.