Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История PRO&CONTRA Фото
Рамблер Новости

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2

Не в бане ДЕЛО

Опубликовано: 1 Января 2002 01:00
0
5239
"Совершенно секретно", No.1/152

 

 
Лариса КИСЛИНСКАЯ,
обозреватель «Совершенно секретно»

 

 

 

Валентин Ковалев – первая звезда эротического триллера

 

Бывший глава Министерства юстиции России Валентин Ковалев, приговоренный к девяти годам лишения свободы (условно – с испытательным сроком пять лет), несмотря на смехотворность наказания, оказался единственным министром постсоветского времени, уголовное дело которого было доведено до суда. Никогда еще российский суд не выносил приговора чиновнику столь высокого ранга. Сотрудники следственного комитета (СК) МВД РФ подтвердили: дело Валентина Ковалева могло и не дойти до суда, если бы не публикация в газете «Совершенно секретно» (1997. № 6) моей статьи «А министр-то голый», иллюстрированной распечаткой видеозаписи сексуальных утех министра юстиции в бане «солнцевской» ОПГ с оплаченными этой же криминальной структурой проститутками.

Именно после нашей публикации Ковалев указом президента России был освобожден от занимаемой должности. Пытаясь реабилитировать себя в глазах общественности, Ковалев подал в суд. Мы выиграли и доказали, что в бане запечатлен он.

Но дело-то не в бане. Бывший министр справедливости осужден за неоднократные хищения вверенного ему имущества в крупных размерах, совершенные в составе организованной группы (ст. 160 УК РФ), а также получение взяток (ст. 290 УК РФ), то есть он осужден за преступления, подпадающие под понятие «коррупция», о борьбе с которой так много говорят наши депутаты.

Следствие долго собиралось с силами, прежде чем возбуждать в отношении Валентина Ковалева уголовное дело. Но, как только колесо правосудия завертелось, началось жуткое давление на свидетелей (многие фигуранты уголовного дела простились с жизнью не по своей воле), и тогда, в феврале 1999 года, бывший министр юстиции был арестован и препровожден сначала в Бутырку, а потом в Матросскую Тишину. Через несколько месяцев уже новое руководство СК МВД РФ (отставка предыдущего напрямую связана с уголовными делами Ковалева и его помощника банкира Ангелевича) начало, говоря модным сейчас языком, «прессовать» следственно-оперативную группу. «Ребята, вы весь мир насмешили, посадив министра юстиции» – именно такую фразу произнес руководивший тогда следственной частью СК МВД РФ Сергей Новоселов. Однако скандал вокруг сластолюбивого юриста уже невозможно было замять, и дело дошло до суда. Потихоньку от него отмежевались многие влиятельные защитники, в частности вездесущий Борис Березовский, а также его друг-соперник Владимир Гусинский.

Бывший министр юстиции, за которым прочно закрепилось прозвище «банный министр», как уверял меня один из следователей, навсегда вошел в историю современной России. На его примере многие поняли: удар по коррумпированным чиновникам надо наносить только ниже пояса. Начались повальные съемки секс-утех высокопоставленных госслужащих. В Смоленске, например, засняли банные забавы приехавшего в командировку старшего следователя по особо важным делам Генеральной прокуратуры России с местными малолетками. Видеоряд плюс заявление одной из Лолит о якобы имевшем место изнасиловании выбило столичного «важняка» из седла. Как и положено, история повторилась позже в виде фарса, когда на телеэкранах появился порносериал с участием самого Генерального прокурора России. Или, как модно сейчас говорить, человека, похожего на Генерального прокурора.

Апофеозом стал суд, на котором Валентин Ковалев требовал от, казалось бы, товарища по несчастью Юрия Скуратова опровергнуть сведения, изложенные Генеральным прокурором в книге воспоминаний «Вариант дракона».

Скуратова же Ковалев невзлюбил за то, что именно он докладывал Борису Ельцину, обратившему внимание на нашу публикацию, о делишках министра юстиции. Вообще Валентин Алексеевич вел себя абсолютно неадекватно. Сначала всем рассказывал, что его арест – месть МВД РФ за то, что он лично решил отобрать у милицейского главка структуру ГУИН, хотя передача всех пенитенциарных учреждений в ведение Минюста РФ стало одним из условий вхождения России в Евросоюз. То вдруг заявлял, что он владел компроматом на Генпрокурора, за что тот его и упек за решетку. Не обошлось и без фантазий: якобы накануне отставки Ковалев должен был выступить (видимо, где-то в Лиге защиты сексуальных реформ) с супердокладом о коррупции.

Супердоклада никто никогда не видел. Зато у Ковалева изяли дневник, в котором он скрупулезно документировал свои сексуальные похождения. Из дневника следовало: приобретя первый любовный опыт в пятнадцать лет, бывший министр до весны 1998 года (именно тогда был изъят дневник) имел связи с семьюдесятью пятью женщинами. Бывший член Совета Безопасности России подробно описывал, где, когда, сколько раз, каким способом; ставил дамам оценки по пятибалльной системе и особо любил отмечать, когда партнерше «хотелось еще». Стоит ли говорить, что больше всего девушек он «встретил» в бытность свою министром юстиции, ведь, зная о его наклонностях, желающие угодить люди поставляли уже оплаченных проституток. А кто говорит, что взятка – это обязательно деньги? Кстати, из трех барышень, весело плескавшихся с ним в джакузи, он «оприходовал» двоих и тоже строго выставил им оценки.

Находясь в тюрьме, Ковалев жаловался на здоровье, но анализы сдавать категорически не хотел, уверяя, что это «нарушает его телесную целостность». В общем, следователи уж было хотели отправить его на принудительную психиатрическую экспертизу, но генерал Новоселов сказал свое веское слово. Действительно, а вдруг Валентина Алексеевича признали бы невменяемым, тогда подлежали бы отмене все законопроекты, принятые Минюстом в то время, когда им руководил Ковалев, а документы, подписанные им, были бы признаны недействительными. Представляете, что бы тогда у нас началось!

А какая чудовищная, кровавая картина жизни криминальной России конца 90-х годов была бы нарисована, если бы все уголовные дела, так или иначе связанные с именами банкира Ангелевича и министра юстиции Ковалева, объединили в одно? Это было бы уже не уголовное дело, а супертриллер, где органично сплетаются все три главных сюжета, интересующих человечество, – любовь, деньги и смерть.

«Падший» Ангелевич

 

Об Аркадии Ангелевиче и двух его друзьях впервые написала осенью 1996 года, еще до того, как стала обозревателем газеты «Совершенно секретно». Публикация называлась «Дружили три товарища». Действительно, они дружили. Но в сентябре 1993 года одного из товарищей, главу банка «ДИАМ» Илью Медкова, застрелили из винтовки с оптическим прицелом. Распорядителем всех кредитов покойного банкира, а также его имущества, в том числе «ДИАМ-банка», стал друг покойного – Аркадий Ангелевич. Многим это показалось странным, так как незадолго до убийства Илья и Аркадий поссорились из-за крупной суммы и Медков даже хотел заявить на Ангелевича в милицию.

А потом Аркадий поссорился и с третьим товарищем – Дмитрием Бурейченко. Тот резко отличался от своих друзей. Если Ангелевич и Медков начинали карьеру с торговли в кооперативе «Прагма» (а «ДИАМ», то есть дорогой Илья Александрович Медков, вообще с афер с поддельными чеками «Россия»), то Дмитрий – с Лубянки. В 1991 году он расторопно ушел из КГБ в коммерцию и стал председателем правления «Прагмабанка», а затем банка «Единство», откуда исчезли примерно двести миллионов долларов. Позже сыщики подозревали в хищении Бурейченко. Именно деньги, львиная доля которых, как уверяют сыщики, перешла от Бурейченко к Ангелевичу, и стали причиной их ссоры. После чего Дмитрий пропал и до сих пор где-то в «бегах» за границей. Большая часть имущества Бурейченко перешла к верному другу – Ангелевичу.

 

N2 1999г.

Дело Аркадия Ангелевича, родившегося в 1962 году в Москве, гражданина России и Израиля, имеющего вид на жительство в Германии, председателя совета директоров АКБ «Монтажспецбанк», было выделено в отдельное производство из уголовного дела его друга – Дмитрия Бурейченко. Поводом к его возбуждению 29 февраля 1996 года послужили заявления в милицию клиентов банка «Единство», сообщивших, что их вклады похищены, банк прекратил свое существование, а председатель правления банка скрылся.

 

Итак, следствие пришло к выводу, что преступная деятельность Аркадия Ангелевича выразилась в следующем.

Хищение 130 000 долларов США – денежных средств АКБ «Монтажспецбанк», переданных ТОО «Астек» в этот банк в качестве погашения задолженности. Сей сюжет прост: банкир получает с должников часть нужной суммы, которую присваивает сам, другую часть, оформив фиктивные договоры, присваивает вместе с Бурейченко.

Хищение недвижимости общей стоимостью 6 миллионов долларов США, переданных в АКБ «Монтажспецбанк» кредиторами АОЗТ «Латрек» и ТОО «Дельта». Схема та же. Из имеющихся у должников предприятий и недвижимости Ангелевич выбрал рестораны «Ивушка», «Сайгон», «Гессер», «Мещера», казино «Бонапарт», а также загородный дом генерального директора фирм-должников. Рестораны Ангелевич оформил на своих доверенных лиц. Никакого возврата долга в АКБ «Монтажспецбанк» оформлено не было.

Хищение 5 767 102 900 рублей – денежных средств банка «Единство» (оформлялись как возврат кредита от АОЗТ СП «Норфриз»). Кредит возвращался в виде ста десяти автомашин южнокорейского производства. Большая часть авто продана, деньги присвоены.

Хищение двух зданий и денежных средств банка «Единство» на общую сумму 40 154 899 410 рублей с использованием подложных документов. В итоге Ангелевич стал хозяином зданий на Верхней Радищевской улице и Средней Первомайской.

Хищение 7 117 259 015 долларов США – денежных средств банка «Единство» с использованием фиктивных договоров цессии (уступка прав требования на взыскание долга). Эти махинации производились после убийства Ильи Медкова. К делу приобщена генеральная доверенность, выданная его матери на владение и распоряжение всем наследством покойного Ильи. Согласно показаниям матери Медкова, после смерти ее сына руководителями объединения «ДИАМ» и «ДИАМ-банка» стали Ангелевич и Бурейченко, которые заставили ее выйти из состава участников других фирм, принадлежавших сыну.

Хищение 168 100 долларов США – денежных средств АКБ «Монтажспецбанк» в счет погашения кредиторской задолженности.

Любопытно, что часть долга была возвращена в баре «Карусель» (именно в этой «солнцевской точке» на Тверской-Ямской действовала знаменитая сауна, где Ангелевич устроил съемки Ковалева). Сцена возвращения кредита тоже записывалась на видеоаппаратуру.

Еще интересный штрих к портрету банкира Ангелевича. Во время обыска, проведенного у него при аресте, было изъято несколько десятков ювелирных украшений. В то же время установлено, что раньше Ангелевич обратился в полицию Берлина с заявлением о краже из арендуемой им квартиры драгоценностей, оцененных им в 250 тысяч долларов. При сравнении перечня «похищенного» с «найденным» в сейфе московской квартиры оказалось, что почти все украшения целы. По факту ложного доноса в отношении Аркадия Владимировича в Берлине возбуждено уголовное преследование (данных о принятом решении нет).

По распоряжению Ангелевича АКБ «Монтажспецбанк» безвозмездно выделил 200 тысяч долларов фонду, возглавляемому министром юстиции Ковалевым. Сразу же после этого получил от него удостоверение советника министра юстиции. 13 сентября 1995 года Ангелевич организовал посещение Ковалевым и его помощником Максимовым сауны казино «Карусель», где присутствовали заранее оплаченные (не министром, конечно) проститутки. Именно банкир хранил кассету у себя дома. Позже Ангелевич говорил: «Когда-нибудь будет трудная минута, и министр поможет». И еще, что он «держит Ковалева в кулаке». Аркадий Владимирович, считающий себя самым умным, самым богатым, с самыми большими связями, вообще любил собирать компромат на лиц, с которыми взаимодействовал, поэтому в его банке многие помещения оборудовались скрытой подслушивающей и записывающей аппаратурой.

…Несмотря на то что «домашние заготовки» не помогли во время следствия, от покровительства отказались самые-самые, у Аркадия Владимировича в запасе осталось немало уловок и, конечно, денег. После двухдневного пребывания в общей камере, где семьдесят человек спали по очереди, он попытался вскрыть себе вены. Из санчасти попал уже в четырехместную с «интеллигентными» соседями. Тянул время, пытаясь при знакомстве со своим многотомным делом переписывать его от руки. В какой-то момент решил «сдать» всех высокопоставленных покровителей.

Но главные чудеса начались в суде. Сначала государственный обвинитель прокурор Хорькова вдруг начала выступать как защитник, заявив, что она не согласна со следствием. Любопытно, что подписавший обвинительное заключение заместитель Генерального прокурора Михаил Катышев согласен, а она, районный прокурор, нет. Такого «разгула демократии» наш суд еще не встречал.

 

N7 1997г.

Далее настала очередь судьи Пресненского суда Елены Филипповой. Из шести пунктов обвинения остался один – о хищении 368 тысяч долларов. Во всех остальных случаях суд посчитал, что обвинения не нашли своего подтверждения, а при оценке данных о личности подсудимого следствие приняло обвинительный уклон. И вообще – участие банков в благотворительных фондах не противоречит закону, поэтому вопрос об изъятой у Ангелевича видеокассете с компроматом на Ковалева выходит за рамки настоящего следствия и т.д. и т.п.

 

Говорят, что на «развал» дела у Ангелевича ушло 2,5 миллиона долларов…

В итоге Аркадий Владимирович получил четыре года без конфискации имущества с отбыванием в ИТК общего режима. Но тут же, в зале суда, был освобожден: три с половиной года он уже отсидел в Бутырке, а полгода «скостила» вовремя подоспевшая амнистия. И хотя вскоре Конституционный Суд России признал ряд ее положений «неадекватными», тех, кого уже отпустили, обратно возвращать не стали.

Кто-нибудь, возможно, начнет рассуждать о якобы «слабой» позиции следствия. Но есть одно «но»: сразу же после оглашения этого весьма скандального приговора судья Филиппова ушла в отставку, но довольно скоро вернулась и очень оперативно сняла арест, наложенный на французскую виллу Ангелевича (в счет погашения долгов).

Аркадий Владимирович бодр и полон новых планов. Информированные источники сообщили, что сейчас он через подставных лиц скупает акции РАО «ЕЭС» и может стать монополистом на московском рынке энергоносителей. Вот уж тогда-то он себя покажет. Впрочем, у него и сейчас неплохие связи.

Дело министра справедливости

 

Уголовное дело № 142124 возбуждено 28 апреля 1998 года по материалам, выделенным из дела Ангелевича и К° по факту хищения руководителями Фонда общественной защиты гражданских прав денежных средств в крупных размерах. В ходе расследования выявлены и другие преступления: незаконное хранение и перевозка огнестрельного оружия и боеприпасов, принуждение свидетелей к даче ложных показаний, шантаж.

С чего все начиналось?

В декабре 1993 года Валентин Ковалев, преподаватель Заочного юридического института МВД, избирается в Госдуму и вскоре становится заместителем спикера. Используя свое служебное положение и, как уже теперь установлено судом, «из корыстных побуждений, под благородным предлогом защиты прав и свобод» создает свой фонд. В него втянуто немало известных людей: заместитель председателя ГД Трофимов, председатель комитета ГД (позже министр) Калашников, секретарь аппарата ГД Шлепенкова, адвокат Московской городской коллегии адвокатов Говалло. Избранное правление фонда назначает директора (по рекомендации Ковалева) – Андрея Максимова. А 5 января 1995 года Ковалев получает государственную должность – министра юстиции. Одновременно руководит фондом. Максимов становится официальным помощником министра. «Касса» фонда формировалась за счет взносов. Среди «жертвователей» – КБ «Монтажспецбанк», ОАО «Лукойл», «Московский трастовый банк», группа «ОНЭКСИМ-банка», ООО «Риал», АОЗТ «Русский сахар». Деньги фонда (без всякой отчетности) расходовались только Ковалевым. И вся его «благородная» деятельность фактически свелась к сбору заявлений от граждан и к поставке нескольких тонн сахара от спонсора пенитенциарным учреждениям. За счет фонда Ковалев издал свою книгу «Два сталинских наркома», но тираж реализовать так и не удалось – в отличие от «Дневника» эта книга никого не заинтересовала.

Ковалев, Максимов и главный бухгалтер фонда Валентина Кучина начали создавать фиктивные фирмы (зарегистрированные по утерянным паспортам российских граждан), которые якобы работали на фонд. Это была «черная» касса, откуда деньги похищались.

Кроме того, фонд оплатил авиабилеты по маршрутам Москва – Цюрих и Женева – Москва жене и дочери Ковалева, памятник на могиле матери Ковалева. Выделил четыре тысячи долларов «командировочных» Максимову, посещавшему Иран, оплатил поездки Ковалева и К° в тропические страны.

В июне 1996 года бывшая сотрудница Минюста Кучина становится генеральным директором фонда и по указанию Ковалева развивает активную коммерческую деятельность. В частности, она выдает кредит в 50 тысяч долларов от имени фонда фирме «Форт и К°». Когда фирма осталась должна 20 тысяч долларов, Кучина от имени Ковалева потребовала вернуть долг в размере 200 тысяч. Как только началось предварительное следствие, Ковалев дал Кучиной указание общаться со свидетелями, выработать вместе с ними ложную позицию и ввести следствие в заблуждение. Тогда Кучина потребовала подтвердить, что сумма долга – именно 200 тысяч долларов. В средствах давления на свидетелей дама себя не ограничивала – говорила, что обвинит их в совместных хищениях, сообщит об их аферах следствию. Одну из свидетельниц Кучина предупредила, что если та даст показания против нее и Ковалева, то «пожалеет» об этом, другого припугнула, что его ждут неприятности, так как Ковалев всемогуществен. В свое время Кучиной помогал сотрудник фонда Евгений Васин (его труп был обнаружен 5 января 1999 года).

Всего участники преступной группы с 15 октября 1994 года по 28 апреля 1997 года похитили 1 029 996 000 рублей, из которых 740 614 000 Ковалев присвоил лично. Он не гнушался «брать» из фонда как по «мелочам» (3–4 тысячи долларов), так и по-крупному (50–70 тысяч долларов). И Кучина ежемесячно приносила ему в Минюст «доплату» к жалованью – по 10 тысяч долларов.

Вдохновленная примером шефа, Кучина и сама начала заниматься хищениями. Во время следствия в МВД РФ поступила явка с повинной осужденного за мошенничество Романа Лискина, работавшего в ИТАР-ТАСС. Он заявил, что в феврале 1996 года дважды передавал Ковалеву взятку по 20 тысяч долларов за зачисление в штат советников министра юстиции. Были взятки в виде квартир, земельных участков. Неудивительно, что вскоре министр стал долларовым миллионером.

 

N6 1997г.

Конечно же, он заявлял, что «уголовное дело сфабриковано по политическим мотивам». Интересны его ответы на допросе по поводу найденного оружия и боеприпасов. Пистолет ПМ и 16 патронов к нему он получил от незнакомого генерала, когда ездил в командировку в Чечню. «О своих заслугах, которые послужили основанием выдачи оружия мне, говорить считаю неэтичным», – заметил при этом Ковалев. На вопрос, почему оружие не зарегистрировано в соответствии с законом, заявил: «Мне не сложно ответить на этот вопрос: система юридических аргументов очевидна. Но я не стану этого делать по соображениям принципиального свойства – оправдываться нет нужды».

 

На самом деле пистолет ему подарил приятель – директор ФАПСИ Александр Старовойтов. И хотя Ковалев никогда не служил в системе ФАПСИ, генерал выдал ему оружие в качестве награды «За заслуги в развитии системы связи». Учитывая близкие отношения обоих генералов к «Рато-банку», где они хранили свои огромные «сбережения», можно только догадываться, какие связи имелись в виду. Уголовное дело по факту хранения оружия и боеприпасов было прекращено еще на стадии предварительного следствия, так как Ковалев «добровольно выдал» и пистолет, и патроны.

На стадии предварительного следствия был прекращен и еще один эпизод – по факту получения в виде взятки дома в элитном поселке Суханово. Один из свидетелей по делу, заместитель министра сельского хозяйства РФ Владимир Логинов, рассказал о перечислении в фонд Ковалева «благотворительного» взноса в 200 тысяч долларов.

В 1993 году Логинов стал президентом производственного объединения «Русский сахар». В 1995 году через своего компаньона Ганыкина он познакомился с совладельцем КБ «Флора-Москва» Отдельновым, который предложил ему принять участие в создании фонда Ковалева. Так как в практике ПО «Русский сахар» имелись случаи неуплаты за полученную ими продукцию, идея фонда – защита прав граждан – Логинова заинтересовала. Он охотно откликнулся на предложение Ковалева безвозмездно перечислить в фонд 200 тысяч долларов. Ганыкин намекнул, что Ковалев будет оказывать им «услуги».

Какие? Весной 1995 года «Русский сахар» получил в Минфине стомиллионный кредит под гарантии Минсельхозпрома. Кредит так и не был погашен, но позже это не помешало президенту «Русского сахара» Логинову стать заместителем министра сельского хозяйства. Именно из этого кредита 600 тысяч долларов ушли на строительство коттеджа для Ковалева. Министр юстиции капризничал: он дважды уже отвергал великолепные коттеджи, которые ему предлагали. Зато ему очень понравился дом Ганыкина, где министр и справил новоселье. 23 декабря 1996 года Ганыкин был взорван в своей автомашине «вольво».

Руководитель строительства Блитштейн дал показания следователю и рассказал, что коттедж Ковалева строила фирма «Ладэкс», владельцы которой – Логинов и Ганыкин. В собственность Ковалева безвозмездно был передан и земельный участок, на котором располагался дом.

Тем не менее эпизод о получении Ковалевым дома в качестве взятки прекратили еще на стадии следствия.

Зато остались другие факты получения взяток в виде квартир и других земельных участков. В августе 1995 года руководители Московского управления инкассации (МУИ) обратились к Максимову с просьбой оказать содействие через Ковалева в привлечении к уголовной ответственности своего швейцарского должника. Максимов съездил в Швейцарию и просьбу выполнил. Ковалев, узнав, что руководитель МУИ распоряжается шестнадцатью участками в Одинцовском районе, потребовал, чтобы два из них отдали ему и Максимову. В итоге Ковалев и Максимов стали владельцами участков стоимостью 12,5 тысячи долларов каждый. Затем Ковалев помог освободить инкассаторов от уплаты налогов, за что Максимову безвозмездно была выделена трехкомнатная квартира (за 33 тысячи долларов), а Ковалеву – пятикомнатная (за 52 тысячи долларов) в доме на Авиамоторной улице. Эту квартиру министр оформил на дочь. Действия Максимова отягчаются тем, что в преступную группу, совершившую преступление в виде взятки, входило лицо, занимавшее государственную должность, то есть Ковалев. Следствие смогло доказать и взятки от мошенника Лискина, которые Ковалев разместил на своих счетах в банке Ангелевича.

Интересная история произошла недавно с Лискиным – как только его перевели из колонии на свободное поселение, он исчез.

Теперь о личности Ковалева. «Он никогда не скрывал своего стремления выехать на жительство за границу – это превратилось у него в навязчивое желание», – уверяют свидетели. Он всегда убедительно лгал. В 1996 году написал книгу «Распятие духа», где назвал себя академиком, хотя таковым не являлся.

Как отметило следствие, «факты общественно-аморального поведения Ковалева – политика и госслужащего, вступающего в беспорядочные, в том числе групповые связи с проститутками, доказаны показаниями свидетелей, личными записями Ковалева в дневнике, выводами криминалистической экспертизы от 6 января 1998 года об идентификации личности Ковалева на «банной» пленке». Свидетели дали показания, что за девушек в бане (а это бывало частенько) расплачивались именно они.

Во время следствия Ковалев, по показаниям свидетелей, вел себя неадекватно. Говорил, что он «был в Кремле, что его обнадежили и он скоро вернется в большую политику на высшем уровне». При обыске у Ковалева обнаружили дома девяносто копий документов, составляющих государственную тайну.

Это коротко о преступлении. Теперь поговорим о наказании. Дело в отношении Валентины Кучиной, которую свидетели характеризовали как «алчную, жадную, живущую за счет знакомых мужчин», было прекращено на стадии следствия по нереабилитирующим обстоятельствам (все-таки она активно помогала следствию). Валентин Ковалев был лишен почетного звания заслуженного юриста Российской Федерации и классного чина госсоветника юстиции РФ, Андрей Максимов – классного чина советника юстиции первого класса. Оба лишены права занимать должности в правоохранительных органах и органах юстиции, наделяющие властными полномочиями. Максимов осужден на шесть лет лишения свободы (условно). Не удивлюсь, если вскоре условно кто-нибудь будет приговорен к пожизненному заключению.


поделиться:
comments powered by HyperComments