Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История PRO&CONTRA Фото
Рамблер Новости

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2

Никита Тихонов, сломлен и очень опасен

Опубликовано: 25 Февраля 2014 16:14
0
31894
"Совершенно секретно", No.3/298
На фото: Илья Горячев, экстрадированный из Сербии  в Россию
На фото: Илья Горячев, экстрадированный из Сербии в Россию

Убийца Станислава маркелова и Анастасии Бабуровой дает показания, чреватые масштабным политическим скандалом

Наша газета уже писала о судьбе Ильи Горячева, экстрадиции которого из Сербии добивались отечественные спецслужбы. Националист Горячев, создатель организации «Русский образ», пытался найти в этой стране убежище. Не удалось. В России Илья Горячев обвиняется в руководстве БОРН – Боевой организацией русских националистов.

Вновь вскрывшиеся обстоятельства? 

Осужденные за убийство адвоката Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой Никита Тихонов и Евгения Хасис сегодня вновь активно дают показания. Руководителем и идеологом БОРН в этих показаниях выступает Горячев, а вдохновителями и организаторами убийств оказываются совсем другие люди.
В протоколах допросов, к примеру, можно найти фамилии руководителя прокремлевского молодежного движения «Местные» Леонида Симунина, творца кремлевской молодежной политики Василия Якеменко, упоминается там и недавний «серый кардинал» Кремля Владислав Сурков. Что это означает?
В распоряжении корреспондента «Совершенно секретно» оказались копии документов следствия. Гриф «Секретно» на них отсутствует, важность для общества бесспорна, поэтому редакция приняла решение опубликовать некоторую часть этих документов (орфография и пунктуация оригинала сохранены. – Ред.).

Протокол допроса свидетеля Хасис Евгении Данииловны от 9 февраля 2012 года, п. Парца Зубово-Полянского района Республики Мордовия:

«Илья Горячев в своих разговорах пояснил, что у него есть достаточно близкий контакт с представителями из Администрации Президента. В частности, был назван человек по фамилии Симунин. Имя Леонид. Который, по словам Горячева курирует его организацию «Русский образ» от Администрации Президента. (Данных, подтверждающих, что Леонид Симунин когда-либо работал в Администрации Президента, нет – Ред.) (…) Что такое курировать организацию? Он объяснял это тем, что в Администрации Президента есть человек, отвечающий за молодежную политику на территории города Москвы. Этот человек – известный всем Якименко. Якименко находится в непосредственном подчинении у Суркова и, ну, докладывает ему. Ему делегированы права по организации молодежной политики на территории Москвы и Российской Федерации в целом. Вот этот вот Леонид Симунин являлся подчиненным, по словам Горячева, Якименко. И отвечал за организацию молодежных организаций правого толка, националистического толка».

«Сотрудничество заключалось не только в помощи в предоставлении разрешения на всякие мероприятия, шествия «Русского образа», но и в финансировании непосредственно прямом всех этих мероприятий от администрации Президента (…) Ну, фактически на получаемых от администрации Президента, от этого Леонида деньгах, собственно держался весь «Русский образ», организовывались концерты, (…) и сам Илья Горячев жил с этих денег, и жил он неплохо».

«К Никите Тихонову обращался Леонид Симунин (…) с просьбой о приобретении для него пистолета импортного производства».

Когда в Белграде шел процесс экстрадиции Горячева, его адвокаты обращали внимание на то, что в России у их подзащитного показания могут быть получены не только законными методами. Представители российской стороны, естественно, практику применения любых незаконных методов отрицали. Но нужно ли современному следователю бить допрашиваемого? Русского националиста Горячева, доставленного из Сербии и отказавшегося давать те показания, которых от него ждали, посадили в Бутырку, в заранее подготовленную общую камеру, основной контингент которой составляли кавказцы. Горячев вскрыл себе вены. Адвокаты подняли шум, и подследственного перевели в спецблок Бутырки. Его подельник Никита Тихонов, этапированный на время следствия из колонии для пожизненно осужденных в Харпе, сидит в Лефортово.

Горячев не признает себя виновным в соучастии в убийствах, а Тихонов, которому терять нечего – больше того, что ему отмерили за убийство Маркелова и Бабуровой он уже не получит, – говорит охотно и много. Он не только признал свою вину в убийстве антифашистов Рюхина, Филатова, Джапаридзе, рассказал об убийстве Азизова и Халилова, но и дал подробные показания о своем фактическом соучастии в подготовке расстрелов антифашиста Ивана Хуторского и федерального судьи Эдуарда Чувашова (последние два убийства были совершены уже после ареста Тихонова и Хасис). При этом своим руководителем он прямо называет Горячева.

Протокол очной ставки 19 декабря 2013 г. между Тихоновым Никитой Александровичем и Горячевым Ильей Витальевичем. г. Москва:

«…Горячев мне неоднократно говорил о том, что он располагает связями в различных властных структурах, вплоть до Администрации Президента Российской Федерации (…)

Я обратился к Горячеву с просьбой задействовать свои связи во властных структурах для того, чтобы помочь мне снять с себя подозрения в убийстве. Спустя некоторое время (…) состоялась наша очередная встреча с Горячевым (…) Он сказал мне: «В деньгах мои знакомые во властных структурах не заинтересованы, но если ты готов оказывать услуги определенного рода, то они могут тебе посодействовать, могут тебе помочь». Я поинтересовался, что это за услуги. Он сказал: «Это вроде того, что делают футбольные хулиганы, которые состоят в движении «НАШИ», то что делает известный нам обоим Роман Вербицкий по кличке «Колючий». То есть, это нападения на представителей оппозиции, оказание на них физического давления, избиение, запугивание». (…) Я ответил, что участники «марша несогласных» (…) для меня не враги. И ни нацболы, ни люди Каспарова, нападать на них я не собираюсь. Горячев сказал: «Ты же занимаешься акциями против «антифа», это же тоже леваки». Я ответил, что это совсем другое дело, поскольку (…) «антифа» – мои враги. Примерно на этом наш разговор прервался».

«…Горячев сформировал во мне негативный настрой в отношении личности Маркелова. (…) Горячев указывал все время: «Маркелова не будет – будет снято с тебя уголовное преследование». Кроме того, он меня убеждал, что необходимо создать из лиц радикальных взглядов подпольную боевую группу, которая занималась бы непосредственно точечными акциями – убийствами лидеров «антифа»-движения из круга общения Маркелова».

«Конкретные приказы об убийстве Маркелова звучали из уст Горячева неоднократно. Мое глубокое убеждение, что он действовал не по своей  воле, а с подачи представителей властных кланов».

«Я его распоряжения, его приказы, включая приказы о совершении убийств, выполнял (…) потому что я доверял его политическому чутью, его убежденности. (…) Я до последнего полагал, что он действует не сам по себе, ведь он не такой отморозок, чтобы по собственному хотению убивать людей, решать кому жить, а кому умереть. Значит за ним правда есть какие-то представители властных кланов, на покровительство которых Горячев часто ссылался. Спуская курок, я чувствовал за собой, за своими плечами, поддержку влиятельных людей на самом высоком уровне. Разрешают же Кадырову убивать своих врагов, почему бы и не разрешить Горячеву».

То же самое было подтверждено и на очной ставке, при этом убийца добавил, что всегда признавал интеллектуальное превосходство Горячева. Последний был настолько ошарашен показаниями своего друга, что во время очной ставки отвечал односложно: «Нет, не согласен, не подтверждаю».

Что касается связей с людьми из администрации президента или имеющими к ней и прокремлевским молодежным движениям какое-то отношение, то в основном в показаниях упоминается Леонид Симунин.

Тихонов охотно рассказывает о своем знакомстве с ним.   «Какие-то деньги он (Горячев. – М.Г.) передавал, но это были, по сути, подачки. А я вынужден был (…) использовать деньги Жени. (…) Тут он мне предлагает: «Я тебе сейчас денег дать не могу, но есть возможность их заработать привычным тебе способом». Я говорю: «Что, киллерством что ли?». Он говорит: «Нет, не киллерством, но есть люди, которых нужно наказать, избить, запугать и имущество их какое-то повредить, и тебе за это хорошо заплатят». Я говорю: «А кто?» «Вот есть такой человек, куратор, работник Администрации Президента Леонид Симунин. Сам он бывший выходец из люберецких (…), вот так он перековался, поступил на службу государству. Сейчас курирует кремлевскую молодежку и нас курирует неформально. Это, говорит, один из тех, с кем я сейчас общаюсь, через которых я получил свои контакты. То есть, человек надежный, влиятельный, если что, и прикроет тебя». Ну хорошо, говорю, знакомь меня с ним. Меня, в принципе, больше интересовало посмотреть на всех этих таинственных покровителей Горячева, чем реальная возможность заработка. Мало ли что. Мы условились с Горячевым подъехать к офису Симунина, это в районе станции метро Бауманская. По-моему, это был офис движения «Местные», точно я не помню. Но это какая-то кремлевская молодежка (…) Симунин был откровенен, сказав, что у него есть должники, которые не платят по долгам и что их надо наказать. (…) Кого-то избить, сжечь машину, такого плана (…) Там, говорит, два человека. Обоих надо избить. За каждое избиение по несколько тысяч долларов он предлагал. (…) фотография какой-то пожилой женщины (…) несколько ее фотографий. И адрес в районе Строгино. Естественно, нападение на нее было для меня неприемлемо. А второй человек – фотографии не было, но было описание внешности. Это был мужчина лет сорока, адрес был на улице Юных Ленинцев и машина. (…) Я установил наблюдение по этому адресу за этой машиной. Увидел этого человека. Решил установить его график, чтобы понять, когда лучше его отлупить. Симунин сказал, можно даже его пырнуть, только не насмерть. (…) Но этот мужчина, он вычислил меня, вычислил наблюдение. Мне было понятно, что слежка разоблачена. Он даже подошел ко мне поговорить, что ты, мол, тут делаешь? (…) Приехал к Симунину. Говорю: «Что это за человек? Он меня так легко вычислил. Вы случайно раньше на него не нападали?» (…) Он говорит: «Нет, это просто бывший чекист. Он поэтому, видимо, тебя и вычислил. Но это не страшно. Он кабинетный работник». Я говорю: «Вы что? Сначала бабу мне предложили избить, потом на чекиста напасть. Вы что делаете?» В общем, я отказался в этом участвовать. Собственно, других операций Симунин мне не предлагал. Позднее, уже в октябре месяце, Горячев ему рассказал, что я могу приобрести оружие и Симунин пытался через меня приобрести пистолет «Глок» за 3200 евро, а сам Горячев пытался через меня приобрести пистолет «Чизетта» (вероятно, имеется в виду пистолет чехословацкого производства CZ75, или «Чезет». – М.Г.) за 2500 или 3000, я уже не помню». 

Похоже, что показания, которые сейчас дают Никита Тихонов и Евгения Хасис, могут привести на скамью подсудимых фигуры намного более крупные, чем Илья Горячев. 

«Все решат наверху»

Что стоит за новыми показаниями Тихонова и Хасис? И что означает появление в протоколах допросов фамилий высокопоставленных кремлевских чиновников? Эти и другие вопросы корреспондент «Совершенно секретно» адресовал адвокатам Ильи Горячева – Марку ФЕЙГИНУ и Николаю ПОЛОЗОВУ.

На фото: Адвокаты Николай Полозов (слева) и Марк Фейгин («Коммерсант»)

– Из этих документов нетрудно сделать простой вывод: осужденного убийцу Тихонова вынуждают давать показания на людей, близких к администрации президента. А так как сам он с ними практически не общался, основные показания хотят получить от его друга Горячева.

Марк Фейгин:

– Мы об этом можем судить только  из очной ставки, на которой выступали в качестве защитников Горячева. Возможно, это добровольные показания. Но их никогда не было раньше, почему они появились только теперь, через три года после суда? Нельзя исключить и того, что это некий размен для самого осужденного Тихонова. Ему в общем-то не из чего выбирать, ему сидеть весь остаток жизни. Может быть, он хочет, чтобы его перевели из чудовищной колонии в Харпе в более спокойное место. К показаниям осужденного пожизненно надо относиться с огромным скепсисом. 

– Ну и просто побыть полгода-год в Москве, да еще в «Лефортово», да после Харпа…

– Да, по сравнению с Харпом «Лефортово» вообще пятизвездочный отель.

– Я располагаю также показаниями подельницы Тихонова Евгении Хасис, в которых она даже более откровенно, чем ее гражданский муж, говорит о том, что преступные действия заказывались людьми из администрации президента. Она называет фамилии Якеменко, Суркова…

– Сам Горячев не отрицает, что он действительно имел контакты с представителями администрации президента. Не буду касаться этической стороны этих контактов – это не предмет моей профессиональной деятельности, но ничего незаконного Горячев не делал. Другое дело – если то, что говорят Хасис и Тихонов, даже если речь шла не о заказных убийствах, а только об избиениях политических оппонентов, то эти контакты можно было бы считать преступными. У меня нет оснований не доверять Горячеву в том смысле, что с ним таких разговоров никто из администрации президента не вел. Не тот он человек. И если предположить, что кто-то там и был заинтересован в такого рода услугах, то их точно заказали бы у более подходящего исполнителя.

Горячев, по словам Тихонова, якобы говорил ему о своих связях с сотрудниками администрации президента. Но при том, что Горячев не отрицает этих связей, судить о них по мнению третьего лица мы не можем. Другое дело, что Тихонов сам напрямую общался с Симуниным, одним из лидеров движения «Местные», который тесно был связан с администрацией президента. На то и предварительное расследование, чтобы всесторонне и полно выявить все важные для дела факты и вызвать и допросить важных свидетелей. В том числе и Леонида Симунина. В конце концов, это задача следствия, а не защиты Горячева…

– В каждой подобной истории есть свой выгодоприобретатель…

– Я могу сказать, что, возможно, имеет место подковерная борьба в верхних эшелонах власти. Какой она примет оборот, я не берусь судить.

– Возможно, это противостояние между Вячеславом Володиным  и остатками команды Владислава Суркова?

– Возможно и это. Не зря ведь о Суркове говорят как о человеке, который придумал концепцию управляемого национализма. Но опять же – здесь должно разбираться следствие. Уголовно-процессуальный кодекс не то что дает такое право, а обязывает все подозрения проверить!

– Когда я просматривал протокол очной ставки, мне показалось, что примерно три четверти вопросов, которые вы задавали, отводились следователями. Причем именно те вопросы, которые имели достаточно важное значение для прояснения истины.

– Объяснение простое. Последние события, связанные с Горячевым, наглядно доказывают, что следствие ведется односторонне. Оно не ставит перед собой задачу выявить истину, оно хочет доказать виновность Горячева, что противоречит нормам Уголовно-процессуального кодекса. Я думаю, что следствие отводило эти вопросы для того, чтобы воспрепятствовать процессуальному закреплению в материалах дела информации, которая бы вносила слишком явные противоречия в доказательства вины Горячева. Если на эти вопросы Тихонов вынужден был бы отвечать, то противоречий в его показаниях оказалось бы намного больше.

– Что, на ваш взгляд, заставило Тихонова дать эти показания?

Николай Полозов:

– Какой-то объективной информации о событиях, происходивших в Харпе, нет. Вместе с тем бывший адвокат Тихонова Васильев и его нынешний адвокат Першин заявляли в СМИ, что к Тихонову применялись пытки. Да и газеты уже писали о том, что пытки в этой колонии не редкость. Впрочем, нахождение за Полярным кругом позволяет использовать в качестве пытки и климатические условия. Достаточно элементарно не утеплить окно, как наметает сугроб в камере. А есть камеры рядом с кочегаркой, где, наоборот, температура зашкаливает, и физически там находиться очень сложно. Камеры там маленькие, стоя посередине, можно двумя руками дотянуться до противоположных стен. Там шконка на цепях, которая в дневное время должна быть поднята, и только ночью можно прилечь… То есть я не исключал бы, что были искусственно созданы условия, позволяющие оказывать давление на заключенных, которыми интересуется администрация. И я не исключаю, что в процессе пребывания Тихонова там к нему применялись различные меры воздействия. Это могло быть как давление, так и уговоры. И в какой-то момент он для себя принял решение, что находиться в таких условиях невозможно. Остальное – дело техники.

– Какое впечатление на вас произвели Горячев и Тихонов на допросе? 

Марк Фейгин:

– Горячев уклонился от спора, потому что он не видел в этом смысла. А Тихонов выглядел как машина, как робот. Он монотонным голосом произносил фразы, ни на чем не акцентируя внимания. Это был совершенно отрешенный человек, совершенно безжизненный. Может быть, это связано с какой-то болезнью. А может быть, это следствие какого-то перелома в жизни. Я, например, знаю, что он был язычником, а сейчас принял православие. Безусловно, на мой взгляд, какое-то насилие к нему применялось. Не знаю, психологическое или физическое. Передо мной сидел сломленный человек, который опустил руки.

– То есть от него теперь можно ждать любых показаний?

– Абсолютно любых. Если путем каких-то манипуляций и Горячева осудят, то и его тоже могут заставить говорить.

– Фамилии, которые мелькают в протоколах допроса, слишком известны, чтобы это рано или поздно не вызвало политического скандала.

– Это будет решаться на самом верху.

– Неужели в Кремле заинтересованы в том, чтобы фамилии людей, осуществлявших еще вчера внутреннюю политику, всплыли в таком контексте?

Николай Полозов:

– Высшее руководство заинтересовано в сохранении некоего баланса. Во главе находится высший модератор. И я не исключаю, что крючки, которые забрасываются в разные стороны, не будут использованы. Но в какой-то момент за них можно будет дернуть. Пока, на мой взгляд, окончательное решение не принято. Дана санкция – копайтесь, собирайте доказательства…

Страницы из уголовного дела с показаниями Никиты Тихонова


поделиться:
comments powered by HyperComments